S-T-I-K-S. Пират. Тревожное настоящее (СИ)
– Теперь понятно. Пашкентий, – в свою очередь представился боец и протянул ладонь Герхарду. Пожав руку парню, внешник посмотрел на судно, полностью находившееся на берегу, возле которого он и причалил. Пашкентий перехватил заинтересованный взгляд.
– Судно на воздушной подушке. Не видел что ли такие?
– Да как-то в живую ещё не доводилось. Интересная штука, – вполне искренне ответил Герхард. Тут уже в свою очередь поинтересовался Пашкентий, кивнув на снасти в лодке.
– А ты на рыбалку собрался?
– Нет, – улыбнулся внешник. – Из меня такой же рыбак, как из рубера балерина. Лодка по случаю досталась вместе со снастями. Если нужны удочки, то забирай их, мне не жалко.
Пашкентий рассмеялся, но взглянув на Иртыша, пояснил: – у нас самих этого добра имеется в избытке, хоть прямо сейчас магазин открывай. Ассортимент товара обширный и на любой вкус. Ты же через водохранилище на речку попал?
– Ну, да, – кивнул Герхард, ещё не понимая, к чему клонит новый знакомец.
– Так после каждой перезагрузки оно всё в лодках и катерах. Как сам понимаешь, пустышам они уже ни к чему. Вот судно, что тебе понравилось, тоже оттуда – хозяин острова нам по случаю подогнал.
– В смысле, хозяин острова? – вполне искренне удивился Герхард.
– Так там Пират со своей семьёй живёт. Рейдер-одиночка, – пояснил Пашкентий. Услышав такую новость, внешник слегка изменился в лице, что не ускользнуло от внимательного бойца.
– Знаешь его?
– Нет, только чуток слышал. Но я плыл по водохранилищу и ничего такого не приметил, кроме тростника ближе к левому берегу. Издалека плохо видно, я возле правого грёб, пока , уже на речке, меня твари на середину не отогнали.
– В середине деревья растут, они и дом закрывают собой.
– Да, что-то похожее имелось, я тогда не понял. Хотя была мысль, что деревья. Но я особо не вникал – грёб и грёб.
– Не советую без приглашения туда соваться, – с улыбкой предупредил Пашкентий и не вдаваясь в подробности, пояснил: – чревато для здоровья.
– Я и не думал, но всё равно спасибо.
– Пашкентий, что у вас тут? – послышался позади строгий голос.
– Командир, это…
– Спасибо, – прервал бойца Герхард. – Я сам. Меня зовут Иртыш, крёстный Ронни. Добираюсь в стаб «Вольный». Я в ваших краях впервые, слышал лишь, что он недалеко находится. Буду благодарен, если подскажете, как в него попасть.
– Иваныч, – представился командир блокпоста, лет тридцати, светловолосый крепыш в российском камуфляже. И прежде чем ответить на вопрос, уточнил: – сам из какого стаба будешь?
– Нас пятеро и мы вольные рейдеры, нигде надолго не задерживаемся. Работаем на себя.
– А остальные тогда где? – немного усомнился в словах Герхарда Иваныч.
– Пока мародёркой в городском кластере, что за водохранилищем, занимаются, а завтра двинутся дальше по намеченному маршруту.
– А тебе тогда зачем в стаб? Если не секрет, конечно, – улыбнулся уголками губ командир.
– К знахарю попасть мне нужно, требуется консультация. Ваш стаб самый близкий, насколько мне известно. Знаю лишь примерное направление. Ещё неизвестно, когда подвернётся оказия посетить другой стаб. А мне очень нужно.
– А друзей как ты догонишь? Вдруг придётся задержаться…
– Да не вопрос…. Имеются контрольные точки для встречи. – И, чтобы пресечь дальнейшие ненужные расспросы, Герхард поспешил уточнить: – кстати, ваш знахарь толковый, с опытом хоть?
– Не толковый, – продолжил улыбаться Иваныч, – а толковая.
– Не понял… – слегка оторопел Герхард. Ему, собственно, знахарь не очень то и нужен, просто выбрал вполне объяснимую причину желания посетить стаб. Но то, что знахарь женщина, его признаться удивило.
– Знахарка у нас прямо отличная. Хелен любого другого знахаря за пояс заткнёт. И я не преувеличиваю, оно так и есть на самом деле.
У Герхарда, при упоминании имени женщины, перехватило дыхание. Он закашлялся и, с трудом восстанавливая дыхание, выдавил: – извини, поперхнулся. Ещё пару раз кашлянув и утерев выступившие слёзы, спросил: – а она красивая?
– Очень! Но ты, друг, губу особо не раскатывай. Предупреждаю на всякий случай.
Иваныча от дальнейшего разговора отвлекли подошедшие двое бойцов. – Командир, лотерейщика и бегуна выпотрошили. Хабар с них, правда, невелик. Вот, держи, – в мятом голубом куске хлопчатобумажном ткани, размером с носовой платок, лежало четыре спорана.
– Нормально, плюс ещё хабар, что взяли с топтуна… – не согласился с бойцами Иваныч. – Так, а трупы куда дели?
Парни сконфузились и ничего не ответили.
– Ясно…. Берите лопаты и марш закапывать. Я после проверю
– Иваныч, может их в реку? Ну их эти лопаты…
– Вынесет на плёс, как топтуна, один чёрт, с ними придётся возиться.
– А мы столкнём их дальше в реку, пусть дальше плывут…
– Ладно, уговорили. Но, смотрите, я вас предупредил. Так, дело к вечеру идёт, – это уже к Герхарду, – нечего на ночь к стабу переться. Здесь переночуешь, а с утра я сам собирался начальству на глаза показаться. Заодно и тебя прихвачу, чего зря ноги бить. Как смотришь на это? Согласен?
Герхард долго не мог уснуть – слова командира блокпоста о знахарке его взбудоражили.
«Это просто совпадение! Мало ли в Улье девушек с именами Джульетта, Анжелика, да и Хелен, я думаю, с десяток наберётся, если не больше. Ну, что я сам себя обманываю. Ведь я очень хочу, чтобы знахарка оказалась моей Хелен!»
Герхард за все прошедшие годы так и не смерился с мыслью, что Хелен мертва. С другой стороны, она смогла бы за столько лет, передать хоть какую-нибудь весточку, что жива. Ведь не один же год прошёл, а гораздо больше. Выходит не она это.
«А может всё-таки она?!»
Промучившись половину ночи, он, наконец, уснул. Усталость всё же взяла своё. День оказался насыщенным на события и трудным.
Как и обещал Иваныч, выехали в стаб с утра. Джипом управлял сам командир, а открытом кузове за турелью с ПКМ находился пулемётчик и, как заметил Герхард, был слегка расслаблен.
– Как у вас тут вообще обстановка?
– По-разному, но в основном тихо. Тварей отвадили сюда шастать, к тому же патруль периодически периметр объезжает.
– А муры? Не шалят?
– Стикс миловал. Но сказать, что у нас здесь курорт, то это не так. Года три назад муры затеяли у нас под боком дела свои порешать. Но их вовремя ликвидировали. А недавно объявились очередные отморозки. В общем, особо скучать не приходится. Ты когда назад думаешь? – сменил тему разговора Иваныч.
– Дня два, три, наверное, побуду. Буду смотреть по обстоятельствам.
На повороте джип притормозил у серого, ухоженного памятника.
– Здесь похоронен Следопыт, командир нашего блокпоста. Давно погиб, попал прямо на этом месте в муровскую засаду. Парни его очень уважали и любили. Я его тогдашним не знал. У нас трое парней осталось из той команды, давно сложился ритуал – проезжая мимо, притормозить на минуту.
Дальше продолжили путь молча, лишь на подъезде к стабу Иваныч оживился: – почти приехали. Джип замер перед хитро выложенными бетонными блоками, между которыми змейкой вилась узкая дорога.
– Будем ждать джип охраны. Несмотря на то, что меня и машину знают, всё равно выезжают для первичного осмотра.
И, правда, широкие створы ворот раскрылись и наружу выехал такой же джип, как и у командира блокпоста. Следом выполз БТР-80, за ним четыре шишиги. Командир блокпоста на своём автомобиле сдал назад, съехав на обочину.
– Мужики, видать, в рейд отправляются.
Тем временем из ворот выехала ещё одна "восьмидесятка", после чего они закрылись. Передовой джип проехал мимо, поприветствовав Иваныча, а вот бронетранспортёр, поравнявшись, остановился. На броне сидело четыре бойца в полной экипировке. Один из них показался внешнику знакомым. Он в этот момент повернувшись к товарищу, что-то у того спрашивал. Получив ответ, он развернулся обратно и встретился с взглядом Герхарда. Равнодушно кивнул в знак приветствия и задумался о чём-то своём, глядя перед собой.