Автобус славы (ЛП)

Скажи им, что ты просто идешь гулять".
Дюку может не понравиться. Это может разозлить большого парня. Мысль о том, что Норман просто прогуливается ради удовольствия, может оказаться главным источником раздражения.
- Ну что ж, кто не рискует... - проворчал Норман.
За десять секунд он натянул чистую белую футболку, серые брюки-чинос и сандалии. Без сомнения, Дюк может придраться и к выбору одежды Норманом.
Норман просунул голову из спальни в гостиную. Было темно. Но, к его облегчению – огромному, ГРОМАДНОМУ облегчению, – Дюк все еще спал на диване. Окурок сигареты, казалось, пустил корни в его угрюмом рту. Когда он понял, что из комнаты Бутс тоже не доносится ни звука, он заглянул к ней...
Она лежала голая, задницей вверх.
Мертвая для всего мира.
Если уж на то пошло, она даже выглядела как только что убитая свинья. Теперь, когда ее мышцы расслабились, когда она тихо похрапывала, ее лицо выглядело так, будто оно было в процессе плавления. Черты лица поникли, сползли набок, когда гравитация притянула их к подушке, на которой лежала часть ее лица.
Норман посмотрел на ее широкий зад. Щель между ее ягодицами превратилась в глубокий овраг, в котором мог заблудиться лось. А глубоко в центре находилось интимное место, которое один из его друзей назвал "глаз старого япошки".
Норман ухмыльнулся. Вау. Если бы у него сейчас была петарда, он вряд ли смог бы удержаться.
Жуткая парочка спала крепким сном. Он мог ускользнуть, не отвечая ни на какие вопросы.
Крадучись, он вышел из комнаты Бутс, пересек гостиную и подошел к двери домика. Оглянулся.
"Черт".
Эти двое даже не были похожи на обычных спящих. В них было что-то от трупов. Они спали так, словно репетировали перед вечным сном.
Солнце стояло низко над кукурузными полями, когда Норман направился к офису мотеля. Отсюда он мог видеть обратную сторону таблички с названием, которая уже загорелась с наступлением сумерек. Мотель "Ха-Ха".
"Дружелюбное название, - подумал Норман. – Даже смешное".
За офисом мотеля высокая густая живая изгородь окружала участок земли. Он увидел, что в растительности была прорублена арка, образующая узкие ворота. Он услышал разговоры, звук выдернутой пробки.
"Это должно быть оно, Норми".
Теперь он уловил запах жаренного мяса. У него потекли слюнки.
Норман шагнул вперед и оказался на огороженной лужайке.
А там были они. Актеры из "Интенсивной терапии".
Норман вытаращился, хотя на них не было униформы, которую он так хорошо помнил после просмотра почти сотни эпизодов. Медсестры были одеты в хирургические зеленые топы и брюки. Секси-и-и! Врачи были одеты в безупречные белые халаты. Он увидел медсестру Лоу. Петри был медбратом, Гути - коренным американцем-парамедиком. Доктор Санчес Гвидо (он же Даррен, служащий мотеля) жарил гамбургеры на гриле для барбекю. Затем доктор Реннин, гламурная рыжеволосая женщина лет сорока пяти, потягивающая коктейль. Рядом сидели доктора Браун и Пирман, их волосы уже поседели, так как они бежали трусцой по жизни в свои пятьдесят.
"Срань господня".
Актерский состав "Интенсивной терапии". Несмотря на прошедшие годы, их очарование все еще ярко сияло.
Доктор Санчес (он же Даррен) заметил Нормана.
- Привет, сэр. Хорошо, что вы пришли.
- Этого я бы не пропустил, - с чувством сказал Норман.
Даррен махнул ему рукой.
- Знакомьтесь с нашей труппой. - Он положил бифштекс на барбекю. Тот мгновенно начал шипеть от жара. От углей поднимались клубы пламени. - Ребята. Это один из наших клиентов. Мистер...
Норман буквально подпрыгнул.
- Норман. Зовите меня Норман.
- Добро пожаловать на борт, Норман. - Парень, который играл злого Доктора Пирмена, улыбнулся. Он выглядел таким приятным и дружелюбным. Ничего общего с его экранной личностью.
Норман улыбнулся в ответ и, здороваясь, обошел всю группу. Пожал руки. Рыжеволосая женщина задержала его руку дольше, чем остальные, и приветствуя, пристально смотрела на него своими зелеными глазами.
 
Даррен сказал:
- Норман. Помогите мне с этими гамбургерами, ладно? Они уже почти готовы.
- Конечно.
- Тарелки там, на полке под столом.
- Достал.
- Я буду выкладывать гамбургеры на тарелки, а вы передавайте их Джиллиан, хотя вы лучше знаете ее как медсестру Лоу. Она нарезала помидоры и сыр для булочек.
- Отлично. - Норман был в восторге.
"Вот я общаюсь со знаменитостями под открытым небом. Это похоже на голливудскую вечеринку".
Злой доктор Пирман протянул ему бутылку пива. "Боже, он действительно славный парень".
Не то, что его экранный персонаж, который перекрывал капельницы или намеренно не давал анестетик во время операции, так что пациент просыпался с криком и вываливающимися из живота кишками.
В реальной жизни этот парень и на муравья бы не наступил. Не говоря уже о том, чтобы зашить губы ребенку как в третьей серии. Норман даже слово в слово помнил этот диалог.
- Теперь ты не сможешь рассказать полиции о том, что только что видел, - говорил доктор, вводя шовную иглу в верхнюю губу ребенка. - Что ты говоришь, дитя? Хочешь анестезию? Позвольте сказать вам, молодой сэр, в мою смену обезболивания не будет.
"О боже, боже. Вот это эпизод. Какая серия!"
- Вы довольны своим домиком? – спросил доктор Санчес - ой, Даррен.
- Все отлично, - восторгался Норман. - Очень удобно.
- А ваши друзья?
- О, они не смогли прийти. Они сейчас отсыпаются.
- Нет, я имею в виду, им понравилось жилье?
- О, конечно. Даррен, можно вопрос?
- Да.
- Какова была настоящая причина отмены сериала?
- Настоящая причина? - Даррен поднял темные брови.
- Блин, этот сериал мог бы идти до сих пор. Именно такой и должна быть медицинская драма.
- Это был хороший сериал. Но настоящая причина его отмены в том, что он стал слишком дорогим.
- Но у него были миллионы зрителей.
Даррен пожал плечами.
- Если шоу перестает приносить прибыль - даже если его смотрят все, включая мать президента – его отменят.
- Это несправедливо.
- Кому вы это говорите? Вот, стейк готов, если любите с кровью. Берите тарелку. Столовые приборы на подносе.
Норман с благодарностью принял на свою тарелку шипящий стейк. Он выглядел так аппетитно, но ему не хотелось прекращать разговор с Дарреном.
- Они могли бы урезать бюджет и продолжать сериал.
- Они так и сделали.
- А?
- "Интенсивная терапия Лос-Анджелеса".
Норман озадаченно покачал головой.
- Именно. Никто этого не помнит. Они уволили актеров "Интенсивной терапии", затем применили формат к новому шоу с новыми актерами – подешевле - и перенесли реанимационное отделение в Лос–Анджелес.
- Отсюда и название.
К ним присоединился доктор Пирман. - А ты, милый мальчик, слыхал когда-нибудь о таком дьявольском названии для сериала? LA ICU?[28] Я тебя спрашиваю. Кто бы знал, что это значит? И вот мы здесь, десять лет спустя. Эй, Норман, сядь за стол, чтобы ты мог съесть свой стейк. Мы присоединимся.
Норман сел за стол для пикника, напротив него сидели Даррен и доктор Пирман.
"Я, конечно, знаю, что это совсем не доктор Пирман. Но вот не помню его настоящего имени.
А спрашивать не хочу.
Черт возьми, это круто - думать о нем как о докторе Пирмане. Мяснике из тринадцатого отделения. Хе-хе-хе..."
Норман ухмыльнулся.
- Простите. Я не могу перестать улыбаться.
Доктор Пирман улыбнулся в ответ.
- Нет проблем, мой мальчик. Нам здесь нравятся счастливые люди, не так ли, Даррен?
- Конечно.
Норман разрезал стейк. Из его почти сырого центра потекла сочная красная кровь.