Автобус славы (ЛП)

- Ди-Ди.
- Не Ди-Дикай мне.
Иисусe. Эта медсестра – настоящая ли она? – была грозной.
Норман подумал: "Я влюбился".
Его взгляд скользнул по фигуре медсестры в плотно облегающей униформе. Сколько ей лет? Двадцать три? Двадцать пять?
Ее коротко остриженные волосы были безупречны.
Темные.
Глянцевые.
"Не как у Бутс. Не обесцвеченные. Не колючие.
Прекрасные волосы".
Медсестра подошла, сканируя взглядом еду и напитки на столах.
- Ди-Ди, милая, - промурлыкал доктор Пирман. - Присядь; выпей бокал вина.
- Папа, ты же обещал, что не будешь этого делать, - простонала женщина по имени Ди-Ди.
Даррен попытался обезоруживающе улыбнуться.
Получилось слабовато.
- Мы всего лишь развлекаем одного из наших гостей, - сказал Даррен.
- Конечно, - согласился доктор Пирман. – Устроили небольшое барбекю. Приятная интерлюдия.
- Интерлюдия, как бы не так, - бушевала Ди-Ди. Когда она заговорила, ее слова были обращены ко всем на лужайке. - Вы все решили снова устроить одно из своих шоу, чтобы надуть первого безмозглого сопляка, который попадется вам на пути.
- Эй, - сказал Норман, уязвленный ее оскорблением.
Она снова повернулась к доктору Пирману.
- Папа. Мы не спасем все это, обманывая наших гостей.
Норман уставился на женщину в униформе медсестры.
Она посмотрела в ответ.
- Вы должны уйти, - сказала она ему.
- Вы были в сериале? - спросил Норман, озадаченный. – Не могу вспомнить...
- Нет, я не снималась в "Интенсивной терапии". - Женщина говорила так, как будто объясняла это уже столько раз, что ей надоело повторять это снова. - Я слишком молода для этой кучи дерьма. Кроме того, я не актриса. Я единственная здесь, кто имеет медицинское образование. Я медсестра в больнице Святого Иуды в центре города. Настоящая медсестра.
Она выглядела достаточно настоящей.
Выглядела хорошо во всех отношениях.
Норман заметил, что молния на униформе, которая была ледяной белизны в лучах заходящего солнца, спускалась от горла до самого живота.
"Вот это молния, которую стоит расстегнуть", - подумал он, наблюдая, как сердито вздымаются и опускаются ее груди.
- Сэр, - сказала она более мягким голосом. - Вы ведь не сообщите об этом в полицию?
- Нет, конечно, нет, но...
- Но вам интересно, что происходит?
Норман кивнул.
Ди-Ди обошла собравшихся бывших актеров. У них было такое остекленевшее выражение глаз, как у людей, знающих, что они неправы. Пока шла, она объясняла:
- Они, вероятно, сказали вам... ...эм?
- Норман.
- Они, наверное, рассказали вам, Норман, что после того, как шоу закрыли из-за того, что все они потребовали огромного повышения зарплаты, они купили мотель?
Норман снова кивнул, скрывая свое прежнее незнание истинной причины отмены "Интенсивной терапии".
- Они не объяснили, что были настолько неумелыми и не обладали деловой хваткой, что купили мотель, который находился не на главной магистрали?
- Нет, они сказали, что он процветает.
- Процветает, да? Нам повезло, что у нас бывает дюжина постояльцев в неделю. Не так ли, папа?
Доктор Пирман кивнул.
- Не так ли, Даррен?
Чувствуя себя неловко, Даррен тоже кивнул.
- Итак, эта группа театральных деятелей на пенсии живет в мотеле, по очереди играя роли уборщиков шале, служащих мотеля, садовников.
Доктор Пирман выглядел огорченным.
- Этот молодой человек не хочет слышать всех этих... этих фактов. Факты - это тяжелые сапоги реальности. Факты, моя дорогая, заставляют мир жалко плестись, когда он должен танцевать.
- Папа, ты не можешь выманивать у людей их деньги. Вот болезненный факт реальности, который ты должен усвоить. - Ди-Ди печально покачала головой.
Норман вскочил на ноги.
- Вы имеете в виду, что нет никаких конвенций? Никаких писателей ужасов, которые появятся на следующей неделе?
- Увы, нет, дорогой мальчик.
- Мы даже не смогли отдать это место, - сказала Ди-Ди Норману. - Так что моя зарплата сиделки кормит этих негодяев. Она же покрывает и выплаты по кредитам, и вот как эти неблагодарные отплатили мне.
 
- Уверена, что не хочешь бокал охлажденного вина? - спросил Даррен.
- Может, и стоит, учитывая, что я заплатила за все это, - она сердито посмотрела на Даррена. - А что случилось со списком продуктов, который я тебе дала?
- Ну, мы...
- Не помню, чтобы там было вино и бифштексы "Ти-бон".
- Ди-Ди, прости, мы думали...
- Все дело в том, что вы никогда не думаете. Папа, ты можешь попасть в тюрьму за такие трюки.
Норман наблюдал, как доктор Пирман сглотнул. Это было уже слишком для него.
- Не думаю, что они действительно хотели причинить вред, - сказал ей Норман.
- В этом-то все и дело. - Она говорила устало. - Они безвредны. Они придумывают грандиозные планы за бокалом мартини, но все это просто мечты. Я дала Даррену сто долларов, чтобы он купил продукты по моему списку. Список был очень экономным, потому что у нас нет денег в банке. И смотри, они потратили все на пиво, вино, шикарные стейки. Черт... Я больше так не могу.
- Дорогая, дорогая, - проворковал доктор Пирман. - Мы можем что-нибудь придумать.
- Нет, ты не можешь, - сказала она. - Никто из вас не может.
Норман поморщился, увидев выражение лиц окружающих.
Печаль. Чувство вины. Раскаяние.
Ди-Ди продолжала:
- Когда дело доходит до того, чтобы запоминать свои реплики и притворяться кем-то другим, ты великолепен. Когда ты пытаешься жить в реальном мире, ты... - Она пожала плечами. - О, какой в этом смысл?
Последовала пауза. Никто не говорил. Никто не двигался.
Насекомые парили в воздухе, день переходил в ночь. Где-то датчик включил прожекторы, которые осветили лужайку ярким зеленым светом. Гамбургер, забытый на барбекю, издал треск. Он начал гореть жирным желтым пламенем.
Фу, ну и ночка.
Хотя, конечно, здорово тусоваться с актерами из "Интенсивной терапии". Даже если они кучка мошенников.
Не очень удачливых аферистов.
Затем появляется эта девушка по имени Ди-Ди, дочь доктора Пирмана.
Вероятно, как раз вовремя, прежде чем он, Норман, отправился грабить винный магазин из-за пяти тысяч.
Это была такая пауза, которую можно было заполнить чем угодно.
Дальнейшими увещеваниями от грозной, хотя и сексуальной Ди-Ди?
Слезливым срывом от доктора Пирмана? Ну, точнее, от мужчины, который его играл.
Но:
Три фигуры вошли через проход в живой изгороди.
Двое крепких парней. И крепкая женщина лет тридцати.
Они были одеты в полицейскую форму.
Смел ли он надеяться, что это тоже актеры? Три усталых артиста из полицейской драмы, желающие снять комнату на ночь.
Ди-Ди застонала.
- Видишь, папа? Одна из ваших жертв сообщила о вас.
- О, боже, - выдохнул он. - Не думаю, что мне понравится в тюрьме.
Даррен побледнел.
Остальные бывшие актеры выглядели так, словно вот-вот упадут в обморок.
- Игра окончена, - пробормотал доктор Пирман.
Ди-Ди шагнула к трем офицерам.
- Прошу. Я могу объяснить. Мой отец - актер. Он склонен жить в мире фантазий.
- Ди-Ди? - Доктор Пирман выглядел огорченным.
- Что бы ни натворили мой отец и его друзья, я уверена, что мы сможем решить эту проблему.
Трое полицейских вытащили револьверы из кобуры.
Направили их через стол, уставленный винными бутылками и картофельным салатом.
- Мои дорогие господа, мадам, - доктор Пирман поднялся на ноги. - В оружии нет необходимости. Я не буду сопротивляться аресту.
Заговорил самый старый полицейский.
- Вискофф. Норман Вискофф. У меня есть ордер на ваш арест.
Теперь все взгляды устремились на Нормана, когда трое полицейских приблизились, нацелив пистолеты ему в грудь.