Смерть (СИ)

Со смерти драконики прошли всего пятнадцать секунд, когда, использовав ментальную магию, я чётко определила, что иллюзорный босс вот-вот отправит и Синара следом за ней. Более того, ещё каких-то пару метров, и стая оборотней растерзает Эльнару и Лизу. Я вдруг поняла, что по-другому никак… Когда лже-Саяна уже замахнулась на дракона, что был не в силах пошевелиться, то так и застыла на месте с округлившимися глазами. Видимо, босс не ожидал, что в нынешней нашей безнадёжной ситуации кто-нибудь сможет ему помешать. Мне же было глубоко начхать на его удивление, стоя перед ним, я только и могла, что сжимать кулаки от злости. Почему я замешкалась? Почему не использовала «Дыхание прошлого» сразу же, как на горизонте показались два других босса? Если бы я сделала это, Аэлина осталась бы жива. Эта вечно неунывающая драконика, готовая чуть ли не кланяться мне… Я больше никогда не услышу от неё «многоуважаемая госпожа Виолетта»…
В какой-то миг от гнева на саму себя и весь мир вокруг мне окончательно снесло крышу, и я потеряла любые тормоза, что имела до этого. Под действием «Дыхания прошлого» управление гравитацией вампира — а после небольшого анализа я пришла к выводу, что это именно оно — перестало быть для меня проблемой. Следя одним взглядом за застывшими в ступоре двумя другими боссами, я контратаковала лже-Саяну световым мечом, да ещё и так, что умудрилась оставить ей в груди просто огромную дыру. Так же, как и в прошлый раз, моя скорость и ловкость увеличились настолько, что мыслями я за ними не поспевала, понятное дело, реакция босса тоже значительно от них отставала. Я била его то сюко, то мечом с такой бешеной скоростью, что у него не осталось ни малейшей возможности сбежать от меня в другую иллюзию. Учитывая, что в этом режиме увеличились и уроны от моих ударов, буквально за пару секунд шкала хп босса опустела больше чем наполовину. Я бы там его наверно и добила, если бы не необходимость отвлечься на мобов-оборотней, которые угрожали жизням Эльнары и Лизы.
Мир вокруг меня вертелся с такой головокружительной скоростью, что казалось, я до максимума разогнала детскую карусель. Отбросив первую волну мобов, я быстро атаковала вампира, чтобы освободить остальных и, главное, Андрея. Слава всему, сработало, и стоило этой твари потерять концентрацию, как его магия перестала действовать на моих товарищей. Теперь, когда толпа мобов оказалась под присмотром Андрея с Синаром, у меня появилась возможность конкретно заняться этими тремя ублюдками, из-за которых Ли, Лаэль, Аэлина и остальные… С каждой секундой гнев и ненависть внутри меня становились только сильнее, однако на удивление, я не теряла от них голову, а наоборот, вкладывала свои чувства в удары, делая их только сильнее.
Сама битва с вампиром и оборотнем прошла для меня, будто в тумане, потому что тогда сражалась не я, а мои инстинкты, подкреплённые сильными чувствами. Я била и тотчас забывала об этом, переключаясь на другую тварь. С одной стороны, мне хотелось закончить бой как можно скорее, но с другой, я мечтала о том, чтобы эти твари страдали как можно сильнее и дольше. Когда же я осознала, что туманным взглядом смотрю на два трупа перед собой, вынуждена была признать, что сегодня открыла свою новую сторону, способную ненавидеть и желать страданий другим, пусть и мобам, просто до безумия сильно.
Однако у меня не оставалось времени думать об этом, таймер умения отсчитывал последние полторы минуты, а мне ещё нужно было добить иллюзорного гада. Должна сказать, я с нетерпением ждала момента, когда смогу проткнуть голову монстра так же, как и он Ли. Вот только в парке я гада уже не чувствовала, кажется, он понял опасность и поспешил уйти отсюда. Плохо. В любой другой ситуации я бы махнула на него рукой, но не после того, что стало с Ли и дракониками. Поскольку «Дыхание прошлого» расширяло не только мои физические показатели, но и другие возможности, я увеличила радиус поиска с помощью ментальной магии, после чего — о, чудо! — почувствовала знакомый отклик лишь через пару домов. Видимо, как я и подозревала, босс мог прыгать только в те иллюзии, которые находились относительно недалеко друг от друга, иначе его способность стала бы слишком имбовой.
 
Никому ничего не объяснив, я стремглав кинулась за ним вдогонку. Даже не помню, как одна улица сменилась другой и третьей, настолько быстро я бежала. В итоге, оказавшись на площади, полной лже-людей, я без проблем обнаружила босса, который… вот же ж гад!… спрятался в иллюзии маленькой светловолосой голубоглазой девочки. Однако он глубоко ошибся, если подумал, что после всего меня данный факт остановит. Я налетела на босса, как настоящая фурия, после чего стала атаковать его с такой скоростью и силой, что у ублюдка и малейшего мига не осталось для того, чтобы переместиться в другую иллюзию. 
Очень быстро хп лже-девочки упало до нуля, однако я всё продолжала бить её снова и снова… За Ли, за Лаэль, за Аэлину, за Янжил и за Гульзару… Я понимала, что это их не вернёт, однако, как парадоксально это ни было бы, с каждым ударом мне становилось всё лучше и лучше. В какой-то момент я поняла, что с трудом разбираю происходящее вокруг из-за слёз, что уже какое-то время непрерывно лились по моим щекам. В голове мелькнул вопрос о том, какие это слёзы? Боли? Сожаления? Грусти? Ярости? Найти ответ я так и не смогла. Плача, я продолжала бить труп твари, отнявшей у меня столько дорогих товарищей аж до того момента, пока таймер «Дыхания прошлого» не закончил свой обратный отсчёт. Вдруг я поняла, что истратив в этом бою все свои силы, теперь не могу пошевелить даже пальцем. Вслед за боссом моё тело потянулась к земле, а сознание рухнуло в темноту беспамятства и умиротворения.
  
Глава 12
 
Андрей
До этого момента я думал, что уже смог смириться с будущими потерями. Думал, что уже сейчас-то смерть одного из команды уже не сможет выбить меня из колеи, но я ошибался. Сейчас, когда прижавшись ко мне, рыдала Эльнара, а передо мной лежало тело Аэлины, в душе царило не только смятение, но и ныла тупая боль. Возможно в этом виновато слияние с фамильярами, а может еще что-то, не знаю, но я минут пять не мог себя заставить протянуть руку, дабы навсегда попрощаться со смешливой и энергичной девочкой. Казалось, что стоило только захотеть, и она опять улыбнется своей скромной улыбкой, а после поднимется, как ни в чем не бывало. Отряхнется и спросит, а почему грустит ее господин?
В недоумении я отрешенно дотронулся рукой до собственного лица, а после с отстранением уставился на влажную ладонь. Оказывается, у меня текли слезы. Сами собой, без какого-либо желания с моей стороны. Просто текли и не останавливались. Я слышал, как в отдалении жалобно скулила, словно побитый маленький щенок, Саяна. Краем взгляда отмечал, как рядом с нами с пасмурными лицами стояли Лиза и Синар. Но мне было все равно. В этот момент у меня в душе что-то умерло, что-то важное и безвозвратное.
С трудом протянув дрожащую руку в сторону Аэлины, я закрыл ей глаза. Эти детские наивные глаза с застывшим навсегда выражением неверия и удивления. Как же все-таки больно прощаться с частичкой своей души. Сам не понимая зачем, но я погладил Аэлину по волосам. Только после этого с огромным трудом смог себя заставить мысленно активировать развоплощение Аэлины. Ее тело растаяло, словно мираж, оставив после себя лишь ее вещи и больше ничего. Эльнара продолжала рыдать, я тупо смотрел в одну точку и ничего не хотел делать. Мне было все равно, что ребята отправились в город. Все равно, когда они принесли бессознательное тело Веты. Только мысленно отметил факт отката ее умения, из-за которого она сейчас не видела того же, что и мы. Я прощался. Прощался с милой и забавной драконикой. Прощался со своей печалью. Прощался с последней нитью боли и связи с реальностью.
 
Как мы вернулись в лагерь, я помнил смутно. Только когда мы наконец собрались все вместе, я фоном отметил, как Азриль увела к себе Синара и Эльнару. Как Чжан пытался успокоить Саяну. Как Вету уложили в нашей палатке. Но одно я запомнил очень ярко. Взгляд Лизы. Как ни странно, но мы поняли другу друга без слов. Только сейчас я осознал, насколько глубока рана самой Лизы. Ведь у нее была не просто любовь с Ли, а абсолютное совмещение. Если я лишился лишь частички своей души, то Лиза потеряла половину. Не знаю, смог бы я после такого продолжить жить? Хотя. О чем я. В глазах девушки отчетливо читался простой факт. Лизы уже не было с нами. Осталась лишь тень, живущая ради одной цели — отомстить. Дойти всем назло до финиша, а после погибнуть. Не знаю, как я это понял, но сейчас для меня Лиза была, словно открытая книга. Да и я для нее, похоже, тоже.