Однажды и навсегда (СИ)

Джек подхватывает меня за задницу и, не прерывая поцелуй, несёт в беседку. Я чувствую, как напрягся его член в джинсах и от этого возбуждаюсь ещё сильней. Из горла Джека вырывается звериный рык, и он опускает меня на деревянный пол. Одним рывком он поворачивает меня к себе спиной, снимая с меня джинсовые шорты вместе с красными трусиками. Я опираюсь на перила беседки, стараясь устоять на ногах. Моё сердце бешено колотится, перекачивая кровь по моим венам. В голове то и дело крутится мысль о том, какая я идиотка. Но, как только горячие ладони Джека касаются моей вспотевшей кожи, все вопросы и сожаления покидают меня. Да, я и правда, делаю это. Я собираюсь заняться сексом со своим другом. И пусть всё летит к чертям. Я подумаю об этом завтра. Но не сейчас.
Джек откидывает мои волосы со спины, оголяя шею и покрывая её поцелуями. Меня словно бьёт током при каждом его касании. Между ног уже всё горит от желания. Я издаю блаженный стон, когда Джек начинает посасывать мочку моего уха. Никогда бы не подумала, что такое может нравиться. А когда правая рука Джека оказывается на моём интимном месте, которое уже истекает соками, до меня доносится его довольный стон. Его пальцы перебирают влажные складки, поглаживая и потирая клитор. Каждое касание взрывается в моей голове яркими искрами. Боже, я давно не занималась сексом, слишком давно. А Джек в этом деле мастер и я боюсь, что могу кончить от одних его касаний. Он немного надавливает пальцем и проникает в меня. Его губы продолжают ласкать мою шею, плечи, заставляя меня изнывать от желания. Мне мало одних ласк, я хочу его полностью, прямо сейчас.
— Джек, хватит медлить, я больше не могу, — шепчу я, извиваясь от его ласк, пока его палец кружит по моей киске.
— Чего же ты хочешь, Маккензи? — спрашивает он, приблизившись к моему ушку. Только от того, как он произнёс моё имя, я готова кончить. Боже мой, Маккензи Джонс, ты сошла с ума.
— Я хочу тебя, — отвечаю я, между вздохами, ещё немного и я взорвусь, мне срочно нужно почувствовать его внутри себя.
— Скажи это ещё раз, — насмешливо произносит он, и я буквально вижу его кривую ухмылку, от которой у всех девушек мигом слетают трусики.
— Я хочу тебя, чёртов ты придурок, — рычу я, поворачиваясь к нему лицом и припадая к его губам в поцелуе. Руками я расстёгиваю его ремень и молнию на джинсах, те в свою очередь падают на пол. Он перешагивает через них и подхватывает меня на руки, заставляя обхватить его ногами. Его возбуждённый член в полной боевой готовности упирается в меня и мне стоит только чуть-чуть податься ему навстречу, что я и делаю. Он входит в меня с трудом, от чего я негромко вскрикиваю. Джек медленно насаживает меня на свой член, крепко обнимая за талию. Холодный ночной ветер опаляет мою влажную кожу. Где-то там всё ещё продолжается вечеринка в честь меня. А здесь и сейчас я занимаюсь сексом с самым горячим парнем в нашем городе. И скорей всего завтра я об этом пожалею. Но сейчас мне так хорошо, как не было слишком давно.
Когда я привыкаю к размерам Джека, он начинает увеличивать скорость, сильнее проникая в меня. Низ живота скручивает в узел, я чувствую, как напрягается член Джека внутри меня. Моё лоно горит от желания и скорого приближения оргазма. Джек целует меня всё жарче и яростней. Мы сталкиваемся зубами, но это нас не останавливает. Наш секс пропитан животной страстью и голодом. И как только меня накрывает волна оргазма, Джек кончает вместе со мной. Наши тела сотрясаются в экстазе. Джек обнимает меня, пока я цепляюсь за него, впиваясь ногтями в его спину под футболкой. Завтра там наверняка останутся ссадины, но иначе я не могу.
Когда оргазм проходит, Джек опускает меня на пол и надевает джинсы. Он почти не смотрит на меня, как и я на него. Ощущения какие-то странные, видимо опьянение прошло, и на его смену пришёл здравый смысл. Натягиваю джинсы и выхожу из беседки. Джек спешит за мной и хватает меня за руку, снова. Он выглядит побеждённым, его взгляд пропитан сожалением. Он хочет что-то сказать, открывает рот, но молчит.
 
— Ничего не было, Джек. Успокойся и забудь. Завтра я уеду, и мы обо всё забудем, — говорю я за него. Ведь ясно же, что это он и хотел сказать. Для него я ещё один крестик в книжке сексуальных свершений.
— Кензи, — начинает он, но я качаю головой, прерывая его.
— Прощай, Джек, — после чего вырываюсь из его хватки и ухожу. Быстрыми шагами направляюсь в дом, спиной ощущая пристальный взгляд Джека. Ускоряю шаг и почти забегаю в дом, оборачиваюсь назад и вижу, что Джека там нет. Облегчённо вздыхаю, но где-то в глубине души чувствую сожаление и беспомощность. Не знаю, о чём я думала, когда решила, что смогу просто заняться сексом с Джеком. Да пошёл он ко всем чертям! Я знала, на что иду и не должна строить никаких иллюзий. Это был простой секс, точнее божественный секс, но он ничего не значил. Завтра я уеду и обо всём забуду. Меня ждёт мир моды и шика. Я должна сконцентрироваться на своей цели, а не на мужчине, которому плевать на всех кроме себя.
— Всё в порядке, дорогая? — слышу я мамин голос позади и поворачиваюсь к ней. Она стоит в коридоре в прекрасном платье изумрудного оттенка и обеспокоенно смотрит на меня, отчего на её прекрасном лице образуются морщинки. Вообще мама у меня выглядит молодо для своих лет. Я почти полная её копия. У нас одинаковые черты лица, карие глаза и чёрные волосы. Многие могут посчитать нас сёстрами и маме, конечно же, это льстит.
— Всё хорошо, мам не переживай, — подхожу к ней и обнимаю её. Меня окутывает цветочный аромат её духов, и я прижимаюсь сильней. Даже взрослея, нам всё равно нужны материнские объятия. Мы с родителями всегда были очень близки, именно поэтому мне сложней всего уехать от них. Но каждый человек проходит эту стадию, покидая родной дом и начиная собственную жизнь.
— Я пойду спать, а то завтра рано вставать, — говорю я, освобождаясь от объятий.
— Спокойной ночи, дорогая, — мама целует меня в щёку, и я ухожу в свою спальню.
В моей комнате темно, лишь лунный свет проникает сквозь небольшую щель между шторами. Не раздеваясь, падаю на свою кровать королевских размеров с мягким матрасом. Закрываю глаза и расслабляюсь, стараясь полностью очистить свою голову от лишних мыслей. Но моё тело то и дело вспоминает прикосновения Джека. Со мной определённо что-то не так. Это же Джек — школьный хулиган и вечный бабник. Если бы Джилл не познакомилась когда-то с Кэмероном Пирсом, то мы бы и не знали кто такой Джек Хастлер. Но, когда моя подруга стала встречаться с Кэмероном, мы с Джеком стали видеться чаще и, в конце концов, стали друзьями. Это была немного странная дружба, мы часто друг друга подкалывали, ссорились, нас это устраивало. Но я никогда не думала переступать через эту черту. Атеперь я понимаю, что друзьями мы больше точно не будем.
Встряхиваю головой и тяжело вздыхаю. Если я и дальше буду думать о Джеке, то сойду с ума. Нужно с этим заканчивать. Беру сотовый и ставлю будильник на завтра. Скоро начнётся новая жизнь, в которой не место драмам. Я мечтала стать дизайнером и пришла пора проявить себя. Скоро мир узнает, кто такая Маккензи Джонс и все будут драться за право носить мои платья.
Наше время
Маккензи
Чёрт, ещё немного и я взорвусь. Сегодня всё против меня и это жутко бесит. Машина с самого утра не хотела заводиться. Позвонили поставщики и сказали, что мои ткани задержались на таможне. Моя помощница сломала ногу и ушла на больничный, оставив меня в эпицентре настоящего модельного урагана. Порой мне хочется всё бросить и закрыться в своей квартире на месяц другой. Думала ли я, какой это жестокий бизнес, когда мечтала стать дизайнером? Нет, я и не подозревала о настоящих боевых реалиях. В моде главное постоянно придумывать что-то новое и необычное. Быть не на шаг, а на два впереди всех. Только тогда удастся оставаться на вершине. Когда несколько месяцев назад я с успехом представила свою коллекцию в Лондоне, то была счастлива как никогда. Передо мной открылись новые возможности, и я тут же за них ухватилась. И теперь я открываю свой магазин, но что-то постоянно мне мешает. Через две недели я должна представить весенне-летнюю коллекцию, а у меня не готова и половина задуманного. Мне стоит собраться и поднажать, чтобы удивить своих покупателей.