Три поцелуя

— Он не член нашей семьи, — сердито возразила Кло. — И нечего приплетать сюда Уэйда и нашу мать. Он мне не друг, и вообще непонятно, что ему здесь надо. С чего бы такой знаменитости торчать в этом богом забытом месте?
— Здесь его дом, — спокойно ответил Дэн, приглаживая волосы. — Он был бы членом нашей семьи, если бы ты тогда не запустила в него мячом, не удрала после этого в Чикаго и не выскочила замуж за своего придурка. Может, из-за этого шрама Майкл и остался одиноким.
— Не болтай ерунды, — возмутилась Кло, пронзая его грозным взглядом. Она, как в юности, готова была дать брату отпор. — Он сам отказался зашить тогда рану — наверное, назло мне. Матери рассказала медсестра из госпиталя. И таким же остался сейчас — упрямым и злобным. Он просто такой по натуре, поэтому ни одна нормальная женщина не хочет иметь с ним дела.
Дэн театрально схватился за сердце.
— Да, бедный, никому не нужный мужчина, предвидя свою дальнейшую судьбу, решил оставить на память знак от руки единственной влюбленной в него женщины и попросил врачей не зашивать его порванную губу, — ухмыльнулся Дэн и ловко поймал тюбик с хозяйственной пастой, которым запустила в него Кло. Затем бросил ей ключи от машины. — Окажите мне честь, леди.
Брэдли Гилкрист хозяйским взглядом окинул Главную улицу Лоло. Это была его улица, его город, его вотчина. Его прадед основал первый банк в Лоло, и весь город тогда зависел от него. С тех пор все поколения Гилкристов удерживали власть в своих руках, но Брэдли пошел еще дальше. Он поддерживал тех, кто был этого достоин, и разорял тех, кого, по его мнению, надо было убрать из городка. Как его дед и отец в свое время, он был тут единовластным правителем. И станет вообще королем, если новые выборы в Сенат пройдут так, как это запланировано.
«Пинто Бин» — единственный магазин в городе, который был независим от него. Стелла Мэттьюз, эта старая курица, уже почти разорилась на своих булочках, но приехала Кло — и дела пошли в гору. К тому же эта женщина опасна сама по себе. Она может взбаламутить весь город.
Брэдли обратил внимание на шикарный «БМВ» цвета шампанского, который заметно выделялся в потоке старых грузовичков-пикапов и подержанных машин жителей Лоло. Автомобиль проехал мимо окон банка, и Брэдли приподнялся, чтобы рассмотреть водителя за рулем. Эту машину он еще не видел в городе и нахмурился, узнав за стеклом точеный профиль Кло Мэттьюз. Распущенные отросшие волосы были перехвачены банданой.
Он обернулся к дочери, невинно рассматривавшей маникюр на ногтях.
— Анжелика, скажи честно, откуда у этой нищенки такая машина? Она же вернулась сюда в разбитом фургоне. Откуда у разведенной дочери Стеллы Мэттьюз деньги на такую шикарную модель? Я просмотрел ее счет в банке. Единственное, что у нее есть, это доля в деле матери.
— Деньги на машину дала ей я. Вернее, я купила разбитую машину на аукционе, а ее братья позаботились об остальном. В этом, кажется, участвовал и Майкл Бирклоу. Помнишь Майкла? Доктора Майкла Джедидию Бирклоу, сына Уэйда?
Брэдли знал свою дочь. Она с детства была скрытной, но в последнее время она стала слишком самонадеянной для женщины из его окружения и зашла слишком далеко. Привыкший контролировать всех и все, Брэдли просто пока выжидал. Когда потребуется, он прижмет ее к ногтю и поставит на место. Придет время и он напомнит ей, что она бежит в его упряжке. А пока можно сделать благодушный вид.
— Никак не могу понять, что связывает тебя с такими женщинами, как Кло и Джози. Эта дружба не очень разумна в твоем положении. Ты слишком добра к ним, и они пользуются этим, девочка.
Анжелика приподняла бровь и смерила его ледяным взглядом. Он сам научил ее этому — смотреть на всех свысока, быть хладнокровной и держать чувства в узде. Она унаследовала материнскую элегантность и красоту, но у Сьюзен никогда не было такого стального, несгибаемого стержня внутри. В этом Анжелика была похожа на отца. Недаром же она всегда была «его девочкой»… Брэдли вспомнил, какой чудной девочкой была Анжелика до того, как связалась с Кло и Джози, как доверяла ему в своей маленькой кроватке…
 
— Держись подальше от этой Мэттьюз. И от Джози, которая вообще полное ничтожество. Я не хочу, чтобы кто-то из моей семьи соприкасался с такой швалью.
— В самом деле? — сладким голосом спросила Анжелика.
Брэдли метнул в нее злобный взгляд, стараясь сдержать гнев, затем вновь занялся списком неотложных дел. Он управлял делами так же, как своей жизнью и семьей: следил за всем и контролировал все.
— Кстати, почему бы тебе не вернуться домой? Твоя мать сможет позаботиться о тебе лучше, чем ты сама. Ты слишком похудела в последнее время.
— Вернуться в особняк Гилкристов? Никогда! — холодно отрезала Анжелика. — А теперь относительно тех расценок, которые снизились. Я считаю, что нам нужно быстро издать брошюру с новыми ценами. У тебя есть какие-нибудь пожелания?
Брэдли порадовался, что у них так много общих дел и есть что обсудить. «Она всегда будет моей», — подумал он.
В кабинет вошли Лайл Давенпорт и Джеффри, и Брэдли недовольно взглянул на своего наследника. Почему его сын не обладает таким блестящим умом и хладнокровием, которые делают дочь незаменимым специалистом в банке? Ведь со временем Джеффри придется не только возглавить банк, но и унаследовать его положение в Клубе. А у него нет ни малейших способностей к делам и ни капли властности.
Брэдли вынул из ящика стола документ, подготовленный дочерью.
— Вот, джентльмены, Анжелика предложила издать новую брошюру уже в следующем месяце, учитывая новые тенденции в расценках, — гордо сказал он, размахивая бумагой перед носом Джеффри. — Она всегда работает с учетом будущего, стараясь сделать наш Первый банк самым лучшим в городе. Мои дед и отец гордились бы ею, а все наши вкладчики должны быть ей просто благодарны за такую плодотворную работу. Есть какие-нибудь предложения?
«У меня есть серьезное предложение, — подумала Анжелика про себя. — Этот город нуждается в промышленности. В крупном предприятии, до которого не смогут дотянуться руки Клуба. В независимом новом бизнесе с привлечением посторонних инвесторов, не связанных с деньгами и властью Клуба. Каталог Кло — только начало, он принесет прибыль лишь ремесленникам, а нужно дело, в котором смогут работать простые горожане, которые сейчас зависят только от Клуба».
— Ты не получишь эти дискеты, Росс, — громко крикнула Кло, вылезая из новой машины и захлопывая дверь.
Как похоже на ее бывшего мужа — появиться в Лоло как раз тогда, когда она ехала по единственной Главной улице, узнать ее, развернуться и поехать вслед за ней! И нагло остановить, прижав к обочине деревенской дороги. Он всегда считал, что должен получать все, что ему хочется. Росс с детства был избалован. Сначала с ним нянчились родители, затем она сама… Но сейчас она поставит его на место!
Кло посмотрела на толстых херефордских коров с телятами, которые стояли за оградой пастбища и лениво пережевывали траву, уставившись на них.
— Вы — почетные гости на нашей вечеринке, — буркнула она им.
Кло была в эти последние дни на взводе, держалась на нервах и кофе. Но добилась потрясающих результатов за такой короткий срок. Анжелика сумела найти подходящих инвесторов, которым доверяла и которые поверили в новый каталог. Сергей Чеславский должен был появиться в Лоло на следующей неделе. После этого останется отправить материалы каталога вместе со снимками издателю, который согласился напечатать его вне очереди.
Теперь пришло время разобраться окончательно с бывшим мужем, который догнал ее на деревенской дороге в большом, сверкавшем новой краской черном джипе. Кло боролась с волной ярости, которая поднялась в ней при виде Росса. Он вышел из кабины в модных темных очках и подошел к ней.
Кло стояла перед ним, не шелохнувшись. Он поднял очки на лоб и улыбнулся ей своей самой обаятельной улыбкой; холеное лицо было покрыто ровным слоем тонального крема цвета загара. Она хорошо знала эту невинную улыбку хорошенького мальчика, которого все должны любить.