Амсдамский гамбит (СИ)

Клинт покачал головой, залпом допил остатки рама и, поставив стакан на стол, глухо заговорил:
— Рид воевал на десантном левиафане, управлял отделением кадавров. После Гейдельсхофской бойни вляпался в дурную историю с участием некоего адмираала Ириенталя. Чудом избежал суда, но был брошен в штурмовые роты, где и воевал вплоть до битвы у Грюнсхау. Там попал в плен. Через год был подписан мир с северянами, и возвращающиеся пленные заполнили фильтрационные пункты имперских марок. Риду не повезло, он оказался на фильтре марки, военным комендантом которой был назначен тот самый военачальник, из-за которого в своё время он угодил в штурмовые роты. Ириенталь припомнил Риду давние обиды и тут же обвинил в измене, после чего Императорская канцелярия на удивление быстро лишила его наград и званий, а суд под управлением всё того же Ириенталя моментально приговорил его к повешению. Рид бежал. Добрался до Этельброка, где попал в засаду. Устроил взрыв в порту, бежал снова. Как он добрался до Нового Света, я не знаю. Но если судить по тому, что Лоу нашёл меня, фактически, сразу по приезду в Новый Свет, полагаю, весточку из банка он всё же получил. Правда, тут я не уверен, поскольку специально этот вопрос мы не обсуждали.
— Неудивительно, — кивнула Джанни. — Он не любитель говорить о прошлом, и теперь я понимаю почему. Это ж не жизнь, а приключенческий роман какой-то! Правда, приключения его… страшненькие.
— О, ты даже представить себе не можешь, насколько права, — криво ухмыльнулся ван Бор, но, заметив реакцию невесты, тут же замотал головой. — Нет-нет, не проси. ЭТУ историю пусть тебе сам Рид рассказывает. Я и сам-то её узнал совершенно случайно, и не от него. Так что, извини, милая, но придётся тебе дождаться нашего друга, я и слова не скажу. Собственно, я и о его военных похождениях не рассказал бы, если бы Рид не обозначил своего отношения к этой истории.
— Ладно-ладно, — прищурившись, с явным предупреждением в голосе отозвалась асура, но увидев, как вздрогнул жених, тут же рассмеялась. — Успокойся, мой колобок. Не буду я тебя терзать. Дождусь Рида, тогда всё и выспрошу. А сейчас… не пора ли нам ещё раз проверить на крепость здешнюю кровать?
* * *
— Опять ищешь неприятности на свою шею? — Люка с любопытством поглядывал на Рида поверх поднесённой ко рту белоснежной чашки с кофе, аромат которого, смешиваясь с запахом недавно прошедшего ночного дождя и мокрой листвы, приятно тревожил ноздри. Да, всё же Хооглан — это не Амсдам-илл, и не Статен. Там никаких иных запахов, кроме вечной автомобильной гари и тяжёлого духа паровых машин, и быть не может. А здесь… тихий зелёный район, какой не ожидаешь найти в неофициальной, но от этого не менее суматошной столице Республики. И так славно дышится! Пожалуй, даже лучше, чем в резиденции на берегу залива.
Люка вновь с наслаждением втянул носом воздух и тут же недовольно фыркнул от ударившего по обонянию запаха табачного дыма. Несносный ван Лоу снова закурил!
— Не ищу, Люка, совсем не ищу, — щёлкнув серебряной зажигалкой, проговорил собеседник, кажется, даже не заметивший гримасы ван Рея. Или сделавший вид, что не заметил. — Но вот они, почему-то, настойчиво ищут меня. А кто я такой, чтобы избегать встреч, пусть и назначенных не мной? В конце концов, это просто невежливо. Не так ли?
— Может быть, но некоторые встречи, на мой взгляд, стоят того, чтобы на них не являться, — задумчиво произнёс Люка, вернув чашку на блюдце и водрузив законченную конструкцию на стол. — Впрочем, это твоё дело. Надеюсь только, что результат тебя устроит, а мне не придётся искать нового собутыльника с нюхом на хорошие рестораны. Держи, здесь всё, что я сумел найти по твоему вопросу.
С этими словами ван Рей выудил из-за отворота щёгольского двубортного белоснежного пиджака узкий, но довольно пухлый конверт и, положив его на мраморную столешницу, щелчком пальца отправил прямо в ладонь собеседника.
— Что за манера — пугать, ничего не объясняя? — возвёл очи горе Рид, прихлопнув рукой послание приятеля. — Этот город, по-моему, дурно влияет даже на самых лучших представителей разумных рас.
 
— О, так я не первый предупреждаю тебя об опасности твоего интереса? — Люка не мог не задать этот вопрос. Всё же, «журналист» и «любопытство», слова — синонимы. Кто бы что ни говорил.
— Представь себе. В Амсдаме, оказывается, проживает до девола людей и нелюдей, обеспокоенных сохранностью моего бренного тела, — хмыкнул в ответ ван Лоу, убирая конверт в карман собственного, не менее щёгольского, но однобортного, синего в тонкую чёрную полоску пиджака. — Странно другое. Ни один из этих сердобольных жителей нашего города почему-то никак не может взять в толк, что от меня здесь ничего не зависит… ну, почти ничего.
— Ты можешь уехать, — за насмешливым выражением лица журналиста легко читалось неподдельное беспокойство.
— Могу, и уеду, — кивнул Рид, а стоило Люке облегчённо вздохнуть и откинуться на спинку полукресла, договорил: — как только разберусь, кому и где я перешёл дорогу.
— Ри-ид! Упёртый осёл! — едва ли не простонал ван Рей.
— Достали здесь, достанут и в Новоземье, — невозмутимо пожал тот плечами в ответ. — А я не хочу тянуть свои проблемы туда, где живут небезразличные мне люди, Люка. Хотя бы потому, что там придётся драться всерьёз и всё равно останется опасность, что меня достанут через них. Так зачем рисковать?
— А с кем ты собрался драться здесь? С РСУ? С Семьями? Или со всеми разом? — нервно дёрнув уголком губ, ядовито произнёс журналист.
— Да не собираюсь я воевать, Люка! — отмахнулся Рид. — Но понять, какая сволочь меня донимает — обязан. Понимаешь ты это или нет?
— Да понимаю, понимаю, — отозвался тот. — Просто, зная тебя… дело опять закончится стрельбой и взрывами. А мне мой город нравится, знаешь ли! К тому же, где гарантия, что в результате мне не придётся верстать в набор твой некролог?
— Люка, не делай из меня монстра, будь добр! С тех пор, как я поселился в этом славном городе, от моей руки не пострадал ни один разумный, — уже всерьёз возмутился ван Лоу.
— О, да? — прищурился ван Рей. — Семья Цорен?
— А я здесь причём? — удивился Рид. — Эти зеленовласые недоумки, в своей непомерной жадности, умудрились наступить на хвост Цатти, за что и поплатились, в конце концов.
— Ну, конечно, — с явным сомнением в голосе протянул Люка и, резко подавшись вперёд, перешёл на полушёпот, правда, весьма экспрессивный. — И тот факт, что незадолго до сего прискорбного случая, у вашей конторы произошёл конфликт с Цоренами, роли не играет, да?
— Эти коротышки требовали сорок процентов дохода «за крышу», Люка! Конечно, это играет огромную роль, — вскинулся Рид. — Более того, я тебе честно признаюсь, что выпил бутылку твоего лучшего полугара, когда узнал, что Цатти раскатали резиденцию проклятых лепреконов в щебень!
— Твоими кадаврами, — ткнул пальцев в грудь собеседника ван Рей. — Скажешь, нет?
— Наша контора не занимается производством боевых машин, Люка. Это запрещено законом, помнишь? — вопросом на вопрос ответил Рид и, откинувшись на спинку своего кресла, вновь щёлкнул зажигалкой.
— Помню, — выдрав из руки собеседника портсигар, Люка нервно прикурил сигарету от вспыхнувшего над указательным пальцем огонька и, брякнув серебряную коробку на стол, договорил: — а ещё я помню зарево пожара над заливом и грохот взрывов, от которых у меня в доме повылетала половина стёкол! И помню, между прочим, как через пару дней после тех событий навещал одного внезапно «заболевшего» инженера у него дома. Как, нога к непогоде не ноет, нет, Рид?
— Я тебе уже говорил, но повторю ещё раз, — скривился тот. — Это был несчастный случай на производстве. Рванул клапан паровика, и меня задело осколком. И только.
— К демонам! — выдохнул журналист и резко поднялся из-за стола. — Упрямый ты осёл. Поступай, как хочешь, но не дай тебе Создатель сдохнуть, Рид! Я напишу для тебя самый паскудно-скандальный некролог, а потом приду на могилу и насру тебе на голову, так и знай.