Мортена: Перерождение

Мастер слушал, не перебивая, и следил за моими художествами.
– Позвольте узнать назначение этой обуви? – поинтересовался старичок, с интересом поглядывая на получившийся рисунок.
– Понимаете, у меня сейчас есть некоторые проблемы с полным оборотом, а форму после болезни нужно восстанавливать. Придётся делать это в человеческой ипостаси. Вот для бега эта обувь и нужна. А поскольку человеческая стопа не пружинит так же как та же кошачья, нужна искусственная амортизация, – я показала на прослойку из нарисованных шариков. – В такой обуви удобно будет бегать даже по камням.
Мастер Кру задумчиво жевал невесть откуда взявшуюся травинку и ухмылялся в седую бороду.
– Ну и задачку вы задали, маленькая айше. Но старому Кру будет интересно сделать что-то новенькое на старости лет. Есть у меня пара идей, – в глазах у мастера загорелся огонёк нетерпения. – Приходите завтра утром, покажу первые наработки, попробуете наощупь, то ли, что вы желаете.
Я благодарно поклонилась мастеру, заверив, что обязательно буду.
Мастер ушёл с улыбкой в дом, я же оглянулась в поисках дороги к водопаду. Мальчишка уже исчез, выполнив задание Ури. Я в растерянности не знала, куда идти.
– ЯГУ, помоги! Нужно к водопаду.
Перед глазами возникла очень упрощённая карта с точкой моего нахождения и примерным направлением движения.
Я пошла бодрым шагом, отмечая движение моей сигнатуры на карте. Вроде бы верно. Домики закончились, начался лес. Красивый, первозданный и невозможно знакомый. Не знаю откуда, но я знала эти места, словно раньше видела. Стянув обувь, зарылась босыми ногами в прелую, но тёплую листву. Вдыхая полной грудью утренний свежий воздух, я припустила лёгким бегом в направлении шума воды. Сочная зелёная листва папоротников, гирлянды цветущих лиан, раскидистые кроны в вышине, всё это было такое родное, что хотелось рассмеяться. Чувства переполняли. Выбежав на каменистый берег, замедлилась в поисках большого плоского камня. Он обязательно здесь должен быть!
Где-то в подсознании хмыкнула ЯГУ. Я, захваченная переживаниями, не придала этому особого внимания. Камень нашёлся. Чуть-чуть выше по течению он мостиком вдавался в стремительный поток. С трёх сторон его окружали высокие кустарники, скрывая от посторонних. Но я-то знала, что он там. Стянув майку и юбку, осталась в самодельном купальнике.
Солнце уже достаточно высоко поднялось над горизонтом. Температура повышалась. Зной ещё не вступил в свои права, но тепло уже ласкало кожу, приглашая освежиться. Проверив завязки, бомбочкой прыгнула в воду. Подняв взрыв брызг, вынырнула и заливисто расхохоталась. Купальник остался на месте, и это радовало. Подгребать к своему камню пришлось против течения, и это оказалось весьма непросто. Моё физическое состояние пока оставляло желать лучшего. Ну, ничего, лиха беда начало.
Я выбралась на камень и осмотрелась. Мне нужна была заводь, где бы течение было не таким сильным, для длительных тренировок. Что-то похожее было ниже по течению. Там русло реки разбивал на две части громадный валун, отрезая от полноводного бурного потока тихую заводь с золотистым песочком. То, что нужно. Там я плескалась добрых два часа. Если бы не энергетик от Ури, лежать бы мне на камешке загорая, а не наматывать круги в природном бассейне. Но даже с такой подпиткой я чувствовала себя измотанной. Солнышко уже основательно припекало, когда со стороны леса послышался топот и громогласный рёв. Земля под ногами задрожала.
Сквозь кусты, не разбирая дороги, неслось бледно-зеленое чудовище. Четырёхлапое нечто больше всего напоминало плод запретной любви динозавра и гиппопотама. В холке под два метра, с массивным туловищем, покрытым роговыми пластинами, плоской треугольной головой и сравнительно маленьким хвостиком как для четырехметровой туши взбесившегося животного. Чудище ревело, очумело размахивая головой во все стороны, и неслось к реке. За ним с гиканьем и свистом бежали два погонщика в набедренных повязках. Тот, что потолще кричал и ругался, размахивая руками, а вот худой как жердь, то и дело взмахивал кнутом. Свист рассекаемого воздуха всколыхнул в душе глубоко зарытые чувства. Человеческая ненависть и звериная кровожадность подняли голову. Глаза застила красная пелена ярости. Где-то на фоне била тревогу ЯГУ:
 
– Внимание! Частичная трансформация! Внимание! Полная трансформация невозможна! Внимание! Критическая потеря энергии!
А в это время над лесом разнесся громогласный рык. Мой рык.
Зелёная животина от греха подальше резко затормозила передо мной, практически сев на задницу. Загонщики замерли, как вкопанные, с ужасом оглядываясь по сторонам в ожидании кого-то весьма страшного. А я осела бесформенной кучей у ног животины, обессилев. Болотный динозаврик осторожно ткнул в меня носом, проверяя, жива ли, а потом лизнул. Изо рта его пахло травой, намекая, что зверюга предположительно травоядна и не схарчит меня. Подняв лицо, заметила, что у него глубоко в веке застрял металлический наконечник с обрывком кожаной тесьмы.
– Ты же мой хороший, – осторожно поднесла руки с раскрытыми ладонями к морде динозаврика, показывая, что не причиню вреда. Зверюшка обнюхала мои руки и с опаской покосилась одним глазом. Второй был залит кровью.
– Можно Реда тебе поможет? – я гладила болезного по морде, уговаривая согласиться на помощь. – Будет совсем чуть-чуть больно, но надо потерпеть.
Животина грустно вздохнула, совсем по-человечески закрыв глаза в страхе перед обещанной болью. Небольшой хвостик нервно бил по земле, но тело оставалось неподвижным, сжавшись и словно уменьшившись в размерах. Я осторожно раздвинула складки на веке, чтобы понять, как глубоко вошёл наконечник. К счастью, он был двухрогим, как на стреле, и зацепился лишь одним рогом. Вынув металлическую занозу из раны, я продолжала поглаживать животину и успокаивать:
– Вот ты какой хороший, смелый и сильный! Всё вытерпел!
Из-за спины динозаврика послышалось вежливое покашливание. Я медленно поднималась на ноги, одной рукой опираясь о голову пациента, другой сжимая окровавленный обрывок кнута. Вот уж не знаю, откуда у меня такая ненависть к кнутам, но эту животину я больше в обиду не дам, айше я или кто, в конце концов?
Массивная туша динозаврика безуспешно пыталась спрятаться за маленькой мной, одновременно поддерживая и не давая рухнуть наземь от слабости. Слабость сейчас – непозволительная роскошь.
Я с вызовом смотрела на двух погонщиков, которые с нагловатыми улыбочками расходились по сторонам, желая взять нас с динозавриком в кольцо.
– Не советую что-либо предпринимать, – мой голос звучал глухо. Сквозь него снова прорывались нотки рычания.
– Дитя, мы благодарны тебе за помощь. А теперь отойди от нашего зверя, – отозвался толстячок, выделив слово «нашего» и продолжая обходить меня сбоку.
– Я – Рогнеда, айше клана Ягер и урожденная княжна волчьего племени. Повторяю, не советую, что-либо предпринимать.
Мой голос звучал, на удивление, спокойно и холодно, как и должно айше правящего рода.
– Деточка, айше Реда при смерти уже семь дней, так что не морочь нам голову, – нахально отозвался тощий, злобно поглядывая на дрожащего всем телом динозаврика.
– Подойди сюда, и я оставлю на тебе метку своих когтей, – рыкнула я, блефуя. – Хочешь стать игрушкой для маленькой айше? – оскалила клыки и слизнула кровь динозаврика с кожаной перевязи. Блеф – наше всё.
«Надеюсь, она не ядовитая», – мелькнула с опозданием мысль.
В это время ЯГУ отчитывалась на мой мысленный запрос о последствиях повторной частичной трансформации, как в случае с Мией. Перспектива была не радужная. Если я сейчас продемонстрирую кошачью лапу, меня потом обратно надо будет нести реанимировать к тотему.
Кажется, моё маленькое представление возымело действие. Толстячок с ужасом взирал на мой окровавленный рот, а тощий засомневался. Так, надо закреплять успех. Надеюсь, что зверюга не стоит как полцарства, и мне позволят завести такого неординарного домашнего питомца.