Сварливый роман (ЛП)

— Мне подождать? — Спрашивает Бернард.
— Это не займет много времени. — Я вылезаю из машины.
Даррел открывает входную дверь и кивает мне. Он одет в простой костюм Хенли и брюки цвета хаки. Несмотря на повседневную одежду, его спина прямая, как шомпол, а губы поджаты. Хотите верьте, хотите нет, но это он в самом приветливом виде.
— Алистер.
— Даррел. — Я не знаю, какими должны быть сеансы терапии. Я никогда не присутствовал ни на одном из них, даже когда моя семья настаивала на том, чтобы я пошел после похорон.
Просить о помощи — смертный грех. Особенно когда я заслуживаю всего того ада, который мне достается.
Но Кения Джонс — это не то, с чем я могу справиться сам. Как бы неловко это ни было, я никому больше не доверяю свой бизнес. Если об этом узнает не тот человек, к полудню обо мне будут писать во всех газетах.
— У меня есть кофе. — Он указывает на кухню. Хотя снаружи его фермерский дом выглядит по-деревенски, Даррел полностью переделал интерьер.
Клэр была бы в восторге от этой кухни. Она огромная и широкая, с теплыми деревянными шкафчиками, длинной островной стойкой и новейшей бытовой техникой. На задней конфорке дымится чайник.
Я киваю в ответ. — Ты пробовал готовить?
— Ошибка, которую я больше не повторю. — Его взгляд остается жестким, но губы слегка подергиваются. — Придется просто выпить чаю.
— Все в порядке.
— Выпей это. Твоим рукам будет чем заняться.
Я следую за ним к столу и сажусь, но мои глаза продолжают бегать по сторонам. Заведение Даррела теплое и гостеприимное. Небольшие штрихи, реализованные дизайнером, говорят о человеке, который знает, как превратить холостяцкую берлогу в уютное убежище.
Клэр бы… ей бы понравилось все в этом.
— Это у тебя в первый раз, верно?
— Да.
— Я заплатил компании. Сказал им, чтобы они позволили дизайнеру делать с этим местом все, что она захочет. — Он указывает на комнаты. — Они послали кого-то, кто знал, что делать. — Он пододвигает дымящуюся кружку. Аромат мятный. Я уже знаю, что оно не будет сладким. — Скажи мне, почему ты здесь, Алистер.
— Чтобы насладиться твоим кофе.
Он не смеется.
Я действительно не ожидал от него этого.
Даррел глубоко вдыхает. — Ты что-то сделал с мисс Джонс?
— Ты слышал о собрании по поводу бэби-боксов?
Он пожимает плечами.
Черт. Сплетни действительно распространяются. Люди за пределами компании пронюхали о катастрофе.
— Я не знаю, что ты слышал, но я был с ней помягче.
— Это на тебя не похоже.
— Даже если она невыносима, она хороша в своей работе.
— Звучит так, будто ты пытаешься меня убедить.
— Это та часть, где иы анализируешь мой мозг?
— Я просто слушаю.
— Может быть, это была плохая идея.
— Ты зашел так далеко, Алистер. С таким же успехом можно было бы выкладывать это.
Мне не нравится, что он говорит об этом так самодовольно. — Разве нет правила, согласно которому психиатры не должны работать с членами своей семьи?
— Технически, я не психиатр. Я нейропсихолог.
Я отмахиваюсь от его разъяснений.
Он со звоном ставит кружку на стол. — Это нормально — чувствовать влечение к кому-то. Клэр бы не хотела, чтобы ты заперся и был несчастен.
— Ты не знаешь, чего бы она хотела. — Мои глаза вспыхивают. — Потому что ее здесь нет.
— Алистер…
— Она в моих снах, — выпаливаю я.
Он замирает. — Клэр?
— Всегда. Но я говорил не о ней. — Мое сердце колотится о ребра. — Мисс Джонс.
Его глаза немного расширяются. — Какого рода сны? — Он барабанит пальцами по столу. — Сексуальные? Она голая?
— Черт возьми, Даррел. Я не мечтаю о другой обнаженной женщине, пока моя жена прямо там.
— Что ты имеешь в виду под “прямо там”?
Я разочарованно выдыхаю.
Даррел напрягается, когда это доходит до него. — Кошмар. Мисс Джонс внутри кошмара?
— Она врывается в гостиничный номер. В это… воспоминание. Она придает мне настрой и как бы шокирует меня, пробуждая.
Удивление проходит по его обычно невозмутимому лицу.
— Я не могу ее вытащить.
— Что именно она делает в этих снах?
— В первый раз она просто появилась. Как призрак. Во второй раз она ворвалась в дверь прямо тогда, когда я уходил с Клэр. Она накричала на меня.
 
Даррел задумчиво смотрит на стол. — Хм.
— Хм?
— Кто-нибудь когда-нибудь раньше попадал в этот кошмар?
— Никогда. — Я качаю головой. — Это всего лишь она. Только с тех пор, как я ее нанял.
Он поглаживает свой подбородок. — Это хорошо.
— Хорошо? — Мой помощник шествует по моим снам, и он думает, что это хорошо.
— Да. — Он откидывается назад, одна рука опирается на стол. — Этот кошмар повторяется с тех пор, как умерла Клэр. Но все стало еще хуже, когда ты решил справиться с Belle's Beauty самостоятельно.
— Хуже — это произвольное слово.
— Ты пришел ко мне за снотворным. У него острый взгляд.
— Это все равно не сработало, — замечаю я.
— Рассматривай свой мозг как таинственную технологию. В нем есть датчики давления, которые вспыхивают, когда ты испытываешь стресс. Ваш разум пытался сообщить, что его изматывают и с ним плохо обращаются.
— Мой разум не является разумным существом.
— Это диспетчерская вышка. Центр всего, что составляет ваш разум, тело и душу. И это рушится.
— А как насчет мисс Джонс?
— А что насчет нее?
— Она теперь в моих снах. Она морочит мне голову. Должен ли я… уволить ее? — Я задерживаю дыхание.
Его глаза впиваются в мои. — Это то, чего ты хочешь?
Я отвожу взгляд.
— Ты бы уволил ее давным-давно, если бы хотел, чтобы она исчезла из твоей жизни. — Он барабанит пальцами по кружке. — Но ты этого не сделал.
— Это просто смешно.
— Возможно, ты не захочешь признавать это, Алистер. — Он выгибает бровь. — Но твой мозг выдает тебя.
— Это был просто сон.
— Если бы это был просто сон, тебя бы здесь не было. — Его тон жесткий.
Я думаю, Даррелу тоже нужен урок о "человеческом элементе".
— Сны часто играют важную роль в раскрытии того, что у нас на уме на подсознательном уровне. — Он поднимает руку. Поднимает ее к свету. — У нас есть сознательный уровень. То, что мы делаем или говорим регулярно, исходит отсюда. — Он опускает руку на фут ниже этого. — И у нас есть подсознательный уровень. Вот где настоящая сила. Проникнуть в эту область сложнее, но как только это произойдет, она будет заблокирована.
— Ты хочешь сказать, что мисс Джонс… заперта в моем подсознании?
— Я полагаю, это всего лишь догадка, что ты втайне надеешься, что мисс Джонс спасет тебя.
Если бы я не был так шокирован, я бы, наверное, рассмеялся. — Мне не нужно, чтобы кто-то спасал меня.
— Похоже, твой мозг думает иначе.
— У меня в голове помутилось после похорон. Ты не должен слушать то, что говорит этот ублюдок.
— Алистер, ты и есть тот самый ублюдок.
Я хмуро смотрю на него.
— Мисс Джонс продолжает появляться в твоих кошмарах. Она не дает воспоминаниям о той ночи прокручиваться снова и снова. Она берет контроль, который ты не хочешь отдавать. Она заставляет тебя отстраниться от сожалений. Она отрывает твои холодные, жесткие пальцы от кнопки самоуничтожения.
Я стискиваю зубы. — Мне не нравится ничего из того, что я слышу.
— Людям редко нравится слышать правду, но, в конечном счете, это причиняет гораздо меньше боли, чем строительство дома из чуши.
Звонит мой телефон, спасая Даррела от язвительного комментария.
Это Иезекииль.
— Я опаздываю на встречу, — говорю я, убирая телефон в карман, не отвечая на звонок.
Мой стул скрипит по полу, когда я встаю. Чай остается нетронутым на столе. Мне не нужно пить его, чтобы знать, что оно не сравнится с варевом Иезекииля.
— Алистер.
Я оборачиваюсь.
Даррел отрывает свое широкое, шестифутовое тело от стола. Он смотрит на меня зелеными глазами. Глазами Клэр. Все еще трудно смотреть прямо на них, не думая о ней.