Последний Страж. Том 4 (СИ)

Но так как я всё равно не мог уснуть, то сидел в кресле и вспоминал мельчайшие детали — те, что я видел в этом сне. Обугленные бетонные остовы, оплавленная арматура, рытвины на стенах…
Нет, картина была не такой, как в Новосибирске. Я имею ввиду следы на зданиях, которые оставила после себя война кланов. Тут было что-то совсем другое.
Пока я раздумывал, выползла Мария Рафовна. Подняла свою голову и уставилась мне в глаза. У меня аж голова закружилась от этого.
  
Глава 4
 
— Что случилось? — спросил я у своей теневой мантии.
Мария Рафовна склонила голову на бок и посмотрела на меня. А потом скользнула на пол и отправилась на мою кровать. И там уже разлеглась, заняв практически всю поверхность.
Всё-таки она сильно выросла! Когда я её только принёс, она лежала на кровати ленточкой, а теперь — покрывалом.
То, что она вот так ни с того, ни с сего разлеглась на кровати, было странно и совершенно не похоже на обычное поведение моей питомицы.
Я некоторое время удивлённо смотрел на неё. Пока Мария Рафовна не подняла голову и не посмотрела на меня. В её взгляде читалось: «Не тупи!»
Пожав плечами, я подошёл к своей тварюшке.
Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что происходит — Мария Рафовна тоже получила отравление некротическй энергией. Ран у неё не было, но цвет кожи был не естественно бледный и пятнами. Но видно это стало только когда она распласталась на кровати.
— Твою мать! — выругался я.
— Мр-р-р! — успокаивающе проворковала Мария Рафовна и снова вытянулась.
Я уже научился чувствовать её настроение и состояние. Так вот, она не показывала ни тревоги, ни страха или боли. Я хорошо помнил, как она вела себя, когда молния пробила её. Сейчас же она просто лежала и чего-то ждала.
Потихоньку проведя рукой по её телу, я ощутил, что её кожа перестала быть ровной и гладкой. Вместо этого под кожей появились бугорки. Я не знал, что это за бугорки, но Мария Рафовна на поглаживание расслабилась и заурчала, затарахтела, как котёнок, когда его гладят.
Пришла в голову мысль, что эти бугорки зудят, вот моя тварюшка и попросила «почесать ей спинку».
Я раньше никогда не гладил взрослых теневых мантий, поэтому не знал, нормально это или нет, что под кожей у неё скопились бугорки. Но в сложившихся обстоятельствах я готов был предположить, что не нормально. Всё-таки Мария Рафовна первой кинулась в бой и билась до последнего монстра.
Некротическая энергия вряд ли полезна для теневых мантий. А мутагенный фактор может быть опасен для Марии Рафовны точно так же, как и для людей. Поэтому проводя ладонью по спине моей питомицы в очередной раз, я пустил в руку тьму. Благо уровень стихии теперь позволял это.
Мурчание моей тварюшки усилилось. Как будто это именно то, чего она от меня и хотела.
Как только до меня это дошло, я аккуратно прогладил каждый сантиметр её тела, причём, следил, чтобы тьма на руке всегда была. И бугорки под моей рукой, окутанной тьмой, начали расправляться и исчезать. По довольному урчанию я понял, что всё делаю правильно.
Я гладил тварюшку и ворчал:
— Вот зачем ты рванула к некротикам? Рисковала… А вдруг бы они тебя ранили? И что тогда? В следующий раз так не делай!
Мария Рафовна ровненько тарахтела и подставляла под мою ладонь те места, где нужно было погладить получше.
Едва прогладил спинку, Мария Рафовна перевернулась и подставила брюшко. Его я тоже обработал тьмой.
А потом достал кристалл энергии. Я давно уже не кормил свою теневую мантию этим деликатесом. Особенно после того, как она сама начала охотиться. Но тут решил побаловать.
Сама Мария Рафовна по-прежнему не могла употреблять энергию из кристалла. Я, как и прежде, пропустил энергию через себя и под благодарное урчание переправил питомице.
Наевшись, она довольно зевнула и ленива уползла на своё место.
После того, как я сейчас увидел её распластанной на кровати, мне стало интересно, как так она обматывается вокруг меня, что я её не чувствую. Она ведь уже больше меня, но нисколько не сковывает моих движений.
 
Но решать все эти пространственные задачи мне было лень. Не сковывает движения, и ладно! Главное, всегда рядом и теневой карман под рукой.
Кстати, теневой карман тоже увеличился. Правда не настолько сильно, как тело, если смотреть пропорции.
Забота о питомце сняла напряжение, и я, наконец-то лёг спать. В огромной надежде, что до утра никаких нападений или форс-мажоров не будет. Потому как я безмерно устал. Мне требовался отдых. И думаю, не только мне.
А вот завтра, как только проснусь, нужно будет поговорить с Архипом Васильевичем. Боюсь, сегодняшнее напряжение плохо на нём отразилось. Как бы проклятие не активировалось.
Но это всё завтра… завтра… завтра.
Усадьба князя Соколова
Некоторое время спустя
— Что там Ольга? — спросил князь Соколов у своего друга.
— Лекарь сказал, что всё нормально, но я приказал наблюдать за ней. Ты же знаешь, у неё здоровье с детства слабое, — ответил граф Брагин.
— Обычно, когда открывается дар, здоровье становится крепче, — возразил князь.
— Знал бы, что там будут некротики, ни за что не пустил бы! — возмутился граф. — И ещё представь, она мне не хотела говорить про них!
— Знает, что будешь переживать, — пожал плечами князь. — К тому же про некротиков стало известно только когда на место прибыли, и то не сразу, а только после боя. Так что, не ругайся на Олю.
— Да на неё хоть ругайся, хоть нет. Вся в мать! Такая же упрямая!
Князь засмеялся.
— Ты на себя посмотри! Упрямее тебя ещё поискать нужно! Как упрёшься…
— А тут ты не прав! — сразу сбавил тон граф Брагин. — Если бы не моё упрямство, где бы мы с тобой сейчас были бы?
— Но и к Виктору ты не справедлив! — возразил князь Соколов.
— Не начинай! — набычился граф.
— Что не начинай-то? — хохотнул князь Соколов. — Наших дочерей из борделя вытащил? Вытащил! И ничего, заметь, за это не попросил! На помощь пришёл во время нападения? Пришёл! И опять ничего не попросил за это! Наоборот, у нас с тобой теперь есть по меху! Мы могли бы не отдавать ему часть трофеев, и он ни слова не сказал бы! Я в этом абсолютно уверен. Нормальный парень!
— Да видал я таких нормальных! — взорвался граф Брагин. — Оглянуться не успеешь, а Ольга уже влюбится в него и замуж захочет!
— Что поделаешь, — вздохнул князь Соколов. — Дочери вырастают и уходят строить свою семью.
— Да ведь он же ни титула не имеет, ни дома своего! Живёт у Свиридовых. Своего ничего нет! Какой это муж⁈
— Ты знаешь, Лёня, — негромко ответил князь Соколов. — Я почему-то уверен, что будет у него и дом, и титул и ещё много чего.
— Да откуда, Глеб? Откуда? — возмущённо спросил граф Брагин.
Князь Соколов развёл руками.
— Не знаю, чем ты слушал. Контракт на поставку императорскому двору земной рыбы — это тебе не хухры-мухры! Вот ты можешь похвастать, что у тебя такой контракт есть? Да любой контракт на поставки в императорский дом! Можешь похвастаться? Не можешь! А он может! А ты говоришь, титул, дом… Всё у него будет! Этот парень своего не упустит!
Граф Брагин задумался, но потом всё же спросил:
— Как он это делает?
— Что делает? — спросил князь.
— Ну… Свиридовы уже почти уничтожены были, а теперь народу в доме полно, техника, оружие, теперь вот контракт.
— Талантливый парень, что тут сказать, — пожал плечами князь. И добавил негромко: — Жалко сломают.
— Ты всё понимаешь! — вздохнул граф Брагин. — И как мне с Олей разговаривать?
— А также, как и я с Аллой, — усмехнулся князь Соколов. — Следить, чтоб девки глупостей не наделали, и ждать, что будет дальше.
— Тебе хорошо так говорить! — вздохнул граф Брагин. — Твоя Алла рассудительная, сгоряча серьёзных решений не принимает. А моя Оля как упрётся, и всё. Добилась же своего с даром.