Цапля для коршуна (СИ)
Айдель соскочил со стола и направился к тяжелому, отделанному бронзой шкафу, в котором держал ядовитые химикаты и дорогое вино, на ходу рассказывая, что рэйда Веллис наконец назвала сумму выкупа за Нельгара.
Десять тысяч керм. Баснословные деньги.
Но и маг ей достался непростой. Талантливый конструктор и изобретатель, возможно гений. Дион слышал лишь о некоторых его разработках, а их были десятки — и это к двадцати пяти годам! Новые фугаты, вдвое быстрее и грузоподъемнее прежних, дешевые и практичные наземные экипажи, способные заменить капризные родды, автономные леветирующие светильники повышенной мощности, усилители для производственных генераторов энергии — все это пригодилось бы не только ведомству дорог, мостов и воздушных путей. А проект установки по перемещению материальных предметов обещал настоящий переворот в области транспорта. Но хозяйка запрещала Нельгару заниматься серьезным делом, заставляя клепать игрушки для увеселения своих многочисленных гостей, и лишь изредка продавала недоработанные изобретения — от собственного имени, разумеется.
— Мы уже объявили сбор денег. Поучаствуешь?
Дион достал чековую книжку и подошел к письменному столу, чтобы взять перо.
— Половину, не больше! — предупредил Айдель. — Ты не можешь выкупить всех.
— Почему же? — Дион зло усмехнулся и вырвал подписанный чек. — Пусть золото ин-Скиров послужит благому делу.
Они выпили по бокалу, споря о том, на что лучше потратить золото ин-Скиров, потом Дион вернулся в ведомство и, как всегда, с головой увяз в бумагах. Только сейчас он начал более-менее разбираться в нюансах организации транспортного сообщения — и потихоньку исправлять ошибки, совершенные в первые месяцы. Тогда он действовал, опираясь лишь на здравый смысл и советы плутоватых доброхотов. Понимал, что его водят за нос, но не мог сообразить, в чем и как.
Пришло время по одному убирать ненадежных людей, выдвигая на их место способных и, хотелось верить, честных.
Две недели назад удалось наконец спровадить в отставку заведующего отделом мостов. Господин Кольбо был человеком рэйда Миллена и через подставных лиц отдавал высокородному патрону все заказы на строительство и ремонт. Выяснить это было лишь половиной дела: если убрать продажного чиновника просто так, рэйд Миллен и его друзья в совете расценят это как объявление войны, а к войне Дион пока не готов. Господина Кольбо подвела банальная жадность — он подворовывал у своего покровителя, и Дион дал тому это понять. Теперь следовало ждать ответного хода…
Когда свет солнца за окном сменился огнями фонарей, он поехал на улицу Шарманщиков, поднялся в мансарду четырехэтажного синего дома, позволил легким женским рукам стянуть с плеч сюртук и увлечь себя на свежие простыни. Кожа Миды пахла цветочным мылом, губы были сладкими и податливым. Как всегда — вот уже без малого четыре года. Мида встречала лаской и поднадзорного мага с энтолем на руке, и богача с изуродованным лицом под маской. Просто принимала Диона таким, какой он есть.
Жаль, не его одного. Мансардную квартирку в синем доме на улице Шарманщиков время от времени посещали еще двое нежадных господ. Сейчас Дион мог купить этот дом и его жильцов с потрохами, но не видел смысла что-то менять. Мида, очевидно, — тоже. Он дал ей достаточно денег, чтобы бросить все и безбедно зажить где-нибудь в Киланте. Однако Мида не хотела бросать все. Службу у госпожи Альмар, доход от нежадных господ — и Диона, пока он заинтересован в их связи…
— Значит, ты больше не придешь? — спросила девушка, уткнувшись носом ему под мышку. Дион погладил светлые волосы, улыбнулся.
— Приду. Куда я денусь? Но после свадьбы придется некоторое время соблюдать приличия.
Уличные фонари наполняли комнатку белесым мертвенным светом. Виден был стол у пыльного окна, чашки, из которых они пили травяной чай с медом, старый резной буфет с приотворенной дверцей, комод, накрытый вязаной салфеткой. Дион опустил веко, представляя, что он в замке, а теплое гибкое тело в его объятьях принадлежит другой девушке. Пусть это невозможно. Даже если он последует совету Айделя и настоит на своих правах, Леннея не станет так же ласково и доверчиво льнуть к нему. Никогда.
Странно все-таки. Полгода назад он и женщину в ней не видел. Фарфоровая кукла в холодных глянцевых бликах. Как все могло измениться за пару дней?
Утром, уходя, он привычно оставил на комоде веер банкнот помельче, чтобы не пришлось разменивать. Жаль, не подумал о прощальном подарке. Но время до свадьбы есть. Может, стоит заглянуть на улицу Шарманщиков еще раз?
Через час Дион был в замке. На лестнице его перехватил Берт. Камердинер винил себя за то, что не доглядел за племянником, и был полон рвения.
— Эм-рэйд, вам записка. Лисси вчера принесла, хотела передать лично, но вас все не было. Волновалась очень.
— Лисси? — встревожился Дион. — Что-то с рэйди Дювор?
— Не знаю, эм-рэйд, — смутился Берт. — Лисси сказала, она не говорит.
Не говорит? Что еще за тайны?
Он развернул листок, поданный на маленьком серебряном подносе, и прочел нацарапанное чужим корявым почерком: "Зайдите ко мне! Пожалуйста!! Скорее!!!"
В голове закрутились самые безумные предположения. Что еще выкинула эта девчонка?..
Он коротко стукнул в дверь и сразу же вошел, наплевав на приличия. Леннея спала сидя за столом, но едва он ступил в комнату, вскинула голову и развернулась к нему всем корпусом, держа перед грудью лист бумаги с надписью крупными буквами: "Ваш Лютен — скотина! Прикажите мне говорить!"
Глава 10. Глоток свободы
Лена
Надо отдать Диону должное: он мгновенно разобрался в ситуации и снял все ограничения, разрешив "невесте" и говорить, и двигаться, и выходить из комнаты. А потом дал время сбегать в ванную, уладить накопившиеся дела и привести себя в порядок.
Вчера Лену трясло от ярости, но за ночь эмоции улеглись. Осталась только досада. И страх.
— Послушайте, — заговорила она придушенным голосом, — я изо всех сил пытаюсь смириться со своим положением. И мне это почти удалось. По крайней мере, я убедилась, что вы не намерены злоупотреблять властью. Но мне и в страшном сне не могло присниться, что вы позволите командовать мной кому-то еще…
Глаза противно защипало. И возможно, это было кстати. Женские слезы гипотетически смущают некоторых мужчин.
— Простите, Леннея. Мне жаль, что так вышло, — хмуро сказал Герд. — Но я целыми днями не бываю в замке и хотел, чтобы вы были под присмотром, на крайний случай.
Лена позволила себе огрызнуться:
— На какой крайний случай? Если я вдруг надену на голову вазу от цветов, начну бегать по замку задом наперед и кукарекать? Ничего более страшного я все равно сделать не могу!
Уголки губ рэйда дрогнули, словно он представил себе эту картину и нашел ее забавной — или Лене показалось.
— Вы больше не будете выполнять приказы Лютена Тальби, — слова Диона сами по себе прозвучали как приказ.
Он сел за стол и потребовал:
— Расскажите, что случилось.
"Слушаюсь и повинуюсь, о повелитель!" — мысленно прорычала Лена. Хотела спросить, что ему доложил Лютен, но браслет нашептал, что это подождет.
— Мы гуляли. Я спрашивала о вас… — голос предательски дрогнул.
Зажмуриться бы сейчас, а открыть глаза дома, и чтобы все это оказалось дурацким сном!..
— Обо мне? — рэйд искренне удивился.
— Может быть, вам кажется, что я и так все знаю или что меня это не касается, но я считаю иначе, — Лена чувствовала себя карасем на сковороде. Как ни извернись, все горячо. — Я должна понять, что произошло на самом деле. Тогда… с моим отцом. И с вами.
Все-таки притворство — не ее конек. Так и казалось, что сейчас кто-нибудь выпрыгнет с криком: "С каким отцом? Ты хоть знаешь, как он выглядел? Помнишь, как его зовут?"
Дион вздохнул.
— Почему вы не спросили меня?