Однажды и навсегда (СИ)

— Иди ты, я же джентльмен, — произносит он, отходя назад и одаривая меня милейшей улыбкой. Конечно, знаем мы какой ты на самом деле джентльмен. Неужели он думает, я забыла о том, что было между нами? Да он и сам наверняка забыл. Он же никогда не запоминает имена тех с кем трахается. Видимо и обо мне он забыл. Сжимаю ручку тележки с такой силой, что руки сводит. Пока кассир выкладывает мои покупки я не могу отделаться от мысли, что этот ублюдок позади, сверлит меня своим пошлым взглядом. Нужно успокоиться пока я ему не врезала, не думаю, что люди будут в восторге, если я начну тут драку. Когда я, наконец, расплачиваюсь и беру пакеты с покупками, то практически вылетаю на улицу. Нужно как можно скорей оказаться подальше от Джека Хастлера. Но не успеваю я удалиться с парковки магазина, как слышу голос Джека за спиной.
— Кензи, подожди!
Но я не останавливаюсь, пусть думает, что я его не услышала, может тогда он от меня отстанет. Прибавляю шаг, крепко удерживая пакеты наполненные продуктами.
— Кензи! Да подожди же ты! — снова кричит он, и я слышу, ускоряющиеся шаги позади меня. Но я продолжаю идти, не оглядываясь назад. И в этот момент один из пакетов рвётся, и всё содержимое вываливается на асфальт. Да вы издеваетесь?! Что я такого сделала, что судьба постоянно окунает меня в грязь лицом? Останавливаюсь и начинаю рассовывать всё, что вывалилось по пакетам. Джек догоняет меня и опускается передо мной на корточки, помогая убрать пачку макарон, сыр, пакет с помидорами и прокладки, которые я практически вырываю из его рук.
— Как на счёт спасибо? — спрашивает он, улыбаясь во все свои тридцать два белоснежных зуба.
— Спасибо, — бурчу я и ухожу от него, перебегая через проезжую часть.
Тоже мне нашёлся герой в блестящих доспехах. Джентльмен хренов, да пошёл он! Ускоряюсь и практически радуюсь, что он за мной не бежит. Но потом я слышу его голос над моим ухом и чуть не подпрыгиваю от неожиданности.
— Ты такая смешная, когда злишься, — шепчет он.
— Я посмотрю, как ты будешь смеяться, когда мой кулак случайно попадёт в твой нос, — парирую я, продолжая идти.
— Я не видел тебя больше года, а ты хочешь меня поколотить. Друзья так не поступают, — говорит он, обгоняя меня и поворачиваясь ко мне лицом.
— А мы разве всё ещё друзья? — спрашиваю я, замечая, как его лицо искажается, словно от боли, но это быстро проходит и мне кажется, что я это просто придумала.
— Конечно, а что изменилось? — говорит он, как ни в чём не бывало. Чёрт! Он хороший актёр или правда ничего не помнит. Если второе, то я придушу его голыми руками. Ничего не отвечаю, лишь хмыкаю и отворачиваюсь от него. Слава богу, я вижу свой дом и ускоряю шаг, а Джек продолжает идти задом наперёд, сверля меня своим взглядом.
— Смотри не упади, — говорю я и быстро сворачиваю к своему дому.
— Ты за меня переживаешь? А говоришь, что мы не друзья, — самодовольно улыбаясь, произносит он.
— Просто не хочу, чтобы ты разбил свою бестолковую голову об асфальт, около моего дома. Мне же потом придётся соскребать твои мозги с тротуара, — отвечаю я и забегаю в подъезд, не давая ему опомниться. Оборачиваюсь и сквозь стеклянные двери вижу, как он всё ещё продолжает стоять там, где я его оставила. Что-то внутри нашёптывает выйти к нему, но я не поддаюсь и вскоре уже поднимаюсь по лестнице с довольной ухмылкой.
Не могу поверить, что после всего он хочет, чтобы между нами всё было по-прежнему. Но то, что мы сделали год назад, всё изменило, если не для него, так для меня точно. Я слишком долго пыталась обо всём забыть, чтобы теперь снова притворится его другом. Нет уж, этому не бывать. И совсем не важно, что от одного его вида меня бросает в жар, а от глубокого голоса сердце начинает учащённо биться. С этим можно справиться, просто нужно избегать встречи с Хастлером. Да, я смогу с этим жить, проще простого.
Джек
Я никогда не был примерным парнем. Для меня не существует никаких правил. Всё что мне было нужно, это свобода. И я её получил сполна, после того, как мои родители решили переехать жит в Италию. Они спокойно приняли моё решение остаться в Аннаполисе, и я зажил собственной жизнью. Я работал в тату-салоне ещё со школы. Это стало моим любимым занятием, да ещё и приносило хорошую зарплату, которой я мог оплачивать счета. Я был доволен своей жизнью. У меня были девушки, я мог выбирать любую, какую захочу. Но однажды я перешёл черту и сделал то, о чём жалею уже больше года. Маккензи Джонс всегда была моим другом. Озорная и безбашенная девчонка. Она появилась из ниоткуда и сразу стала яркой звездой среди местных девчонок. Будучи из хорошей семьи, Кензи часто вела себя не так как положено хорошей девочке. Если честно, то она напоминала мне меня, наверно, поэтому мы смогли найти с ней общий язык, когда наши лучшие друзья стали встречаться. Но до чего же нужно быть глупым, чтобы переспать с лучшим другом. Я знал, что это дурная затея. Но в тот вечер я не смог устоять, увидев её стройное тело в шёлковом топе и коротких шортах. Конечно, я всегда знал, что Маккензи красотка, но никогда не воспринимал это всерьёз. А в тот вечер с меня словно слетели очки, и я увидел её настоящую. Не ту девчонку с угловатыми коленками и растрёпанными косичками, какой она когда-то была. А красивую женщину, умеющую показать себя. В тот миг я потерял себя, утонув в её глазах. Инстинкты взяли верх, и остановиться было нельзя. Её тело манило меня к себе, аромат её кожи звал к себе, умоляя целовать каждый её участок. В тот момент я старался не слушать, голос разума, который кричал, какая это ошибка. Кензи заслуживала гораздо больше, чем быть оттраханой в беседке. Но то, как она отвечала на мои ласки, с какой готовностью открылась передо мной, только сильней сводило меня с ума. А когда всё закончилось, я ощущал себя настоящим подонком. Я чувствовал, как ей было неприятно то, как отстранённо я себя повёл после всего что произошло. Если бы в тот момент она ударила меня, то я бы не стал возражать. Я заслуживал хорошей взбучки. Но она как всегда показала свою силу и ушла без всяких истерик. Это заставило меня ещё больше ей гордиться и в моей груди что-то щёлкнуло. Словно до этого момента моё сердце было скованно льдом и лишь благодаря ей дало трещину. Тот вечер изменил меня и пусть я всё ещё пытался вести себя, как прежний кутила и бабник Джек Хастлер, я понимал, что прежним я уже не буду. Весь этот чёртов год, я думал о Маккензи, вспоминал, как она ощущалась под моими руками, как пахла и шептала моё имя. Я даже не сразу заметил, что все девушки, с которыми я занимался сексом, были похожи на Кензи. Я искал её в каждой девушке. И каждый раз, трахая очередную девицу, вспоминал тот жаркий летний вечер, когда моя жизнь стала другой.
 
После того, как она вернулась в город, я видел её редко. Кензи словно растворялась в воздухе при виде меня. Я знал, что она специально избегала встречи со мной. Но сегодня ей не удалось скрыться. И сегодня я понял, что она не забыла о том, что между нами произошло. Я старался быть с ней милым, пытался всё перевести в шутку, но стоило увидеть, каким взглядом она смотрела на меня, мне становилось больно. Она меня ненавидела и вполне основательно. Я это заслужил, но как же больно осознавать, что я потерял её. И всё же было что-то в её взгляде, что заставило меня думать о том, что ещё не всё потеряно. Я хочу снова целовать эти персиковые губы, ощущать её сладость во рту, слышать стоны, пока я буду доводить её до очередного оргазма. Мне нужен ещё один раз, чтобы утолить свою жажду, чтобы понять, что это просто страсть. Джек Хастлер не создан для отношений, но почему-то меня неумолимо тянет к Маккензи и стоит выяснить почему.
 
Маккензи
На следующее утро я снова приступаю к работе. Решаю весь день провести дома и трудиться в поте лица. Благо, вчера я закупилась на месяц вперёд, так что буду есть вкусную еду и шить. У меня уже готово несколько нарядов, но мне предстоит закончить ещё восемь платьев к открытию магазина. В гостиной царит настоящий хаос, и я с трудом нахожу в этом бардаке нужные материалы. Но это побочный эффект творческих личностей. Мы не замечаем ничего, пока находимся в своём творческом мире. А потом, выныривая в реальность, стоит лишь удивляться тому, что вокруг разверзлась настоящая катастрофа. Я пришиваю бисер к лифу платья, когда слышу звонок телефона. Не отвечаю и жду, когда включится автоответчик. Бисеринки крохотные и пришивать их довольно сложно, но постепенно втягиваясь в процесс это даже успокаивает. Телефон всё продолжает трезвонить, поэтому я бросаю своё занятие и спешу ответить на звонок.