Энтропия (СИ)
— Дорогой коллега, скажите попонятней, — попросил Дмитрий Сергеевич.
— Попытаюсь. Лево закрученные молекулы были открыты сравнительно недавно. Они кстати присутствуют в генах двадцать второй хромосомы человека. Вообще-то структура Z-ДНК энергетически невыгодна, хотя некоторые условия могут активизировать её формирования. Судя по всему организмы наших подопечных энергозатратны и для поддержания в них двигательных функций заражённым требуется большое количество пищи. Возможно что когда пища отсутствует они просто останавливаются и ждут добычу. Возможно без неё они смогут обходиться продолжительное время, если не будут быстро двигаться.
— Не совсем понятно, но мысль я уловил. В общем наши объекты исследований могут как удавы, либо пауки ждать добычу очень продолжительное время. Если они не будут двигаться или очень медленно двигаться и ничего не есть продолжительное время, то инфицированные без пищи погибнут? Так? — поинтересовался Дмитрий Сергеевич.
— Не совсем. Мы выявили гены, которые отвечают за регулирование метаболизма. Судя по анализам слизи, в них протекают совсем иные процессы, чем-то схожие с нашими, но не являющимися таковым. Такие гены есть у мелких насекомых, вшей, блох, клопов. — Павел Иванович на мгновение задумался.
— Ну и… — руководитель вопросительно посмотрел на генетика.
— Они могут очень долго двигаться в поисках пищи не используя внешних источников энергии.
— В общем не есть и не пить. Так? — спросил Дмитрий Сергеевич.
— Так, — кивнул генетик.
— Наконец-то. Вы Павел Иванович лучше завтра своему помощнику слово дайте, — улыбнулся Дмитрий Сергеевич. — Не хмурьтесь. У вас чисто научный язык в своей области, но мы же не все генетики. Теперь что нам скажут вскрывальщики?
— Отвечать буду я, старший клинико-патологоанатомической бригады Вишин Анатолий Павлович. Сегодня мы делали два вскрытия уже погибших объектов. Структура изменений касающихся перестройки организма во всех внутренних органах у них совершенно одинаковая. Мы разделали их полностью, разложив внутренние органы по отдельным ёмкостям и отправили всё это в холодильник. Изучением органов мы займёмся уже завтра. Очень удивили мозги заражённых. Всем присутствовавшим здесь хорошо известно, что у нас три основных мозга головной, спиной и костный. Костный мы сейчас в расчёт не берём, хотя и он у испытуемых изменён поражениями. Наш же головной у здорового человека делиться на пять отделов, так вот эти органы слились вместе и образовали нечто цельное со спинным мозгом. Такое впечатление, что это отдельный организм, помещённый в тела "больных". Конечно это моё субъективное мнение и скорее всего это не так. Однако… — Вишин замолчал на полуслове и тут же достав из кармана блокнот начал что-то туда записывать.
Посмотрев на Анатолия Павловича и решив не мешать ему Дмитрий Сергеевич взял слово. — Теперь расскажу что сделал сегодня я, — начал он. — Мне помогали два ассистента Шмидт Виталий и Иванов Сергей. После того, когда привезли "больного" в опер блок, мой помощник ввел в его голову зонд, чтобы взять пробу. Препарат ещё действовал на заражённого, но после введения зонда в ткани головного мозга и соприкосновения его с гипоталамусом, заражённый опять перестал себя контролировать. Возможно вакцина перестала действовать или при проникновении в гипоталамус больной опять теряет контроль, — профессор на секунду замолчал. — Да вопросов больше чем ответов, — продолжил он. — Трудиться точно придётся в три смены. Я повторюсь, лаборатория анализа должна работать в круглосуточном режиме. Все добытые пробы, покровные лоскуты, соскобы которые нам удалось сегодня получить, очень быстро изменяются. Возможно их придётся изучать в вакуумном кубе, а у нас его нет, надо будет такой заказать. Удивительно, когда брали пункцию из черепа "альфа игрек три" из гипоталамуса, подопытный сразу же, как бы сказать, умер? — эпидемиолог сделал паузу. — В общем я предлагаю их состояние мнимой жизни называть "ЗОИ" то есть жизнь по-гречески, а гибель "ТАНАТОС". — Дмитрий Сергеевич улыбнулся. — Мы же всё-таки работаем с "ХИМЕРОЙ", чудовищем древнегреческой мифологии.
— Это тоже записывать? — спросила Вера.
— Не обязательно. Больше ничего писать не нужно, — сказал Дмитрий. — Верочка, всё что записала на бумаге, перенеси, пожалуйста, в компьютер. Чуть позже я просмотрю отчёт и сегодня же отправлю в штаб.
— Хорошо Дмитрий Анатольевич. Мне можно идти?
— Да Верочка, идите.
Девушка встала из-за стола и грациозно продефилировала к выходу. Учёные не обратив на неё ни малейшего внимания продолжали обсуждать терминологию. У двери Вера оглянулась, но увидев что на неё ни кто из присутствовавших не обратил внимания, особенно Костя, нервно фыркнула и с силой толкнула дверь.
— А я предлагаю ввести слово БИОС, на древнегреческом кстати означает жизнь, ЗОИ это уже по-современному, — с жаром настаивал Владимир Николаевич. — Например, биология БИОС учение о жизни, а танатология ТАНАТОС как раз учение о смерти. Но как мы применим эти слова на практике?
— Зои похоже на зомби. Может биозомби? — Константин почесал переносицу. — Какое-то общее название вышло.
— Не подходит. Это что получится, "подопытный биозомби после чего танатос"? Значит жил и умер? Не пойдёт, — отверг идею Павел Иванович.
— А как в документах писать будем? — поинтересовался Виктор.
— В документах будем писать ЖИЗНЬ и рядом в скобках (Б) то есть биос и СМЕРТЬ и в скобках (Т) где Т танатос, а между собой так и будем говорить как об обычных людях. Жил, живой, умер, погиб. Иначе путаница будет сумасшедшая, — предложил вирусолог.
— А как мы назовем препарат замедляющий агрессию у инфицированных? — спросил кто-то из сотрудников.
— Я предлагаю "Беллерофонт". По древнегреческой мифологии именно герой с таким именем убил Химеру, — сказал Дмитрий Сергеевич.
— Вот и начали определяться и терминологией, — заключил Владимир Николаевич.
— Все новые термины я предлагаю заносить в отдельный список и пояснения к ним. Сделать что-то типа глоссария. На этом у меня всё. Есть предложения? — Дмитрий осмотрел присутствовавших. — Предложений нет. Ну что? Подошло время сеанса общей связи. Вячеслав, включите пожалуйста проектор, через пять минут начнётся.
***
После отправки на "материк" отчётов, новых заказов на оборудование и химические препараты, все отправились по своим жилым помещениям. Только академик и профессора остались сидеть за столом, решив обсудить полученную из штаба и моблабов информацию.
— Видели картинку с дронов? — спросил Дмитрий Сергеевич. — Увеличение численности заражённых приблизительно возросло в три раза. И к ним, кроме "людей" уже начали прибиваться "животные".
— Чего они там делают? Ведь и не разбредаются никуда. Наоборот их всё больше, — произнёс Виктор барабаня пальцами по столу. — Главное на месте не стоят, медленно ходят по кругу. Слышали же? Наталья Игоревна сказала что завтра их может быть в шесть раз больше.
— Получается чуть ли не геометрическая прогрессия, — сказал задумчиво Владимир Николаевич.
— Интересно, когда они все соберутся, что потом будет? — спросил Виктор ни к кому не обращаясь.
— По ним надо нанести ядерный удар, — решительно заявил вирусолог.
— Лучше провести войсковую операцию с применением бронетехники, — предложил Дмитрий Сергеевич. — Ядерный удар, даже тактический… Сами понимаете, просто так применить не получиться. Нужно будет поставить в известность мировые державы. А чем мы обоснуем применение оружия массового поражения на северо-западе Сибири? Американцы и так постоянно запрашивают у нашего правительства, что же здесь всё-таки происходит. И свои запросы подкрепляют фото и видео съёмками со спутников-шпионов.
— А я настаиваю на применении ядерного удара, — кипятился Владимир Николаевич. — Нужна полная стерилизация местности.
— Какие вы мужчины воинственные, — сказала Лидия Михайловна. — Мы не можем знать когда они все соберутся. Зато можем произвести кое-какие математические расчёты и по расчётам уже судить о ситуации. Понаблюдаем ещё пару дней, выведем примерное число прибывающих к каждой группе в течение суток. Примерное общее количество заражённых находящихся сейчас в городе около шестидесяти тысяч, я беру максимальную цифру, и вот когда это количество достигнет в этих группах этой самой численности, отправим рапорт в центр. Там пусть решают.