Три поцелуя

— Почему ты так думаешь?
— Потому что сегодня вечером мы исполним обряд, который его окончательно похоронит.
— Ты везешь меня не домой? — воскликнула Анжелика, впервые обратив внимание на вид за окном.
— Нет. Там, за поворотом, нас ждут лошади. Ты видишь этот пакет на сиденье? Открой его.
Анжелика взяла в руки пакет и медленно открыла. Замшевое расшитое индейское платье было мягким на ощупь.
— Оно потрясающее!
— Это для нашего брачного обряда, — сказал Куинн, кладя свою руку на ее кисть. — Мы проведем его на нашем старом месте, если ты согласна выйти за меня замуж. Я хочу сегодня взять тебя в жены, женщина моей души!
Анжелика крепко сжала его руку. Она знала, что Куинн всегда, когда волнуется, говорит высокопарно.
— Любимый мой, — прошептала она, чтобы увидеть, как он смущенно краснеет.
  
Эпилог
 
— Представляю вам Клуб здоровья и красоты «Дикие Ивы» — новый горный курорт в штате Вайоминг, — прошептала Кло.
Три подруги стояли рядом перед новым корпусом своего детища. В чистых больших окнах, смотревших на долину и реку, за которую боролся Сэм Мэттьюз, отражалось голубое небо и багряные облака. Взявшись за руки, как в детстве, три женщины стояли молча. Они пережили так много страданий и горя, но сумели выжить и найти свое счастье.
— Все новое! — гордо сказала Анжелика, имея в виду не только здание.
— Мы сделали это! Вернее, Кло сделала, — прошептала Джози. Красная шаль Сергея была наброшена на ее плечи.
— Мы сделали это все вместе, — поправила ее Кло.
— Поразительно! Первые клиенты уже оплатили путевки и скоро приедут сюда. Будут ходить в походы, кататься верхом…
— И обретать душевный покой, — закончила за Джози Кло, которая после стольких разочарований была, наконец, довольна жизнью.
Анжелика наклонила голову, придирчиво рассматривая первый корпус.
— Жаль, что не успели достроить зал для процедур. Куинн здорово делает массаж и даже осваивает педикюр. Но если вы скажете ему хоть слово, я вас убью! Он страшно стесняется. Мужское самолюбие и все такое…
— Сергей считает, что мы все должны устроить свои свадьбы именно здесь. Он так и не может успокоиться, просто свихнулся на этой свадьбе, — сказала Джози.
— Я согласна, — обрадовалась Анжелика. — Дело за Кло, и ей бы лучше поторопиться. А то Джози скоро родит русского мальчишку.
— Еще не скоро, в ноябре. У нас все будет к тому времени готово. Кстати, Анжелика, посмотри, как там у нас со средствами. Мне пришла в голову прекрасная идея! — воскликнула Кло. — Что, если построить здесь часовню — специально для свадеб? Надо побыстрее найти архитектора и декоратора. Я хочу, чтобы все были в длинных платьях, вокруг — море цветов, на столах — вещи из нашего каталога… Ты, Джози, наденешь то кружевное платье. Сергей будет фотографировать…
— Она когда-нибудь успокоится? — усмехнулась Анжелика. — Давайте вернемся на землю и подумаем, что нам надо успеть сделать завтра.
— Мы-то поженимся, но когда ты присоединишься к нам? — вдруг спросила Джози, повернувшись к Кло.
Кло понимала: подруги хотят, чтобы она была счастлива. А еще они хотят узнать, останется она в Лоло или нет.
— Ох, девочки, я и сама не знаю. Мне кажется, я очень изменилась. И Майкл тоже. Он стал таким спокойным, таким правильным… Даже слишком! Но стоило мне подумать, что я разобралась в себе и в нем, что теперь я знаю, кто я и чего хочу, он страшно испугал меня, когда поймал Джеффри. Это был мужчина, которого я не знала совсем. Представляете, я призналась ему в любви, а он ничего не сказал в ответ, кроме: «Ты нашла чудесное время для признания, детка»!
— А ты бы еще побольше времени проводила здесь! — возмутилась Анжелика. — По-моему, ты теперь разбираешься во всем, даже в сантехнике. Чему ты удивляешься? Майкл месяцами не видел тебя ни в чем, кроме джинсов и ковбоек. Ты командовала им и всеми нами, как генерал войском. Ты ругалась со всеми, как сапожник!
— Анжелика иногда любит преувеличить, но… — сказала Джози, погладив Анжелику.
 
— Преувеличить? Да мы час назад чуть не убили друг друга из-за цвета занавесок в номерах! — еще больше возмутилась Анжелика. — Ну, ничего, когда мы с Кло будем беременными, мы тоже станем Мадоннами, а не Дикими Ивами, голубка ты наша с оливковой ветвью в клювике.
— Вы обе всегда спорили и чуть не царапались до крови, — вздохнула Джози. — Я никогда не понимала этого, но как-то мирила вас. Хотя никто из вас никогда не хотел уступать…
Кло смотрела на подруг и чувствовала себя счастливой. Даже просто глядя на них, она уже была счастлива! А теперь их дружба стала еще тесней, еще глубже.
— Я люблю вас, ребята, — смахнув слезы, сказала она.
Кло стояла в тени амбара и, немного поеживаясь, наблюдала за Майклом, который насыпал овес в кормушки лошадей. Поддавшись порыву, она отправилась к цветочнику и купила большой букет роз. Теперь аромат цветов смешался с запахом животных и сена. Майкл принюхался, повернулся и увидел ее голову за стойлом. Он снял перчатки и ждал, когда она подойдет к нему.
Майкл сейчас работал над новым делом, и у него опять появились темные круги под глазами. Он анализировал все детали и улики с присущей ему обстоятельностью, и Кло не сомневалась, что в конце концов он найдет преступника. Временами он замыкался и мрачнел, и тогда она терпеливо ждала, когда он придет в себя.
Но он всегда был рядом.
Ждал ее каждый вечер, как будто боялся, что она может не прийти.
Кло дотронулась до медальона на груди, молясь про себя, чтобы Майкл ее понял, и пошла ему навстречу. На ней, кроме медальона, ничего не было. Она взяла его лицо в ладони и смотрела, как разгорается золотой огонь в его глазах. Он обнял ее за талию, и она почувствовала, как дрожат его пальцы.
Майкл Джедидия Бирклоу… Он построил ей брачное ложе — и никогда ни в чем не уступал; мучил — и любил ее всем сердцем. Кло была уверена, что они будут любить друг друга всю жизнь. Она была его слабостью и силой, и они должны были состариться вместе.
— Первый раз в жизни дарю мужчине цветы, Майкл Бирклоу.
Он наклонился и понюхал розы.
— А я первый раз в жизни получаю цветы от женщины.
— Наверное, я очень странная женщина. А ты — странный мужчина, Майкл. Думаю, нам надо подкопить денег и разбить розарий перед нашим домом. Потому что, если ты будешь так на меня смотреть, я буду каждый день покупать тебе розы…
Она прижалась к нему, и он еще крепче обнял ее.
— Ты пришла ко мне навсегда, радость моя?
Она дотронулась до шрама на его нижней губе.
Да, на то же место, как и тогда, много лет назад…