Младший лейтенант милиции (СИ)

То есть, прошу прощения за мой французский, я, безо всякого сомнения, получу ощутимую и, наверное, даже довольно чувствительную травму. И, кто знает, вполне возможно, потеряю остатки, только-только начавшей налаживаться, связи с реальностью.
Все эти заполошные мысли промелькнули в моём, слегка растерянном мозгу с быстротой молнии, а тело, которое в данной конкретной ситуации оказалось гораздо умнее бестолковой головы, само отпрыгнуло в сторону. Пропуская бравого, и размахивающего грабками, словно ветряная мельница, Кохидзе мимо.
И, тут произошло странное. Сначала моя правая рука непроизвольно потянулась к поясу, а в сознании, помимо воли, промелькнула последовательность дальнейших действий… Вытащить из ножен остро отточенный, с так удобно ложащейся в ладонь пластиковой, обмотанной матерчатым скотчем, рукоятью.
А затем, схватив оказавшегося ко мне спиной неприятеля, за волосы и, запрокинув голову, быстро полоснуть по горлу. Чтобы чуть позже, когда на руку брызнет, а затем широким потоком польётся кровь, поставить агрессора на колени и, действуя кончиком клинка, вытащить через разрезанную гортань длинный язык.
Непременно, при этом, произнеся, сами-собой возникшие в голове слова. Сообщающие всем и каждому о том, что я — Свободный Разумный. И, действуя именно таким образом, полностью осознаю последствия и беру всю ответственность на себя.
Впрочем, меня тут же остановили. Или остановила. Та самая интуиция, которая помогала до сих пор и, очень на это надеюсь, не даст совершить непоправимую глупость сейчас.
Боль, пронзившая вашего покорного слугу была, если и не запредельной то, вполне ощутимой для того, чтобы я смог полностью прийти в себя. И, разумеется, выбросить из головы спонтанно и, не иначе, как под воздействием впрыснутого надпочечниками в кровь адреналина, эти бредовые и, по крайней мере, именно здесь и сейчас, не сулящие ничего хорошего, образы.
А затем, из середины груди, на долю секунды, словно выросли невидимые руки. Которыми, я тут же толкнул, всё ещё обращённого задом ко мне Шоту. Отчего он потерял равновесие и, если бы не ограничивающие периметр ринга, обязательно бы упал за его пределами.
«Странное название». — Как-то вяло подумал я, глядя на вставшего с коленей противника. — «Это ж надо было додуматься, назвать абсолютно квадратную площадку, кольцом».
Но, так как всей картины окружающего меня мироздания я, как вы знаете, просто не помнил, тут же выбросил из головы не относящиеся к делу мысли и, подняв руки на уровень груди, снова принял боксёрскую стойку.
— Ты что творишь, собака⁈ — Выпучив глаза от ярости, заорал мой соперник. — Дерись, как мужчина, а не бей в спину.
— Так и ты не поворачивайся задом, юноша! — Несмотря на находящуюся во рту и мешающую в полной мере выразить мимикой иронию капу, как можно ехиднее улыбнулся я. — Или, надеешься соблазнить меня видом своей аппетитной попки?
«Ох-х, зря я это сказал». — Тут же мелькнула продуктивная и, как это обычно бывает, запоздала мысль. — «Убьёт ведь! Ну или, по крайней мере, попытается»!
И тут же, моя, пока ещё хлипкая и дышащая на ладан теория получила немедленное подтверждение.
— Убью-у, су-у-ука-а! — Белугой завыл мой незадачливый оппонент и, пулей а, вернее, крупнокалиберным снарядом, кинулся в мою сторону.
А я, снова препочёл уклонитья. Так как поймал себя на мысли, что просчитываю действия так, чтобы покончить со всм этим одним ударом. Сломав бугаю шейные позвонки и, таким образом, навсегда забыть об появившейся на моём пути незначительной проблеме.
Голову закономерно пронзила боль и, понимая, что поддайся я мимолётным и, почему-то казавшимися таким естественными, желаниям, изрядно испорчу свою жизнь. А неприятностей будет гораздо, гораздо больше чем радости от этого порывистого действия.
Впрочем, долго рассусоливать мне не дали. Так как всё тот же, ни в какую не желающий успокоиться, неугомонный персонаж, снова раскрыл пасть, чтобы нанести очередное оскорбление.
— Что ты бегаешь, как баба? — Выдал он очередную нелицеприятную характеристику на такого милого и безобидного меня. — Ты будешь биться, или нет?
 
«Зря я в это ввязался». — Устало подумал я, уклоняясь в не помню уж который раз. — "Да и вообще, чёй-то разонравился мне весь этот бокс. Ругают меня, обзываются, все, кому не лень. Почём зря. И, при этом, бестолково размахивают длинными передними конечностями, норовя обидеть.
И, изо всех сил попытался успокоиться. И даже, снова отступил, уходя от атаки и на долю секунды закрыл глаза. Но, по непонятной причине, совершенно не утратил связи с реальностью. Полностью то ли «видя» а, скорее всего, представляя местоположение Шоты, в данный конкретный момент времени.
Правда, это были лишь очерченные контуры но, для того, чтобы сделать шаг в сторону, как оказалось, было достаточно и этого.
«Забавно». — Подумал я. — «Интересно, это разыгравшееся воображение играет со мной злые шутки? Или, в моём, пострадавшем от удара мозгу, образовалось нечто, вроде ультразвукового радара»?
Размышляя подобным образом, я слегка наклонился, подныривая под предсказуемую и, как по мне — совсем незамысловатую «плюху». А затем, сделав подшаг, и снова оказавшись за спиной у Кохидзе, опять пошутил, толкнув его, затрудняюсь сказать чем.
Ибо, вот честное слово, ощущение было такое, словно воспользовался своими, родными, так сказать, рученьками. Но, при этом прекрасно осознавая, что сделал это как-то, совсем-совсем по-другому.
Даже любопытно стало, честное слово. И, так как вести поединок на ринге со смеженными веками было как-то не комильфо, да и вообще попахивало дешёвым выпендрёжем, я снова вылупил зеньки и подумал, что неплохо было бы зарядить с ноги.
Бестолковку тут же пронзила лёгкая но, недвусмысленно дающая понять, чего не стоит делать ни в коем случае, довольно-таки серьёзная боль.
«Вот, значит, как»? — Искренне удивился я. — «Ты что же, скотина эдакая, смерти моей ждёшь? Желаешь, сука такая, чтобы этот „горячий эстонский парень“ таки залепил мне одну из своих, в общем-то, смешных и весьма неуклюжих но, от этого не перестающих быть довольно опасными, пиздюль»?
Получать в лобешник, сами понимаете, ни под каким соусом не хотелось. Да и, покажите, если хотите даже пальцем, хоть одного психически здорового индивидуума, который подставит морду лица под чужие, пусть даже и «обутые» в кожаные перчатки, кулаки? Правильно, нету таких. Ведь, даже самые извращённые мазохисты, предпочитают забавы «поизысканней».
Вроде стегания плёткой по попе и тому подобного. Но фэйс — это, как говориться, святое! К тому же, тщательно лелеемое и оберегаемое изо всех сил. Вот и я, стараясь идти по пути наименьшего сопротивления, в шутку захотел пренебречь правилами и… мне стало та-а-ак больно! Настолько, что даже потерял концентрацию и, вполне закономерно пропустив очередной, как оказалось, очень даже увесистый удар, уселся на пятую точку.
 Глава 14 
— Брэйк! — Тут же раздался возглас, судившего наш бой Олега Авдеевича. И, поскольку я всё-таки не лежал на канвасе, а просто «словил жопу», тренер не стал начинать отсчёт а просто задал вопрос. — Николай, ты как? Продолжать будешь?
Я в очередной раз зажмурился и глубоко вздохнул.
«Как всё заебало»! — Злое ругательство так и норовило сорваться с губ.
Равно, как и слова, которыми посылают на хуй. Но, поскольку никто меня, красивого и талантливого, сюда не звал, то выпячивать своё недовольное «Я», немного подумав, посчитал глупым. И не стал, соответственно.
«Может, всё-таки не стоит вести бой дальше»? — Промелькнула предательская мыслишка. — «Ну кому а, главное, зачем я что-то буду доказывать»?
МыслЯ был здравая и, оттягивая время, я так и сяк покрутил её в голове, пристально обсасывая со всех сторон. Ведь, для меня, всё и так было ясно. Этот резвый грузинский мальчик, несмотря на все его, несомненные достоинства, мне не соперник.