Демон. Яд твоей любви (СИ)

Подхватив под руку обескураженного Ратимира, я наконец пошла к выходу. Он придет. Полчаса, и Иной будет на пороге кабинета Раттимира.
— В твоем кабинете большая библиотека? — повернулась к демону.
— Дома больше. Но и здесь книг достаточно. Надин, что ты задумала? Что это сейчас было там, в столовой?
— Раттимир, если Иной тот, о ком я думаю, то у всех нас огро-о-омные проблемы.
  
Глава 13
 
— Я поверить не могу, что пропустил такое, — вот уже пятнадцать минут я и Раттимир штудировали книги в его кабинете. Но нужной информации пока так и не нашли. Однако настроена я была решительно. И причиной тому стал мой совершенно неожиданный ужин, который я обнаружила, едва войдя в кабинет ректора. Ратнды там не было. Но представленные блюда могли бы утолить голод самого придирчивого критика. А десерт и вовсе заставил практически замурчать. Раттимир следил за мной с какой-то таинственной улыбкой, которую прятал, прикрыв рот пальцами. Думать о том, что демон позаботился обо мне, не хотелось и, в конце концов, я списала все на то, что какие бы претензии не предъявляла бывшему, он по-прежнему оставался настоящим мужчиной. Вот и благородный поступок с целью накормить голодающую яркий тому пример.
— Не казни себя, — глухо проговорила я, читая о Ритуале забвения. Значит, нашего Иного не проводили в загробный мир как положено. Его душа была как бы «прицеплена» к этому миру. У меня складывалось впечатление, что ему кто-то так изощренно отомстил. — Я бы тоже вряд ли что-то увидела. Если бы не воля духа.
— Но в итоге он все же решил тебе показаться, — книга, которую демон держал в руках, с глухим стуком упала на стол. Раттимир развернулся ко мне и поставил руки по бокам. Раздражение сквозило в каждом его слове. — Почему?
— Ратт, я бы с радостью ответила на твой вопрос, если бы знала как. Но я и сама гадаю: почему призрак, который мог в любую минуту получить помощь, столько времени молчал? Я не могу поверить, что в вашей Академии не нашлось бы подходящего специалиста, — свой фолиант я тоже захлопнула. Ничего толкового. Мы в тупике. Здесь нет того, что могло бы пролить свет на личность Иного.
— Ты вечно находишь неприятности на свою голову, — демон был возмущен. Под черной рубашкой бугрились мышцы, и в целом Раттимиру, кажется, было сложно устоять на месте. — И что ты собираешься сделать, птичка? Какой план?
— Вызвать его на разговор.
— Какой может быть разговор с древней душой, Надин? Ты хоть понимаешь, сколько от него может быть неприятностей?
— Как раз это я и понимаю. Но он в теле мальчика не один день, Раттимир. У нас сейчас две загадки. Первая, — я выставила вверх указательный палец, — как он смог подселиться к мальчишке? Где они нашли друг друга? Почему именно твой студент стал этаким «поездом», в котором бесплатно катается чужая душа? И вторая, — следующий палец присоединился к предыдущему, — почему он появился лишь, когда я оказалась здесь? Как эти события связаны? А они явно связаны, Ратт. Я чувствую, что здесь что-то нечисто, — я опустила руку и нервно одернула закатанные рукава блузки. — Если бы не мое появление в Академии, то, вполне возможно, тебе вскоре пришлось бы сообщить родителям Настимуса о его безвременной кончине.
— Ты же сказала, что Настимус слишком слаб для Иного, — мужчина с недоумением посмотрел на меня.
— Да. Но и сам не удержался бы там надолго. Настимус слишком слаб для Иного, — наш разговор подошел к опасной черте. О своих мыслях, догадках и подозрениях я все же должна была рассказать Раттимиру.
— Надин, ты что-то не договариваешь. Кто такой этот Иной?
Я не успела ответить. В дверь коротко стукнули, ручка опустилась, и в кабинет вошел Настимус. Мы все трое замерли, настороженно оглядывая друг друга. Раттимир одним плавным движением встал рядом, готовый, случись что, сразу броситься на мою защиту. Ой, да ладно. Я единственная, кто более-менее пытается удерживать подобие контроля над всей этой ситуацией.
— Проходи, — обратилась я к парнишке, делая шаг к нему. Раттимир вторил моему движению.
 
— Не понимаю, что со мной! Почему я здесь? Вы выгоняете меня из Академии? Как я объясню это родителям? — кажется, из мальчика именно сейчас начало выходить скопившееся напряжение. У него прекрасно получалось держать свои эмоции в узде при остальных студентах. Может быть, даже его подруга имела немалое влияние на мальчишку. Но сейчас передо мной стоял напуганный ребенок. Его что-то распирало изнутри. Незнакомые привычки, эмоции, реакции: все это вселяло мучительную тревогу. И самое страшное: не знал, к кому обратиться за помощью. Никто не видел, что с ним что-то не так.
— Настимус, теперь тебе нечего бояться. Я помогу. Давай. Вместе со мной — глубокий вдох, — я шумно втянула воздух носом, подавая мальчику пример и надеясь, что он тому последует. Так и произошло. Какое-то время мы с ним просто стояли и дышали. Благо Раттимир не мешал, просто наблюдая издалека. — А теперь я расскажу то, что ты и так вполне знаешь сам. В твоем теле появилась еще одна душа, — глаза ребенка испуганно распахнулись, и он дернулся в моих руках. — Стой, — я чуть сильнее сжала его плечи, — нам с господином Винтром нужно знать все о последних двух месяцах твоей жизни. Где ты был, с кем, что делал, с кем разговаривал? Ниточка за ниточкой мы сможем понять, каким образом вы встретились с этой… душой.
Какое-то время Настимус молчал. Он поднял на меня болезненный уставший взгляд, в котором где-то совсем глубоко еще плескалась крохотная надежда. Он хотел верить, что взрослые помогут разобраться с тем, что происходит в его такой еще недолгой жизни.
— Вы правда мне поможете?
Я посмотрела на демона, который не отрывал от мальчика взгляд. Не знаю, кого он представлял на месте этого ребенка, но немного блестевшие глаза дали понять: Раттимир не отступится, пока не поможет своему студенту.
— Не сомневайся, сынок, — теперь уже ладонь ректора сжимала хрупкое плечо мальчика, — ты с теми, кто в беде не оставит.
Все оказалось до банальности просто. Совсем недавно, как раз два месяца назад, у Настимуса был день рождения. Мальчику исполнилось четырнадцать. В его роду принято из поколения в поколение передавать редкие древние артефакты, которые, по поверью, были призваны даровать мудрость, знания, силу и здоровье. Так поступили и в этот раз. Отец повесил ему на шею Амулет в виде треугольника, заключенного в круг. Артефакт был изготовлен в горах Парумуа — место обитания древних равуанов (раса магов. Жили на значительном удалении от остальных волшебных существ, предпочитая хранить в тайне свою силу и способности — прим. авт.). Поначалу все было как обычно. Мальчик жил своей жизнью. Вернулся в Академию, продолжил учиться. Но… Спустя некоторое время пришли первые сны. После них Настимус часто просыпался с криком, о чем ему не раз и не два говорил сосед. Начались провалы в памяти. Мальчик шел на лекцию, но неожиданно мог оказаться в библиотеке. В той ее части, о которой даже не подозревал. На этих словах мы с Раттимиром переглянулись. Мог ли Иной пытаться выбраться из тела ребенка самостоятельно?
— Ты что-нибудь узнал? — мягко поинтересовалась я у мальчика.
— Я даже не помню, что был в тех местах. Зачем вообще шел туда.
— Почему ты не сказал взрослым о том, что происходит? — тихо спросил демон.
— Я говорил. Только мне никто не верил. Родители сказали, что я придумываю. Так, мол, магия начинает преобразовываться в теле, становясь мощнее. А преподаватели говорили лишь о том, что не позволят мне пропускать занятия без видимых причин.
Я скрипнула зубами. Желание обрушить на голову демона что-то тяжелое неумолимо росло. Вот какой персонал он подобрал? Да что это за маги такие, которые перед собственным носом не видят ничего? Я-то думала дело было в том, что Иной грамотно прятался. Но все обстояло еще хуже.
— Мы верим, Настимус, — я положила ладонь поверх руки мальчика и несильно сжала, пытаясь через прикосновение передать хотя бы маленькую толику своего спокойствия. — Но прежде чем помочь, я должна поговорить…