Амсдамский гамбит (СИ)

Словно отвечая на мысли Рида, из-за поворота широкого коридора навстречу ему вышла высокая статная девушка, затянутая в плотно облегающий её стройную фигурку костюм для верховой езды, тёмно-синий цвет которого идеально сочетался с матово-серой кожей хозяйки. Чёрные, блестящие волосы, стянутые в высокий хвост, чуть заострённые ушки, трепещущие крылья не по-орочьи тонкого носика и тёмные пухлые губки, из-под которых едва виднеются кончики клыков. Красавица с фиолетовыми глазами на мгновение замерла, увидев идущего ей навстречу ван Лоу, но, заметив его сопровождающего, тут же опомнилась и, прибавив шаг, прошла мимо, не проронив и слова. Рид же не удержался и, повернув голову, проводил взглядом удаляющуюся фигурку, соблазнительно покачивающую упругими бёдрами.
— Хороша, да? — неожиданно прервал молчание сопровождавший гостя охранник и ухмыльнулся. — Да не про тебя конфетка. Ирида — младшая дочь хозяина. Будешь подбивать к ней клинья — мигом окажешься на жертвенном столбе, хуманс. И никакой статус гостя дома не спасёт.
— Понимаю, — вздохнул Рид. — Но красива же… девол! И как у старика Харкона получилось такое?
— Это что, — аккуратно подталкивая собеседника вперёд, охранник повторил его вздох. — Видел бы ты её матушку в юности… Вот уж красотка была, все парни дома по ней сохли. Ирида фигурой и лицом в неё пошла, а ростом в отца. Стоп. Пришли.
Комната, куда привёл Рида его сопровождающий, оказалась библиотекой. Высокие книжные шкафы в два яруса громоздились вдоль высоких стен, сверкая полировкой деревянных панелей и блеском застеклённых створок, за которыми прятались многочисленные тома. Хозяин же всего этого великолепия нашёлся в самом дальнем углу библиотеки. Харкон читал, удобно устроившись у высокого окна в точно таком же массивном, глубоком кресле, что стояло в его кабинете, бывшем, судя по всему. И надо сказать, огромный лысый орк в атласном халате до пят и с пенсне на широком носу смотрелся весьма и весьма импозантно… хотя и диковато, конечно. Впрочем, не для Рида. Уж кто-кто, а бывший техфеентриг никогда не смотрел на расу разумных, с которыми его сталкивала судьба, прекрасно зная, что за клыкастой мордой «дикаря» и «варвара» вполне может скрываться недюжинный ум, подчас куда более изощрённый, нежели у тех, кто вслепую подражает ксенофобии долгоживущих рас. И ведь примеров тому не счесть! Начиная с Домыча и его собратьев с Белых гор, и заканчивая сидящим сейчас перед ним Харконом Цатти, умудрившимся взобраться на самую вершину власти в теневой части Амсдама… если не всей республики.
— Уже виделся с Бренном? — не размениваясь на приветствия, осведомился хозяин дома, откладывая в сторону книгу и одним кивком отсылая охранника прочь.
— Ну, он же не мог не похвастаться своим новым положением, — пожал плечами Рид, и, следуя примеру Харкона, без приглашения уселся в кресло напротив хозяйского.
— О да, — хмыкнул орк, поправляя укрывающий его ноги плед. — Если перед кем он и стал бы хвастаться той кучей проблем, что я свалил на его плечи, то именно перед тобой. Ты для него, что варрама[1] для жертвенного быка… и я до сих пор не могу понять, почему. Скажи, Рид, вам самим не надоело грызться, словно кошка с собакой?
— Надоело — не то слово, по крайней мере, мне, — деланно печально вздохнул ван Лоу. — Но, увы, прекратить это противостояние я не в силах. Мне просто не справиться с самовлюблённостью вашего сына, не позволяющей ему признать моё превосходство.
— Вы даже рассуждаете одинаково. Знаешь, Рид, если бы я точно не знал, чей характер унаследовал Бренн, то, пожалуй, решил бы, что ты мой потерянный сын, — покачал головой Харкон и, сняв с носа золотое пенсне, устало потёр пальцами переносицу. Впрочем, уже через секунду старик встряхнулся. — Ладно, всё это лирика. Надеюсь только, что когда я переправлюсь через Небесную Реку, вы в своём противостоянии не разнесёте этот деволов городок на клочки. А теперь к делу, малец.
Из голоса Хракона напрочь пропала ирония, и Рид насторожился. Такой резкий переход от старческого «домашнего» ворчания к деловому тону не сулил ничего хорошего. И ван Лоу оказался прав. Известие о том, что тирренцы оказались не единственными, кто получил заказ на организацию проблем для одной маленькой производственной компании, ему совсем не понравилось.
 
— То есть, нашу компанию собирались травить всеми семью Семьями Амсдама? — неподдельно изумился Рид.
— Четырьмя, — невозмутимо ответил старик. — Кем бы ни был заказчик травли, о нашем с тобой сотрудничестве он осведомлён, по крайней мере, я не вижу иных причин тому, что ни наша Семья, ни наши союзники такого предложения не получили. И кто тебе сказал, что только собирались? Заказ ведь до сих пор не снят, а гонорар за работу достаточен, чтобы тебя не оставили в покое, даже заберись ты в приморскую глушь.
— Я? — прищурился Рид. — Или всё же, «мы»? В смысле, наша компания?
— Догадливый, — раскурив трубку с длиннющим чубуком, пыхнул дымом Харкон. — Тебе повезло, что Бренн прочёл записку, переданную твоим Дайди. Этого оказалось достаточно, чтобы сын развил бурную деятельность и этой же ночью его ребятки, действуя по наводке одного жадного болтуна, взяли посредника, предлагавшего заказ. А тот не стал запираться. Эльфы, вообще, почему-то становятся очень сговорчивыми, стоит им обнять жертвенный столб. Не знаешь, почему?
— Понятия не имею, — слабо улыбнулся Рид. — Может, это просто врождённая особенность их племени?
— Вроде генетического страха, а? — оскалился орк, наверное, помнивший ещё те времена, когда эльфы и впрямь регулярно обагряли своей кровью разбросанные по Великой Степи жертвенные столбы орочьих кочевий. — Может быть, может быть. Впрочем, сейчас не о том. Посредник оказался на диво говорлив, и честно признался, что хоть в заказе и не прописывались какие-то конкретные личности, но давление на некоего главного инженера оговаривалось устно, как самый предпочтительный способ воздействия.
— Это все новости? — пригорюнился ван Лоу.
— В принципе… да, — чуть подумав, кивнул Харкон и щёлкнул пальцами. — Хотя, вру! Есть ещё кое-что. В заказе имеется пара интересных моментов. Первый — ваше предприятие должно быть закрыто, во что бы то ни стало. Второе — я не зря говорил, что тебя не спасёт даже поездка в приморье. Заказ действителен до тех пор, пока ты находишься на территории республики.
— То есть, даже если я вернусь в империю, конторе здесь всё равно никто не даст работать, я правильно понимаю расклад? — хмуро уточнил Рид и, получив в ответ кивок Харкона, глухо выругался. — А этот посредник, случайно, не называл имени заказчика?
— Что, хочешь заглянуть в глазки твари и задать пару вежливых вопросов? — понимающе усмехнулся старик. — Я бы тоже этого хотел, Рид. О-очень хотел. Но, увы, то ли Бренн перестарался, то ли у посредника оказалось слишком слабое сердце, но ответа на этот вопрос мы получить не успели. Ушастый кончился.
— Это было… — Ван Лоу скривился.
— Непрофессионально? — подхватил Харкон. — Согласен, я уже высказал своё неудовольствие Бренну и его подчинённым по этому поводу. Но, вообще-то, есть основания полагать, что эльф ушёл сам. Сбежал, как сумел, трус ушастый. По крайней мере, наш домашний доктор подозревает именно такой вариант и даже настоял на вскрытии тела для подтверждения своей гипотезы. К сожалению, его произведут не раньше завтрашнего дня. А до тех пор мы можем только предполагать о причинах такого конфуза.
— Да мне как-то без разницы, от чего на самом деле загнулся посредник, — отмахнулся было Рид, но его собеседник в ответ сверкнул глазами.
— А мне — нет! Одно дело, если засранец сбежал от пыток сам, и совсем другое — если это результат неверных действий моих подчинённых! — рыкнул орк.
— Да что здесь такого-то? — Рид откровенно не понимал гнева Харкона, а тот, заметив удивление собеседника, постарался взять себя в руки.
— Я всё время забываю, что ты не из наших, — покачал головой старик и пояснил: — померший во время допроса эльф — это позор для допросчика. А если выяснится, что палач п о з в о л и л эльфу помереть, не имея на то приказа от старшего, то это уже повод для подозрения в измене клану. Бренн же только-только принял на себя обязанности главы Семьи, и такое пятно на репутации может запросто обрушить весь его авторитет. Учитывая же, что никто из моих младших детей и внуков пока не способен принять это бремя… это может привести к переделу власти в клане. Рид, я слишком стар, чтобы пускать кровь своим соклановцам, но ещё не настолько безумен, чтобы позволить им безнаказанно убивать моих детей. Теперь тебе ясно, почему меня так волнует это происшествие?