Автобус славы (ЛП)

- Обычно все зовут меня Памела.
- Привет, Памела.
- Привет, Шарп.
- На тебе этот наряд смотрится лучше, чем на Фрэн.
- Фрэн?
- Девчонка, с которой ты его сняла. Фрэн Лоури.
"О, замечательно, у него есть для них имена".
- Ну, не будем тратить время попусту, - сказал он. – Как насчет того, чтобы избавиться от этого приятеля? Выбирай руку.
Памела выбрала левую руку Родни и подняла ее за запястье. Шарп, стоявший рядом с ней, взялся за правую руку. Они начали пятиться назад, таща его за собой.
- Я хочу поблагодарить вас за то, что вы спасли меня. Он собирался убить меня.
- Так и думал, что он ничего хорошего не замышляет.
- Он убил моего мужа прошлой ночью.
Несколько мгновений Шарп молчал. Потом покачал головой.
- Это настоящий позор. Мне очень жаль это слышать. Боже мой, он сделал из тебя вдову. И я вдвойне рад, что пустил ему пулю в лоб.
- Мы были женаты всего шесть месяцев.
- Очень жаль, - сказал Шарп.
- Он показал мне тело Джима. - Памела была немного удивлена, услышав, что рассказывает Шарпу о таких вещах. Тащит Родни и раскрывает свои секреты. - Это было... в ванной. Он показал его мне по дороге... когда мы уходили. Джим лежал на полу, но...
От этого воспоминания она вдруг поперхнулась и согнулась пополам. Когда ее вырвало, она увидела сквозь слезы, как ее рвота каскадом хлынула на лицо Родни.
- Все в порядке, - пробормотал Шарп, нежно похлопывая ее по спине. – Выпусти все это. Тебе станет намного легче, если ты просто выплеснешь все на него.
Когда Памелу перестало рвать, она осталась согнутой, положив руки на колени. Ее зрение было затуманено слезами. У нее болела грудь. Горло и носовые проходы словно обожгло.
- Вот, - сказал Шарп, - у меня есть для тебя платок.
- Я... его испачкаю.
- Тебе это нужно больше, чем мне.
Он поднес к ее лицу красную бандану, и Памела взяла ее. Она вытерла лицо и высморкалась, потом выпрямилась и сделала пару шагов назад. Лицо Родни было покрыто толстым слоем разноцветной жижи.
Вчерашняя пицца.
Джим заказал доставку пиццы на дом. Пепперони с колбасой, тонкая корочка, с дополнительным сыром. Они ели ее в гостиной перед телевизором, пили пиво и смотрели запись вчерашнего вечернего шоу Леттермана. Последний ужин Джима. Его последнее шоу Леттермана. Его последнее все.
Памела начала плакать, но потом увидела, что открытый рот Родни полон до краев.
Она вдруг потеряла всякий интерес к слезам.
Памела отвернулась и ее снова стошнило. Боль пронзила ее грудь и спину. Она задалась вопросом, не повредила ли себе что-нибудь всей этой рвотой. Сосредоточилась, стараясь удержаться от нового приступа тошноты.
"Просто не думай о блевотине у него во рту". Ее снова вырвало.
- Ты в порядке? - спросил Шарп.
- Нет, - выдохнула Памела.
- Не смотри на него. Вот что я тебе скажу. Просто оставайся здесь и расслабься. Я позабочусь об этом парне.
Не оглядываясь, она кивнула.
- Хорошо, что он уже мертв, - объявил Шарп. - Если бы это было не так, он, вероятно, захотел бы этого.
Памела рассмеялась. Она ничего не могла с собой поделать. Просто легкий смешок. Было больно, но не так, как от рвотных позывов.
Памела услышала, как Родни тащат прочь. Почувствовала себя виноватой из-за того, что заставила Шарпа делать всю работу, и поспешила за ним.
Не сводя с него взгляда, она сказала: - Я помогу.
- Ты не обязана.
- Я просто не буду на него смотреть.
Шарп протянул ей руку. Она вцепилась в запястье Родни обеими руками. Бок о бок они с Шарпом начали пятиться назад, волоча за собой тело. Памела смотрела налево, чтобы не видеть Родни.
- Куда, вы говорите, мы его тащим? - спросила она.
- До дыры славы.
- Дыра славы?
- Раньше в этих местах было много шахт. Некоторые шахты просто бросили, когда закончилась руда, оставили открытыми и все. Я нашел эту дыру славы несколько лет назад. Сомневаюсь, что кто-нибудь кроме меня и, может быть, пары старых старателей знает, что она здесь.
- Вы живете где-то поблизости?
 
- Ага. Вон в том автобусе.
"Не спрашивай!" Но она ничего не могла с собой поделать.
- С теми, кто внутри?
- Да, так и есть.
"Не надо, не надо, не надо!"
- С... Фрэн и... э-э-э... – начала Памела. Она повернула голову в другую сторону, заставляя себя не смотреть на Родни, и посмотрела в лицо Шарпа. - Кто они?
- Ну, они не столько "кто", сколько "что".
- Ох. Хорошо. И что они такое?
Он повернул голову и улыбнулся ей. - Ты хочешь сказать, что не знаешь?
- Ну...
- Это магазинные манекены, - сказал Шарп и оглянулся.
- Ну, это понятно. Но...
- Подожди пока, мы уже на месте. - Шарп отпустил руку Родни, а Памела, не отрывая взгляда от тела, присела на корточки и положила другую руку на землю. Потом она встала и обернулась.
- Вот оно, - кивнул Шарп.
Отверстие чуть дальше по склону от них выглядело как вход в пещеру, вертикальную пещеру. Памела медленно подошла к нему. Шарп держался рядом.
- Не подходи слишком близко, - предупредил он.
Еще несколько шагов, и Памела вдруг поняла, что не может подойти ближе к дыре. Ее ноги, дрожащие и слабые, казалось, знали, что они уже достаточно близко. Они остановили ее. Ей захотелось отступить, но она поборола это желание. Слегка согнув колени, Памела осталась на месте.
Шарп остановился рядом с ней.
- Идет прямо вниз, - сказал он.
- Очень далеко?
- Достаточно.
- Это кажется... ужасным местом, чтобы оставить здесь кого-то.
- Не более ужасное, чем он, по-моему, заслуживает. С другой стороны, он мертв. И уже не будет знать ничего лучшего. Ты просто держись в сторонке, а я позабочусь о нем.
Шарп пошел за Родни.
С того места, где стояла Памела, она могла видеть только часть устья шахты. Дальняя ее стена была ярко освещена солнечным светом. Она предположила, что дальше внизу солнечный свет должен ослабевать. Становился все тусклее и тусклее, пока совсем не исчезал и оставалась только чернота. Шарп прошел мимо Памелы. Нагнулся и попятился назад, таща Родни за запястья.
- Будьте осторожнее, - сказала Памела.
- Ага.
Он продолжал идти назад, все ближе и ближе к краю дыры славы.
- Шарп!
Он поднял голову, но не остановился.
- Смотрите, куда идете!
- О, не беспокойся о старине Шарпе.
Он был всего в двух шагах от ямы и все еще отступал назад.
- Черт возьми, Шарп! Вы сейчас упадете!
На самом краю ямы он остановился и отпустил запястья Родни. Выпрямился и улыбнулся Памеле.
- Не стоит волноваться. Я в этом деле не новичок.
- Пожалуйста, отойдите от края!
- Конечно, - он перешагнул через тело Родни.
Памела сделала глубокий, судорожный вдох.
Стоя над ногами Родни, Шарп повернул к ней голову.
- Я уже опустошил его карманы, еще в автобусе. Тебе что-нибудь нужно, прежде чем я дам отмашку?
- Не думаю.
- Ну, тогда...
Он опустился на колени, обхватил Родни за лодыжки и толкнул. Тело начало съезжать головой вперед в сторону ямы.
Памела посмотрела на лицо Родни. Большая часть грязи, должно быть, сползла с него, но капли рвоты все еще оставались тут и там. Она все еще заполняла его открытый рот. Покрывала его единственный оставшийся глаз и была забита в глазницу, где раньше находился другой. Она представила, как холодная пицца стекает по его горлу. Толстые сырные комки.
Памела с трудом сглотнула и отвела взгляд.
"Он это заслужил, - сказала она себе. – Заслужил все это". Когда взглянула снова, голова Родни была запрокинута назад, свешиваясь над дырой. Его плечи были на краю.
Шарп продолжал толкать.
Руки Родни упали в дыру. Вскоре его спина согнулась так сильно, что казалось, вот-вот сломается позвоночник. Шарп отпустил лодыжки мертвеца, и ноги Родни взметнулись к небу. Подняв пятки, он нырнул прямо вниз и исчез.