Двойник Запада

– Не сомневаюсь, – с нескрываемой иронией протянул Джун. – Всё ради благополучия провинции и его жителей. Попросись к нему в жёны, это точно пойдёт всем на пользу. Будем жить в мире. Совет да любовь!
Сперва Наён открыла рот, явно намереваясь высказать Джуну своё нелестное мнение о нём, но внезапно замерла. Лицо её вытянулось, а затем приняло задумчивое выражение, не обещающее ничего хорошего. Наён повернулась ко мне с надеждой в глазах.
– Хранителям ведь можно вступать в брак?
Джун раздражённо всплеснул руками и отошёл проверить своего коня.
– Можно. Все, кто служит в храме, могут вступать в брак, хотя у хранителей довольно много обязанностей, – сдержанно объяснила я, скрыв улыбку.
– Всё готово, госпожа, – один из носильщиков поклонился мне, и мы с Наён вернулись в реальность, прервав откровенный разговор.
Мы специально стояли далеко, чтобы никто нас не слышал, но впредь, до самого храма, лучше помалкивать.
– Тогда не стоит мешкать. Поедем сейчас, – приказала я и надела на голову плетёную круглую шляпу с полупрозрачной чёрной вуалью.
На Наён точно такая же. Мы прикрывали тканью лица в качестве ещё одного способа защиты наших личностей. Джун и двое охранников сели на своих коней, а мы с Наён расположились в тесном паланкине. Как только мы оказались скрыты от внешнего мира, Наён откинулась на стену и прикрыла глаза, решив подремать, а я приоткрыла окошко, чтобы взглянуть на пробуждающийся город.
В каждой провинции существует свой главный город, являющийся средоточием всей торговли, политики, учёбы. Город, в котором находится храм, а также живут наместник и его ближайшие советники.
Шилин – самый крупный город в провинции Запада. Я не бывала за его пределами, но слышала, что столица всего Кхорина – Вейлин – в провинции Севера как минимум в два раза больше. Однако я не могла представить такие размеры, даже наш город казался мне огромным.
Расположенный в низине у подножия хребта Дракона-Матери, Шилин был построен на невысоких холмах, поэтому какие-то его районы находятся чуть выше других. Здания из камня и дерева, но если средний и низший класс могут позволить себе только соломенную крышу, то дома богачей строятся с покатыми, изогнутыми по краям черепичными крышами.
Я с вялым интересом оглядела красивые здания. Ради безопасности в храм мы всегда ездим по мощёным улицам богатых районов, где построены усадьбы состоятельных жителей. В Шилине есть шумные рынки и бедные окраины, но туда меня никогда не пускают. Джун сказал, что это и к лучшему, потому что там стоит отвратительный запах, а от шума бесконечно зазывающих покупателей торговцев раскалывается голова. Я могла лишь поверить другу на слово – по крайней мере, пока. Может, однажды, через пару лет, я всё-таки взгляну и на мрачную сторону родного города, сверкающего чистотой, янтарём, белым мрамором и редким нефритом в лучах утреннего солнца. Вокруг так много клёнов, что город будто горит, окружённый пожарищем крон.
Если жители более бедных районов наверняка уже проснулись и начали новый рабочий день, то здесь – где живут богачи – по-прежнему тихо. Встречались прохожие, но это были слуги, ранним утром направляющиеся на рынок, чтобы купить свежих продуктов или выполнить какие-то поручения. Тишину нарушал разве что цокот копыт, тяжёлое дыхание носильщиков да скрип паланкина. Все звуки раздавались в удивительно ритмичной последовательности, создавая странную мелодию, в которую влились утренние трели птиц. Я поняла, что провалилась в сон, когда паланкин дёрнулся и я болезненно ударилась головой о створку окна.
Городской пейзаж сменился лесом. До храма Западного Дракона оставалось совсем немного, мы двигались в гору, по самому сложному для носильщиков отрезку пути. Наён тоже проснулась и поправила золотой гребень в волосах. Я невольно вскинула руку, повторяя вслед за ней. У нас одинаковые причёски, только мой гребень с кусочками янтаря и ещё несколько длинных шпилек. Наён заметила моё движение.
– Ты ни капли не волнуешься перед встречей с ним? – с подозрением уточнила она.
 
– С Раяном?
– Да. Вы не виделись три года, ты даже не смогла с ним попрощаться.
– Немного нервничаю, – я пожала плечами и с глухим стуком прикрыла окошко паланкина.
Полнейшее враньё. Мои пальцы едва заметно подрагивали из-за слишком быстрого сердцебиения, а ладони неприятно вспотели. Напоминание о том, что я не смогла попрощаться со старшим, болезненным спазмом отдалось в груди.
Примерно раз в тридцать пять лет, когда действующее поколение хранителей осознаёт необходимость замены, от каждого храма отбирается два претендента, идеально подходящих на роль преемника. Кандидаты в обязательном порядке уезжают в другие храмы и в каждом учатся по году, чтобы получить максимальное количество знаний о равновесии между сторонами света и понять гармонию отношений между четырьмя драконами. Раян, будучи одним из претендентов, прожил по году в провинциях Севера, Юга и Востока. В наш храм Запада также прибывали будущие хранители, но с ними я не встречалась.
Раян не уехал внезапно, его отъезд был запланирован, однако госпожа Ян не отпустила меня в тот день. Мне ничего не оставалось, кроме как отправить Джуна одного и попросить попрощаться с Раяном за меня. Я до сих пор тревожилась, что наставник воспринял это как пренебрежительное отношение и счёл оскорблением.
Паланкин замер перед строгими деревянными воротами и узкой каменной лестницей, вьющейся вверх. Здесь проходила граница священной земли. Дальше паланкин не понесут, и охранники, помимо Джуна, не переступят этот порог. Джуну дозволено зайти внутрь, так как он ученик храма.
Я отдала приказ, чтобы нас встретили здесь же завтра за два часа до заката. Джун спешился, взял своего коня под уздцы и повёл к храму, моментально став увереннее после возвращения домой. Я жадно втянула носом знакомые запахи, а Наён с облегчением вздохнула, переступив священный порог. В храме нет места лжи. Это закрытое сообщество, состоящее из малого количества людей, и как минимум половина живущих на священной земле прекрасно знала меня и Наён, наши настоящие имена и то, что я всего лишь двойник. Все ученики строго придерживались правил и об этом секрете не болтали.
В дни посещения храма Наён за закрытыми дверями слушает от наставников лекции о взаимоотношениях с хранителями других драконов. Тора первая претендентка на место наместника провинции Запада, но нельзя быть уверенным, что не произойдёт что-то непредвиденное. Поэтому даже младшая дочь должна быть готова к ответственности. Дни в храме – единственное время, когда Наён зовут настоящим именем. Я же в это время наслаждаюсь возможностью побыть собой, слушаю лекции от старших мастеров, медитирую, помогаю по хозяйству или тренируюсь. После отъезда Раяна я продолжила редкие тренировки с Джуном или дедушкой.
За мыслями я не заметила, как мы преодолели лестницу и вышли к храму. Мы с Наён сняли шляпы с вуалью – скрываться более не было необходимости.
Обширная территория храма поспособствовала созданию независимого от города сообщества. Заборы или высокие стены отсутствуют, потому что никто в здравом уме не рискнёт напасть на храм или что-либо украсть у одного из четырёх драконов.
Поднявшись, мы сразу попали в основной двор, на противоположной стороне которого расположилось главное двухэтажное здание храма. В отличие от дорогих домов Шилина, храм выглядит скромно и аскетично. Простые стены из дерева и камня, изогнутые крыши покрывает чёрная черепица, местами выгоревшая на солнце до светло-коричневого. Ставни на окнах со строгим геометрическим узором, без изысканной резьбы. На храме нет украшений, помимо звенящих под порывами ветра медных и бронзовых колокольчиков. То тут, то там встречаются каменные статуи Западного Дракона как неизменного покровителя здешних мест.
Храм на самом деле подразумевает под собой целый храмовый комплекс и помимо главного здания есть много других павильонов, но они в разы меньше. Склады для оружия и продовольствия, кухня, библиотека, залы для занятий, жилые дома для учеников и учителей и отдельный павильон для хранителя. Позади домов есть ферма и злаковые поля, помогающие храму как можно меньше зависеть от Шилина и наместницы. Благодаря чистоте, за которой на территории храма усиленно следят, и тому, что павильоны регулярно ремонтируют, всё выглядит опрятно и не кажется старым.