Любовный огонь

Неужели этот человек пират? Невероятно. Но, возможно, он умнее и милосерднее, нежели остальные? Пусть Кейн отрешился от борьбы, она не отступит.
– Пожалуйста, – умоляюще прошептала она, – пожалуйста, не могли бы вы развязать нас?
Пират скользнул по ней беззастенчивым взглядом, и Бренна впервые застыдилась собственного вида. Лиф платья разорван и обнажает кремовую кожу грудей. Волосы в беспорядке падают на плечи.
– Меня зовут Гаспарилья, – сказал предводитель. – Но что заставляет вас думать, будто я соглашусь освободить заодно с вами и этого джентльмена?
Он продолжал усмехаться, сложив руки на груди и легонько раскачиваясь на каблуках. Этот человек напоминал молодых денди, которых Бренна часто встречала в доме тети Ровены – такие же манеры и костюм. Сам он, конечно, не убивает – старается не пачкать рук и предоставляет грязную работу другим. Однако от этого не стал менее опасным.
– Потому что получите определенную выгоду, – быстро ответила она.
– Выгоду? Я, как вы успели заметить, отнюдь не питаю отвращения ко всему, что приносит прибыль. Но что вы предлагаете, дорогая? Какая польза мне от вас и капитана?
Бренна ослепительно улыбнулась, хотя сердце билось, как у пойманного кролика. Но придется все выдержать до конца, если она хочет спасти себя и любимого.
– Разрежьте эту ужасную веревку, и мы поговорим, – кокетливо произнесла она. – Пол такой твердый! А я… я хотела бы разглядеть вас получше.
Гаспарилья долго оценивающе рассматривал ее, прежде чем выхватить из-за пояса длинный кинжал и перерезать веревки. Бренна, дрожа от усталости и страха, с трудом поднялась на ноги. Запястья и щиколотки затекли и тупо ныли.
– Спасибо, – прошептала она. – Вы не представляете, как я напугана!
– Сочувствую, сеньора.
Он подошел ближе, и Бренна молча позволила пожирать взглядом ее груди, распирающие обрывки ткани.
– Я уверена, что вы связали капитана Фэрфилда по одной причине – желая узнать, где хранится золото.
– Совершенно верно, сеньора.
– Боюсь, что возникли небольшие трудности. – Она услышала, как Кейн мгновенно встрепенулся. – Видите ли, капитан Фэрфилд человек жадный, но в храбрости ему не откажешь. Вряд ли он признается, где тайник, даже… даже если обстоятельства будут не в его пользу. – Она облизнула губы.
– Ну, это мы еще посмотрим.
Однако Гаспарилья задумчиво воззрился на Кейна, который ответил ему непроницаемым взглядом.
– Капитан Фэрфилд ничего не скажет, поскольку надеется сохранить деньги. Но я постараюсь развязать ему язык, – прошептала Бренна. – При условии, конечно, что вы освободите нас обоих. Видите ли, капитан Фэрфилд уже убил многих и одного совсем недавно, на дуэли. Он, кроме того, владелец более чем сотни кораблей, – беззастенчиво солгала девушка. – Что, если вы станете компаньонами? Вы быстро разбогатели бы. Фэрфилд даже поможет вам сбыть товары в Новом Орлеане. Он весьма могущественный человек в этом городе, гораздо влиятельнее Тоби Ринна, и его услуги обойдутся вам куда дешевле.
При упоминании Тоби негодяй кивнул, и по спине девушки прошел ледяной озноб. Значит, Кейн был прав! Тоби действительно замешан в кровавых преступлениях! Но сейчас не время думать об этом. Самое главное, чтобы Гаспарилья не потерял интереса к предполагаемой сделке.
Бренна обвила руками шею пирата и припала к его груди.
– Естественно, – шепнула она ему на ухо, – он захочет как-нибудь вывернуться и все оставить себе. Но думаю, что смогу убедить его заключить с вами союз. Вы прекрасно сможете договориться и работать вместе…
– Я предпочитаю действовать в одиночку.
– Неужели вы не понимаете своей пользы.
И Бренна, поражаясь себе, чуть качнула бедрами, словно случайно прижавшись к нему теснее.
– Я не тороплю вас, обдумайте все хорошенько. Ну а пока, если решите освободить капитана Фэрфилда, я постараюсь узнать, где лежит золото, и сообщу вам.
– Не имею ни малейшего намерения освобождать капитана Фэрфилда, – проворчал Гаспарилья. Сердце Бренны упало. И тут… она просто не могла поверить, что такое происходит с ней – пират задрал ее юбку и сунул руку между бедер.
 
Бренна сдержала крик и не отпрянула.
– Надеюсь, – тихо сказала она, – вы поймете, что не ошиблись. А я… деньги мне тоже пригодились бы. Я слишком люблю дорогие наряды и драгоценности.
Поверил ли он ей? Бренна не знала. Но пират все еще шарил у нее под платьем, и пальцы, пробравшиеся сквозь преграду нижних юбок и панталон, нырнули во влажные теплые глубины ее женственности и стали легонько поглаживать… ласкать… раздувая крохотный огонек наслаждения. Бренна почти против воли оттолкнула Гаспарилью.
– Но почему? – пробормотал тот. – Я ведь нравлюсь вам, правда? Вы нисколько не притворяетесь. И хотели бы узнать меня получше, не так ли?
– Я… я не знаю.
Кровь бросилась ей в лицо. Она особенно остро сознавала присутствие Кейна, все еще лежавшего связанным у ее ног.
– Я не скажу ему, где золото, – резко бросил Кейн, – так что не трудись, дорогая Бренна, твои хитрости здесь не пройдут. Я тоже предпочитаю работать в одиночку. И через несколько лет стану безраздельно властвовать в этих водах.
Бренна облегченно вздохнула. Значит, Кейн разгадал ее планы и готов ей подыграть. Он не станет покорно ждать смерти!
– Доверься мне, – шепнула она Гаспарилье и быстро нагнулась к Кейну, делая вид, что убеждает его.
Кейн немного помолчал.
– Наклонись поближе, – велел он наконец. Бренна немедленно послушалась. – Под полом у койки спрятано золото сеньора Транкило на десять тысяч долларов. В трюме, кроме того, десять бочонков кубинского рома на случай, если они его еще не отыскали. И… желаю удачи, моя дикая кошечка. Говори обо мне что хочешь – будто я жаден и жесток, но только постарайся спастись. Делай что угодно, лишь бы выжить. Ты понимаешь, что я имею в виду? Ты понимаешь, что я имею в виду.
Он говорил так тихо, что Бренна засомневалась, правильно ли расслышала последние слова.
Гаспарилья наблюдал за ними, с любопытством склонив голову к плечу. Бренна быстро вскочила, чувствуя его откровенный взгляд. Он словно раздевал ее глазами.
Но как бы пират ни хотел завладеть ее телом, жажда денег пересилила.
– Теперь я знаю, где золото, – объявила она.
Они снова остались вдвоем в каюте. Бренну связали спина к спине с Кейном, словно никакого разговора не было. Гаспарилья с помощью своих людей поднял доски и вытащил мешок с золотом сеньора Транкило, а потом отправился на поиски рома. Бренна очень надеялась, что с Глори все в порядке – они, конечно, поймут, как дорого стоит негритянка, и не причинят ей зла. Колин больше не издала ни единого звука: очевидно, ее оттащили на палубу. Оставалось молиться и уповать, что она еще жива.
– Ну что же, – дрожащим голоском пробормотала Бренна, – пока нас не убили. Хоть отсрочки удалось добиться.
– А золото все же украдено.
– Конечно! – рассердилась Бренна. – Жалуешься, что я открыла им, где оно? Что важнее, золото или жизнь?
– Жизнь, конечно, – кивнул Кейн и, помолчав, добавил: – Но я боюсь, Бренна, что все твои старания напрасны. Попробовать, разумеется, стоило, но ты его не убедила.
Бренна закусила губу, чувствуя, как ее оставляет вновь обретенная уверенность.
Больше говорить было не о чем. Они сидели молча, не пытаясь освободиться от врезавшихся в запястья веревок, настороженно прислушиваясь к малейшему шуму.
Во всех уголках судна раздавались крики, топот ног. Пираты, должно быть, обыскивают «Морского льва» в поисках добычи. Нашли ли они ром? И где Глори? Возможно, истерзанная и изнасилованная, как и Колин, лежит на палубе?
Ее невеселые мысли нарушил голос Кейна.
– Послушай меня, Бренна, тебе лучше во всем покоряться желаниям Гаспарильи. Он кажется достаточно дружелюбным и выглядит почище, чем весь остальной сброд, но, поверь, ничем от них не отличается. Я видел таких, как он, на Гран-Терр. Гаспарилья не остановится перед любой жестокостью и находит наслаждение в насилии. Ему нравится такая жизнь, Бренна, пойми.