Бывшие. Только попробуй (СИ)

- Угу, - бормочу я, так и не вспомнив, когда я такое говорила. Я ведь и сама небом не любовалась уже много лет.
- Ты спишь что ли, Кисунь? Голос сонный такой, - лениво интересуется он, резко сворачивая с проспекта на тихую улочку, ведущую к моему дому. Луна очерчивает его профиль и руки на руле, от резкого поворота руля напрягаются мышцы на руки, и тонкая ткань его дорогой рубашки так красиво подчеркивает их.
Видимо, я действительно сплю, потому что неожиданно для себя говорю:
- Красиво.
И к счастью, он решает, что я про звездное небо и про огромные вязы, склонившиеся на дорогой и подсвеченные фонарями, а не про него.
И мы снова замолкаем каждый о своем и молчим до самого моего дома.
 Глава 24 
Вечернее солнце неумолимо клонится за горизонт, окрашивая волны реки в удивительный розовый цвет. Похоже, пиарщики решили всем показать в нашем небольшом городе, что «Базис-М» не только круто строит жилые комплексы, но и круто отдыхает. Корпоратив по случаю дня строителя и дня рождения компании решили проводить на открытой террасе на берегу реки, где накрыты белоснежными скатертями круглые столы, ломящиеся от угощений. Терраса утопает в зелени, от реки идет вечерняя прохлада, остужая горячий зной летнего дня.
Уже сказаны все поздравительные и хвалебные речи, и корпоратив плавно переходит в неформальную стадию, когда все общаются со всеми, переходя от стола к столу. Приглашенные музыканты играют кавер-версии популярных песен. Я любуюсь закатом сквозь опущенные ресницы, краем глаза отмечая, что несколько пар вышли потанцевать.
- Потанцуем? – заслоняя закатное солнце, надо мной склоняется молодой парень из соседнего отдела.
Он, кажется, приносил мне кофе на этой неделе несколько раз, пока я совершенно зашивалась и работала, не поднимая головы. А я не могу даже вспомнить, как его зовут. Но тем не менее, легко соглашаюсь, люблю танцевать, хотя очень редко это делаю. Но детские занятия бальными танцами навеки привили мне стройную осанку и чувство ритма.
Выходим в центр, свободный от столов, и присоединяемся к танцующим парам. Мой партнер настолько молодо выглядит, что мне очень хочется поинтересоваться есть ли ему восемнадцать. Но танцует он хорошо, и ведет меня уверено, правда, очень волнуется, когда задает мне банальные вопросы. Я вижу, что он очень хочет понравится, а то, что я ему понравилась выдают его прижимающиеся бедра и ощутимым бугром в брюках, будто старшеклассник притащил из школы в кармане пенал, и забыл о нем, прижимая меня в танце.
Музыка еще не стихает, когда моим ухом раздается строгий голос шефа:
- Вадим, вам наверное домой пора, уверен, что мама волнуется.
Отчего мой партнер заливается краской и так быстро ретируется не попрощавшись, что окончание фразы Саша говорит уже в пустоту:
- Пришла пора взрослых танцев.
- Фу, как некрасиво, - говорю я, - зачем ты его обидел? Он ведь совершеннолетний и может танцевать с кем угодно и сколько угодно.
- Ему да, но ты танцуешь со мной, - безапелляционно заявляет этот нахал.
- Не буду я с тобой танцевать, - пусть попробует меня переупрямит.
- Ты ведь хочешь танцевать? – Недоумевает он искренне.
- Хочу. Но после этого демарша не буду.
- Очень зря. Ты же в курсе, как тебе хорошо со мной, - он делает паузу и продолжает спустя пять ударов моего сердца: - танцевать? Зачем отказываться из вредности? Когда можно получить удовольствие?
 
Оглядываюсь по сторонам и понимаю, что на нас косятся с любопытством окружающие. Стоим посреди зала и препираемся.
- Ладно, - уступаю я, - давай станцуем, но только один танец.
Он действительно хорошо танцует, и мое тело расслабляется в его руках, не надо думать как двигаться, надо просто отдаться ведущему партнеру, и рисунок танца сложится сам, независимо от воли танцоров. Музыканты, как по заказу свыше, начинают играть танго. Парочки разбредаются по углам, и мы остаемся одни на танцполе. Когда-то давно, когда еще были женаты, мы брали с ним уроки танго. Учитель танцев был влюблен в танго, очень хвалил нас и говорил, что танго – это вертикальное выражение горизонтального желания. Тогда так и было, от нас шарашило током, это и без танго было заметно. А что теперь я не знаю, сложно что-то заметить снаружи, когда внутри меня поднимается ураган. Это все его запах, сводящий меня с ума, будящий темные желания, вцепиться в его волосы, и потянуть их, оттягивая голову назад, чтоб его голова запрокинулась, и тогда провести языком по его кадыку, укусить за шею. Сглатываю и с силой моргаю, пытаясь розогнать морок.
Мы дотанцовываем танец в молчании, после чего Саша берет меня за руку и отводит к своему столу, где сидят его заместитель и главный инженер, которые радотно приветствуют меня и пеняют почти в унисон:
- Александр Владимирович, вы всех красивых женщин прячете куда-то, за нашим столом одни мужланы. Хорошо, что вы Надежду Игоревну привели в наши надежные руки! Вас кстати, Эвелина искала.
И эта ведьма легка на помине, возникает вдруг перед столом в своем супер обтягивающем платье, под которым сложно подозревать наличие нижнего белья. Она смотрит хмельным взглядом, при этом чуть не падает на Сашу и заявляет томным голосом, хватая его за локоть:
- Я так хочу танцевать, что просто вынуждена вас попросить принести мне бокал мартини. Или шампанского.
И он послушно встает и идет за шампанским или за мартини для этой куклы.
 Глава 25 
Попадаю под град комплиментов от своих приободрившихся отсутствием грозного шефа коллег-соседей по столу. Не то чтобы я была непривычна к мужскому вниманию, но сегодня оно просто зашкаливает. Да, я наряжалась и в салоне провела несколько часов, пока мастера колдовали над прической, маникюром, педикюром и макияжем, но я убедила себя, что вся моя подготовка – она ради меня, просто чтоб я чувствовала себя не хуже других на корпоративе.
Похоже, мастера перестарались: я тут лучше всех. Эвелину в расчет не берем. Подозрительно кошусь на нее, пока она увлечена высматриванием моего бывшего, отправившегося к бару. Конечно, когда еще генеральный побудет на побегушках у секретарши?
Я так увлекаюсь своими размышлениями, что чуть не пропускаю вопрос от Сашиного зама:
- Надежда, вы ведь местная жительница? Вероятно, город знаете отлично? Может быть, найдете время провести мне экскурсию? Насколько я понимаю, Александр Владимирович ваш бывший, - он выделяет это слово интонацией и ловит мой взгляд, - земляк. Так что ему ваше внимание не так требуется как мне. Можем прямо сейчас поехать, все равно тут все уже заканчивается. И давайте уже на «ты».
- Экскурсии не то чтобы мой профиль, - пытаюсь я снизить градус его внимания.
Но тут же включается главный инженер, который накрывает мою ладонь, лежащую на столе, своей и говорит: