Три поцелуя

  
10
 
Тяжелые шаги на заднем крыльце заставили Кло подбежать к окну. Она всмотрелась в залитую дождем аллею и увидела высокую, массивную фигуру мужчины в стетсоне. Он выглядел угрожающе. А когда молния осветила его напряженное, мрачное лицо и сомкнутые густые брови, у Кло не осталось сомнений — Майкл Бирклоу собственной персоной.
Чудесно! Она нахмурилась, и застывшая маска на ее лице треснула. В ее нервном состоянии, после бессонных ночей ей не хватало только Майкла, который выглядел сейчас как бродяга, ищущий приключений.
Кло обхватила руками плечи и отошла от окна к стойке. Она хмурилась, слыша его тяжелые удары в дверь. Это не был вежливый стук «пожалуйста, откройте мне дверь». Это было требование человека, который всегда добивается своего.
Раздался очередной раскат грома, вспышка молнии осветила темное небо за окном. В наступившей после этого относительной тишине Кло услышала еще один глухой удар в дверь, а вслед за этим резко лязгнул металлический замок.
Дверь открылась, и в холле послышались тяжелые шаги. Майкл заглянул в кухню, держа в руках шляпу, с которой стекала на пол вода. Он стряхнул ее и небрежно бросил на полку рядом с дверью, однако, встретив возмущенный взгляд Кло, вернулся в холл и вытер ноги об жесткий коврик.
Его движения были неторопливыми, просчитанными и спокойными — даже чересчур. Мрачное лицо оставалось напряженным, как будто он сосредоточился на какой-то мысли. С длинных волос стекали капли на лицо и шею. Мокрая черная рубашка облепила широкие плечи и грудь; Майкл снял ее и аккуратно повесил на спинку стула. Мокрые смуглые плечи заблестели в ярком свете лампы. Майкл снял кухонное полотенце с крючка и вытер плечи и грудь, затем накинул полотенце на плечи и посмотрел на Кло.
— Не очень-то вежливо не открывать дверь. Твоей матери было бы стыдно за твои плохие манеры.
— Ты сломал наш замок! — процедила Кло сквозь зубы.
— Позвони шерифу, — мрачно усмехнулся Майкл.
Он швырнул полотенце на стол, продолжая смотреть на нее. Потом спокойно присел на стул, разулся и отбросил грязные, мокрые ботинки к двери. Поднявшись во весь рост, он сразу превратил кухню в маленькое, тесное помещение. Кло стало трудно дышать. Над ней возвышались широкие плечи Майкла. Она однажды в детстве видела горную пуму, когда отец брал ее с собой на охоту. Майкл своими движениями напомнил ей сейчас эту дикую кошку, безжалостную и хитрую. Взгляд темных глаз скользнул по ее голым ногам. Что-то горячее и нетерпеливое промелькнуло в его глазах, но голос остался ровным и безучастным.
— У тебя по-прежнему самые красивые ноги из всех, которые я видел, но твой макияж немного грубоват.
— Ты сломал наш замок! — повторила она в оцепенении, схватившись рукой за керамический горшок Дженни Мур.
— Ты сама виновата. А я решил заодно проверить, просто ли будет вас ограбить, и сразу убедился в том, что любой мог открыть ваш замок с помощью шпильки или кредитной карточки. Скажи Стелле, чтобы она поставила металлические двери и снабдила все входы в «Пинто Бин» крепкими железными засовами. Вам также нужна хорошая сигнализация. Я провел себе самую современную с дополнительным подключением к дому Лайма Маккензи на всякий случай.
Майкл говорил зло и явно по-настоящему сердился. Поразительно, сломал замок и еще возмущен, что это было так легко сделать!
— Где твоя мать? — резко спросил он.
Кло чувствовала, что ярость душила Майкла. Она не знала, что заставило его появиться здесь в грозу, но причина явно была не из приятных. В его глазах мелькнула первобытная жестокость и что-то еще, трудно уловимое.
— Моя мать пошла к Лайму — он попросил научить его готовить пасту и печь хлеб, — ответила Кло. — Думаю, тебе лучше поехать туда.
Упрямый взгляд Майкла не оставлял сомнений, что он никуда не уедет, пока не решит это сам. Он скрестил руки на груди и прислонился к стойке, уставившись бессмысленным взглядом на пол. Черты угловатого лица заострились, складки у рта стали глубже, он еще больше помрачнел и с трудом сглотнул.
 
— Черт побери! Я только что нашел мертвого Роя Мидоуларка в хлеву. Его забодал бык.
Кло схватилась за спинку стула. Она знала Роя всю жизнь.
— Роя? Бедного старого Роя, который всю жизнь работал у твоего отца?
Майкл резко отвернулся и шагнул к окну. Он стоял на фоне дождя, и его фигура казалась отлитой из серебра при вспышке молнии. Состояние Майкла потрясло Кло. Она не раз видела его в гневе, помнила его драку с Россом, но то, что с ним происходило сейчас, было ей незнакомо и пугало.
Майкл снял с полки бутылку бурбона, налил в бокал на два пальца и выпил. Потом нервно провел рукой по волосам.
— Мне так жаль, Майкл… — пробормотала Кло.
— Мне все это кажется чертовски подозрительным. Судя по всему, Рой был мертвецки пьян, а он бы никогда не вошел в загон в таком состоянии. Боюсь, что кто-то напоил его до бесчувствия и притащил туда… К черту, Кло! Это я виноват в его смерти! Мне надо было быть более осторожным со своими расспросами, — резко бросил Майкл, закрывая рукой глаза. В тишине кухни скрипнули его зубы. — Ты знаешь, что мне по роду службы приходится постоянно сталкиваться с трупами. Искалеченные дети, беспомощные, изувеченные женщины, которых… Но я, по крайней мере, незнаком с этими людьми! А Рой, которого я знал с детства…
— Ох, Майкл… — Кло с трудом удержалась, чтобы не дотронуться до него, утешить того мальчика, который когда-то дул на ее ушибы и целовал синяки, который всегда был справедливым и добрым… и приходил на помощь тем, кто страдал.
— Я хотел, чтобы Стелла помогла мне… обмыть Роя, — сказал Майкл, проведя по глазам ладонью, как будто стирая страшную картину. — Это надо сделать до того, как они доберутся до него. Но, там нужны… женские руки.
Майкл долил себе виски, посмотрел на бутылку и поставил ее на место. Виски всегда хорошо действовало на него, помогало перенести самое страшное. Он каждый раз до осмотра трупов принимал его как лекарство. Теперь она стояла перед ним бледная, с округлившимися от ужаса глазами и побелевшими костяшками пальцев. Черт возьми, наверное, ему надо было сообщить обо всем этом Кло как-то помягче, сдерживая свою боль и ярость. Ее трясло…
Ему захотелось взять ее на руки, утешить, как в детстве, и унять собственную боль, зарывшись в этот родной запах, отогреться в ее объятиях, зачеркнув все прожитые года без нее.
Заметив, как Кло вздрогнула, а затем обхватила себя руками, пытаясь сдержать дрожь, Майкл не выдержал. «Черт, — думал он, подходя к ней и обнимая, — ничего хорошего из этого не выйдет. Может быть, только мне станет легче, ведь я так нуждаюсь в ней. Но нужны ли ей мои утешения?»
Кло съежилась в его руках. Он держал ее крепко и, закрыв глаза, думал о том, что мог бы так держать ее все эти прошедшие годы — но только не сейчас, когда он решил выступить против Клуба и может подвергнуть ее опасности. Перед его мысленным взором возникли видения прошлого — изнасилованные, изуродованные тела женщин. Страх и собственное бессилие заставили его крепче прижать ее к себе. Кло…
Она стояла слишком спокойно, тихо дыша, затем осторожно высвободилась из его объятий. Взгляд ее повлажневших глаз был решительным.
— Лайм с мамой могут попасть в аварию на мокрой дороге в такую грозу: там есть опасный спуск. Я сама смогу тебе помочь, Майкл. Подожди, только переоденусь, — сказала она, направляясь к выходу.
Майкл быстро схватил ее за руку и развернул к себе.
— Кло, это жуткое зрелище. У твоей матери есть в таких делах опыт — ей приходилось делать это раньше. Я думал насчет Джози… но она слишком чувствительная. Там море крови, — сказал он, отпуская ее и закрывая рукой лицо. — Никогда не думал, что у такого маленького, тщедушного старика может быть столько крови…
Кло похлопала его по плечу.
— Я уже имела дело с кровью — правда, с собственной. И ее тоже было слишком много. Ты просто скажешь мне, что надо делать, и я все сделаю. Собери здесь все, что нам может понадобиться, а я пока что-нибудь наброшу на себя и оставлю записку.