Слишком много сюрпризов

Не надо врать самой себе. Лилиан прекрасно понимала почему. Просто трудно было признаться самой себе, что в возрасте тридцати пяти лет она встретила наконец мужчину, который так сильно напоминал Джейка Салливана, что это бросалось в глаза с первого взгляда. Нет, все-таки она сходит с ума. Потерять голову из-за парня только потому, что он был реальной копией героя ее мечты – старины Джейка Салливана, вымышленного героя захватывающих детективных романов.
Глупо. И опасно.
Она должна убежать. Сейчас. Лилиан поморщилась, взглянув на наручник, сковывавший запястье. Полцарства за ключ. Нет, все царство.
А ключ лежит совсем рядом. В правом кармане джинсов незнакомца. Надо только перегнуться через его сильное тело, залезть свободной рукой ему в карман и достать этот ключ.
Мысль эта пугала Лилиан, если не сказать больше. Она никогда не засовывала руку в передний карман мужских джинсов. Но, чтобы добыть ключ от наручников, предстояло поступить именно так. Может, уже пора – в тридцать-то пять лет. А то, умирая в старости, придется признаться самой себе, что за всю жизнь она так и не запустила ни разу руку в передний карман мужских джинсов.
Идиотка! Давай же! Сделай это!
Мужчина лежал теперь абсолютно спокойно. Судя по мерному посапыванию, он крепко спал. И не бормотал больше во сне.
Пора. Надо добыть ключ. Наручник надет на правое запястье. Мужчина лежит справа от нее. Надо только протянуть левую руку через обнаженную мускулистую грудь к его правому карману.
С глубоким вздохом Лилиан повернулась к Трейсу. Кровать с водяным матрацем подалась ровно настолько, что левая рука мужчины оказалась между ее грудей. Лилиан поразил жар его тела. Он всегда такой горячий? Или от раны поднялась температура? Если он заболеет…
Прекрати переживать за него! Просто возьми ключ!
Да. Ключ… Лилиан протянула руку поверх бинтов, таких белых на фоне бронзовой кожи. Рука остановилась на кармане джинсов. Лилиан дрожала всем телом. Снова глубоко вздохнув, она просунула в карман два пальца, стараясь не обращать внимания на сильную мужскую плоть под голубой тканью. Ничего не помогало. Она не могла добраться до ключей и не могла не обращать внимания на то, чего касалась. Двух пальцев было недостаточно, чтобы проникнуть в глубину кармана. Тремя пальцами Лилиан осторожно залезла внутрь, не сводя глаз с лица Трейса и молясь про себя Богу, чтобы тот не проснулся.
Перед ней было лицо сильного, гордого человека. Высокие скулы, длинный прямой нос. Полные твердые губы, словно созданные для того, чтобы целовать.
Лилиан едва подавила стон. Боже правый, у нее нет времени на то, чтобы составлять каталог его внешности. Наплевать, как он выглядит! Надо делать дело.
Но даже тремя пальцами достать ключ никак не удавалось. Опять глубокий вздох – и Лилиан медленно, осторожно засунула в карман всю руку. И как он умудряется дышать в таких обтягивающих джинсах? Она наверняка уже содрала кожу с костяшек пальцев.
Лилиан чувствовала под рукой крепкие мускулы Трейса.
Затем она нащупала что-то маленькое и круглое. Десять центов? Еще одна монетка. Это уже пятнадцать.
Лилиан с трудом подавила стон. Нет никаких сомнений – она сходит с ума: лежит тут и считает мелочь в кармане мужчины, который только что целился в нее из револьвера. Но где же ключ? Лилиан продвинула руку глубже и почувствовала… о, Господи – потребовалось сделать над собой чудовищное усилие, чтобы не выдернуть руку из кармана. Нет, она ни за что не будет обращать внимания на его… его… ну, в общем, на это.
Она продолжала просовывать пальцы все глубже в карман Трейса. Вдруг он вздохнул во сне, и у Лилиан замерло сердце. Но Трейс не проснулся.
В кармане по-прежнему попадалась одна мелочь. Есть вообще дно у этого дурацкого кармана? И всякий раз, двигая руку дальше, она касалась определенной части мужского тела. Потребовалась еще минута, и Лилиан наконец заметила, что этот самый… предмет… о, ужас! – увеличился в размерах. И стал тверже, гораздо тверже, чем был.
 
Лилиан бросило в жар. Она по-прежнему не понимала до конца, что происходит, но тут лежащий рядом мужчина застонал во сне и выгнулся всем телом. Лилиан стало еще жарче. А что если он проснется и увидит ее руку там, где она сейчас находилась?
Так бери же ключ и выбирайся отсюда!
Неплохой совет. Лилиан просунула руку так далеко, как только могла, и, наконец-то! Ключ к свободе. Подцепив его, Лилиан осторожно потянула, чувствуя, как снова выгибаются под рукой бедра Трейса. Сердце ее колотилось, как бешеное, но Лилиан продолжала тянуть. После всего, через что ей пришлось пройти, она не собирается останавливаться.
И тут она заметила, что Трейс улыбается. «Во сне, во сне, черт возьми!«– мысленно воскликнула Лилиан. Этот мужчина просто невыносим. Прежде чем Лилиан успела достать руку из злополучного кармана, Трейс опять пошевелился и застонал. На губах его по-прежнему играла эта отвратительная улыбка.
Когда Лилиан вынула ключ, руки ее дрожали так, что она чуть не уронила свое сокровище прямо на обнаженный живот Трейса. Только с третьей попытки ей удалось просунуть ключ в крошечную скважину.
– Собрались куда-то? – огромная рука вынула ключ из ее мгновенно онемевших пальцев.
От испуга Лилиан громко вскрикнула.
– Вы чуть не устроили мне сердечный приступ!
– Какая жалость! Это было бы почти так же захватывающе, как то удовольствие, которое вы мне только что доставили. Вам тоже было приятно, Лил?
Лилиан хотелось кричать не только от страха, – что он сделает с ней теперь, за попытку побега? – но и от ярости. Она не осмеливалась показать ему свой страх – его наверняка используют против нее. А показать свой гнев у нее просто не хватало духу.
Она ограничилась тем, что процедила сквозь зубы:
– Извращенец!
– Это я-то? – воскликнул Трейс – По-моему, не я, а вы запустили руку в штаны спящему человеку.
– Все было совсем не так, и вы прекрасно это знаете.
– Конечно. Готов спорить, что вы сосчитали до последнего пенни всю мелочь в моем кармане.
Три пятнашки, две десятки – или это были монетки по пенсу?
– Я искала ключ, и вам это известно.
– Хм. Да. Это возвращает нас к моему первому вопросу. Вы куда-то собирались?
– А если я скажу, что мне понадобилось в ванную?
– Я отвечу, что вы не умеете врать, Лил.
Против правды ей нечего было возразить.
– Ну хорошо, – дрожащим голосом произнесла Лилиан. – Я хотела встать, добраться до телефона, набрать 911 и выдать вас полиции. И не называйте меня Лил.
Усмехнувшись, Трейс швырнул ключ через всю комнату, так что он ударился о дверь, ведущую в коридор.
– Не знаю, как вам, а мне необходимо еще немного поспать.
Спать? Он собирался спать? Лилиан снова захотелось закричать.
– Да, кстати, Лил. Несмотря на то, что в кармане больше нет ключа, вы можете снова засунуть туда руку, как только вам этого захочется.
Ни Трейс, ни Лилиан не слышали, как разразилась новая гроза, пробушевавшая всю ночь. Когда они проснулись, день был в разгаре. Сон явно пошел на пользу Трейсу, и все же он чувствовал себя словно после трехдневного запоя. Пожалуй, несправедливо испытывать похмелье, пропустив саму вечеринку.
Впрочем, кто сказал, что он пропустил праздник? Жжение в боку и головная боль напоминали о том, что Трейс, напротив, был на этом празднике почетным гостем.
Он закрыл глаза. Так как же все это могло произойти?
Обычная слежка – и вот он уже бежит от преследования, спасая собственную жизнь. Трейс проработал в бюро восемь лет, у него была отличная репутация, выше всяких похвал. Все это знали и отмечали при каждом удобном случае. Почему же они так быстро поверили, что он ведет двойную игру?
Мысль об этом причиняла куда большую боль, чем пулевое ранение и гул в голове.
На языке у Трейса вертелись такие слова, от которых у мисс «Ругаться некрасиво» наверняка покраснели бы уши. А то и посинели бы. А она как раз просыпалась.