Ловушка для недотроги (СИ)

— Эмм. — я потеряла дар речи от такой наглости.
— Не отвечайте сейчас. Я перезвоню, скажем, в понедельник, тогда и дадите ответ. Подумайте хорошенько, от Вашего решения зависит жизнь и ЗДОРОВЬЕ Ваших близких.
И в трубке раздались короткие гудки.
Я сидела, ошарашенно смотрела в одну точку и пыталась осознать только что услышанное.
По всему выходило, что мне только что угрожали. Причём не просто так, чисто гипотетически… А вполне реально предлагали обменять бизнес отца на жизнь и здоровье Светланы и Ваньки.
ЖИЗНЬ и ЗДОРОВЬЕ!!!
Светка!
Ванька!
Ванька?
Я судорожно начала набирать номер брата, но неожиданно телефон у меня забрал Дима.
— Алёна, что случилось? На тебе лица нет.
— Дим! Дииим… — по щекам хлынули слёзы.
«Весьма неожиданно, обычно я гораздо сдержаннее».
Дмитрий обнял меня и пересадил к себе на колени. Он тоже с кем-то разговаривал, выйдя на кухню, чтобы не мешать мне. Ну, или, чтобы я ему не мешала. Но сейчас это было не важно.
— Что случилось? Рассказывай! — не на шутку перепугался парень.
«Конечно, женщина в слезах это самый сильный деморализатор!»
— Дим, мне звонил какой-то мужчина. Он предложил мне к понедельнику переписать на него весь свой бизнес. Со всеми активами. А за это мне будет денежная компенсация. Намекнул, что мой отказ повлечёт проблемы со здоровьем у меня и близких. Дииим, — я всхлипывая пыталась объяснить ситуацию. — мне страшно!
— — — — — — - 
Ставьте звёздочки, пишите комментарии, добавляйте книгу в библиотеку, если ещё не добавили, ну и, конечно, подписывайтесь на мою страницу. 
  
24
 
Дмитрий— Так, счастье моё, давай с самого начала, подробно и внятно!
«Эх, такой вечер псу под хвост! Сначала Костик, теперь какой-то мужик, до смерти напугавший Алёну. Не видать мне заслуженного как своих ушей. Но Алёнке сейчас точно не до нежностей».
— Понимаешь… Я не знаю кто это был. Он сказал, что я сунула свой нос не в своё дело и вообще, должна переписать на него весь свой бизнес. А он мне, якобы, хорошо заплатит… — всхлипывала моя красавица, прижавшись к плечу.
— Тааак, а номер высветился? — начал я соображать.
— Неее знаю. Вот, сам смотри. — мне протянули мобильный.
— Ага. Хорошо. Малыш, ты посиди тут. — я ссадил с коленей Алёну. — А я сейчас. Я не на долго.
Девушка согласно кивнула. Я поцеловал её в носик и вышел на кухню, набирая номер Артура Арсеновича. Никто лучше него эту ситуацию не раскрутит.
— Вечер добрый, дядя Артур.
— Привет. Что, неужели соскучился за пять минут? — слышу смешок на том конце.
— Нет. Дело появилось.
По моему голосу собеседник понимает, что дальше разговор пойдёт не как друга семьи с сыном этого друга, а совсем в ином ключе.
— Рассказывай. — звучит коротко и требовательно.
Я пересказываю всё, что сообщила мне Алёна.
— Даже так?! Шустро! Диктуй номер. Пробьём.
Я диктую с мобильного Алёны номер звонившего, уточняю время звонка, диктую и Алёнин номер.
— Дим, молодец, оперативно сообразил. Успокой Алёну. Её телефон мы поставим на прослушку. Вы когда, говоришь, возвращаетесь?
— Утром. Ну, пока доедем, будем ближе к обеду.
— Замечательно! Время у нас есть.
— Спокойной вам ночи. — говорю с благодарностью. Вот умеет же дядя Артур за несколько минут успокоить.
— Ну, не светит мне спокойная ночка… Но, за пожелание, спасибо. Вам с Алёной выспаться бы не мешало. Бывай! — и Артур Арсенович отключается.
Я возвращаюсь в спальню и нахожу девушку в той же позе, что и оставил. Алёна невидящим взглядом смотрит в стену. Даже на мои шаги не реагирует.
— Ээй, малыш, ты чего?!
Алёна молчала и никак на меня не реагировала.
— Хорошая моя. — я подсел рядом и притянул девушку к себе. — Не переживай так. Твой телефон поставят на прослушку, по номеру постараются пробить этого урода. Вместе мы всё сможем. Не бойся, солнышко, мы справимся, обязательно. Завтра утром выедем и к обеду уже будем знать все свежие новости, что накопали за ночь дядя Артур с майором. — я усмехнулся своим мыслям. — А дядя Артур сегодня никому спокойно поспать не даст, кроме нас. Так что нужно пользоваться привилегией.
 
Девушка молча кивнула и встала с дивана.
«Надо же, как её задело!»
— Алёна, всё будет хорошо, слышишь?
— Дим, я тут подумала… А что если смерть родителей… Что если… папа тогда отверг вот такое же «предложение». Он ведь не запугивал, понимаешь, он предупреждал. Мне так показалось.
«Ого! А это мысль!»
— Ну что ты, хорошая моя. Не накручивай себя.
Я взял девушку за руку и повёл в спальню. Да, квартира у меня была двухкомнатная и, чисто теоретически, можно было разойтись спать «по разным кроватям», только вот я привык… засыпать, ощущая аромат Алёны, зарываясь в её шелковистые волосы носом и прижимая её горячее тело к себе. И сейчас не был готов отказаться от этого ритуала.
Быстро расстелив постель взмахом руки предложил девушке располагаться. Тем удивительнее было услышать от неё:
— Здесь есть другие спальные места. Я посплю на диване. Где у тебя постельное бельё?
— С ума сошла? Хочешь не выспаться сама и не дать выспаться мне? Что я сделал тебе плохого?
— Ничего. — удивилась Алёна. — Просто… Это же твоя кровать. Я не хочу претендовать на неё! А ещё… — вздёрнулись курносый носик и маленький аккуратный подбородок сердечком. — я не буду здесь спать в твоей постели. До меня в ней перебывало… — и она резко замолчала.
Я же, когда осознал намёк, расхохотался.
— Ты ревнуешь? Правда? Обалдеть! Ревнуешь меня к моему прошлому?! Боже, какая прелесть! Алёнкаааа!!! Я уверяю тебя, что на этой простыне никто не спал, даже я! Она мне незнакома, но звонить Костику и выяснять что он сотворил с моим постельным комплектом я не стану. И да, я хочу, чтобы ты спала рядом со мной. И не потому, что хочу затащить тебя в свою постель. Мы там уже были, это бессмысленно. А потому, что ты безумно расстроена и мне спокойнее будет спать рядом, чем бегать всю ночь и проверять как тебе спится.
— Что? — растерянно заморгали на меня ресницами-веерами. — В смысле бегать? Зачем?
— Затем, хорошая моя, что ты мечешься во сне, когда нервничаешь. А в моих руках затихаешь. Я лучше просплю всю ночь, обнимая тебя, чтобы мы оба спали спокойно, чем пробегаю всю ночь между спальней и залом, успокаивая тебя. Пожалей меня. — постарался скорчить скорбную мину и сложил руки в умоляющем жесте.
— Хорошо. –согласилась Алёна и начала развеваться. — Уговорил.
Девушка осталась в одном нижнем белье и скользнула под одеяло.
— Нет, малыш, так дело не пойдёт! — произнёс я, подходя к шкафу с одеждой. — Бюстгальтер вещь, конечно, красивая, но вредная для сна. Вот, держи, эта должна подойти. Её подарила мне мама на пятнадцатилетие, когда-то я её очень любил и надел всего раз десять… всё берёг. Теперь рука выбросить не поднимается, хотя уже давно не пролезаю. — с этими словами, выудив из глубины шкафа свою подростковую футболку, бросил её на кровать рядом с девушкой. — Я скоро, переодевайся спокойно. — и вышел.
Зачем?
Не знаю.
Просто вдруг почувствовал, что должен выйти и дать Алёне переодеться без меня. И не важно, что я наизусть знаю каждый микрон её тела. Нужно уметь вовремя отвернуться.
Когда я вернулся в спальню, Алёна стояла у окна в моей футболке, едва прикрывающей её аппетитные ягодицы. Которые, впрочем, сейчас меня совсем не возбуждали. Я сердцем чувствовал страх моей женщины и готов был на что угодно, чтобы защитить её. Тихонько подошёл сзади и обнял за талию. Девушка вздрогнула. Опять задумалась так глубоко, что ничего не слышала вокруг. Алёна развернулась в кольце моих рук и прижалась к груди. Так мы простояли какое-то время, просто наслаждаясь объятиями. А потом она подняла голову, потянулась к губам и поцеловала. Легко, невесомо, без привычной за неделю сжигающей страсти, совсем иначе. Поцеловала так, будто искала защиты и успокоения. Я ответил, максимально бережно и нежно. Таких поцелуев в моей жизни ещё не было. С приходом Алёны в мой внутренний мир там всё начало изменяться и перестраиваться, под неё, для неё.