Навечно разрушен (ЛП)

— Я знал, что он здесь! Я так и знал! Ты тоже его видишь, Макс?! — мой маленький семилетний кузен взволнованно подпрыгивает, глядя на Карсона.
— Он даже больше, чем я себе представлял, Марио! — Макс, его младший четырехлетний брат, подходит к нему сзади, таща позади свое любимое одеяло.
— О чем вы говорите? — растерянно спрашиваю я.
Они кричат одновременно:
— Шторм!!!
Я в шоке смотрю на них. Очевидно, я была единственной в целом мире, кто понятия не имел о том, кто такой Карсон на самом деле.
Карсон небрежно отмахивается от ошеломленного взгляда, который ясно читается на моем лице, и смотрит на двух детей с натянутой улыбкой.
— Можете звать меня Карсон.
— Ни за что! Ты – Шторм! Я хочу быть таким же, как ты, когда вырасту! — кричит Марио, устраивая притворный боксерский поединок с воздухом. Я вижу, что это заявление немного смущает Карсона, поэтому решаю вмешаться.
— Пойдемте, малыши, посмотрим, что сегодня приготовил для вас дядя Винни, — я хватаю их за руки и веду в кабинет отца, Карсон следует за мной.
Когда мы входим внутрь, Макс и Марио подбегают к моему отцу, прячась по обе стороны его колен.
— Дядя Вин! Смотрите, кто здесь! Это Шторм, дядя Вин!
Отец отрывает взгляд от мальчиков и игриво щупает их.
— Ну, ты только посмотри. Это правда он! — дети визжат от восторга, когда мой отец достает из-за ушей две гигантские шоколадные монеты.
Я улыбаюсь, видя шок на их лицах.
— Дядя Вин – волшебник! — ликует Макс.
— Пойдем, расскажем маме! — оба мальчика выбегают со своими монетами в припадке хихиканья.
— Ты всегда был хорош в этом, — приветствую я, целуя его в щеку, любые признаки его гнева на меня теперь давно забыты, как это обычно бывает. Он никогда не может злиться на меня слишком долго.
— Ловкие ручонки, — забавно говорит он. — Хотя Карсона не обманешь. Он всегда ловил меня раньше, чем я успевал их достать.
С самодовольной улыбкой Карсон пожимает плечами.
— Я всегда был слишком умен для фокусов. И до сих пор.
Я стою в замешательстве, на мгновение забыв, что Карсон тоже был практически воспитан моим отцом. Это просто немного странно, потому что я понятия не имею о степени участия моего отца в его жизни.
— Твоя мама гудела от волнения, когда я сказал ей, кто придет сегодня на ужин. Так что не будем заставлять королеву ждать.
Мы все идем в столовую, понимая, что моя мама сегодня действительно превзошла саму себя. Длинный стол из вишневого дерева уставлен ее любимым тонким фарфором, лежащим на золотых льняных салфетках. В центре стола стоит прекрасный хрустальный сервиз, внутри которого собраны только лучшие розы из сада. По бокам стола уже зажжены свечи, источающие сладкий аромат.
Она – королева всего экстравагантного. Она входит в столовую вся наряженная, в своем лучшем жемчуге и бриллиантах, и я не ожидала от нее ничего другого.
— Мама миа! Я знала, что это вы! — она быстро обнимает меня и переключает свое внимание на человека позади меня. — О, мио! А это, должно быть, красавец Карсон! Так приятно наконец-то познакомиться с тобой! — она крепко обнимает его за плечи и целует в обе щеки.
Он выглядит немного смущенным, но, тем не менее, вежливо отвечает ей.
— Приятно, наконец, познакомиться с вами, миссис София. Спасибо, что пригласили меня присоединиться к вашей семье за ужином.
— Чепуха! Ты имеешь полное право находиться здесь. Это может показаться безумием, но Винченцо воспитал тебя, ты практически мой сын!
Мои глаза чуть не вылезают из орбит, когда я слышу это. Практически ее сын? А я кто, черт возьми? Его сводная сестра? Мои щеки становятся темно-красными от всяких грязных мыслей о нем. Он бросает на меня быстрый взгляд и возвращается к моей матери с еще одной натянутой улыбкой.
Внезапно в комнату входит Джейс.
— Хватит болтать, я хочу есть.
— Я что, вырастила тебя неандертальцем, Джейс Пенталини?
Его глаза осматривают комнату и останавливаются на мне.
— А где Ти?
Тесса обычно присоединяется к нам по воскресеньям, но иногда забегает навестить свою мать в доме престарелых.
— А что?
— Ничего, — Джейс уходит, потом возвращается с бутылкой виски, которую протягивает Карсону.
Он кивает, и брат наливает им обоим. Кухонная дверь распахивается, и в комнату врывается сестра моего отца – Валентина.
— Дорогу! Мы идём! Горячее! — она ставит тарелку с лазаньей и смотрит прямо на Карсона.
— Ну и кто же этот красавчик? Элайна, ты наконец-то нашла парня? О, мне нравится! Молодец, mia cara, — подмигнув мне и подняв вверх большой палец, она снова смотрит на него и подходит к моему уху, тихо шепча: — Он восхитителен! — она небрежно жестикулирует поцелуем, как шеф-повар, как будто Карсон – вкусная еда.
Я готова провалится под землю от неловкости.
— Мама миа! Здесь жарко, или мне только кажется? — тетя игриво делает вид, что обмахивается веером, и мое лицо краснеет еще больше.
Дядя Ромарио врывается в дверь, Марио цепляется за его шею, а Макс цепляется за ногу.
— Окей, кто дал им шоколад перед ужином?
— Во всем виноват дядя Винни! — кричит Макс, волоча за собой ногу отца.
— Не будь крысой, Макс! Папа говорил, что крысы – это грязные, скользкие, грязные дураки!
— Окей, и именно поэтому мы не позволяем папе говорить о делах в присутствии детей! — тетя Валентина отрывает Марио от шеи мужа, ругая его.
Гордость на лицах моего отца и дяди настолько очевидна, что я бы рассмеялась, если бы уже не была так смущена.
— Правильно воспитываешь, Ро, — смеется папа и садится во главе стола.
— Чертовски верно, — дядя берет у Джейса бутылку виски, наливает себе и отцу по стакану.
— Чин-чин! — кричат оба мужчины, чокаясь, а потом делают глоток алкоголя.
Я закатываю глаза. Типичные мужчины.
— Карсон, садись, — говорит отец, указывая на стул рядом с собой.
Тетя Валентина вскидывает голову.
— Это Карсон?
Мама вмешивается:
— Да, Вэл. Карсон, тот мальчик, которого вырастил Винченцо. Это не парень Эл.
Она виновато смотрит на меня, потом на Карсона.
— Извините. Я, как обычно, делаю поспешные выводы, — ее муж слегка хмыкает в знак согласия, и она бросает на него убийственный взгляд, но снова переключает свое внимание на Карсона. — Приятно познакомиться.
Карсон ободряюще улыбается ей и садится справа от отца.
— Я тоже рад, хотя мы давно знакомы, — говорит дядя Ромарио, садясь рядом с Джейсом.
Карсон делает глоток. Все мужчины за столом соглашаются и смеются. Дядя работает на отца в качестве одного из его капо, так что вполне логично, что они с Карсоном знают друг друга.
— Vita mia, помоги нам с тетей на кухне, — говорит мама.
Я следую за ними, и как только мы скрываемся из виду, тетя тут же хватает меня.
— Mi dispiace*! Мне так жаль! Я понятия не имела, что это он! — ее обычное безупречное лицо теперь искажено гримасой.
Я заверяю ее, что все в порядке, хотя меня все еще передергивает.
— Святые угодники! Кто-нибудь, пожалуйста, скажите мне, что это за человек, сидящий рядом с дядей Винни, — в дверь влетает моя восемнадцатилетняя кузина – Лилиана.
Я вздыхаю: бедняжка Карсон слишком хорош собой для всех женщин-Пенталини.
— Ну разве он не красавчик? Будь я на двадцать лет моложе… — говорит тетя.
— Какая гадость, Вэл, ты замужем, и у тебя дети, — констатирую я, доставая из духовки дымящуюся тарелку с куриной пиккатой.
— А нам теперь нельзя помечтать?
Ну, по крайней мере, я могу с уверенностью сказать, судя по их реакции, что я не совсем сумасшедшая из-за всех этих интимных мыслей о нем.
— Ты опоздала, Лилиана, — мама не поднимает глаз, продолжая смешивать картофельное пюре.
— Я знаю, папа виноват. Мы были на могиле у мамы, — она нервно теребит шнурок на своем обтягивающем черном платье.
Мама сочувственно кивает:
— Ты видела букет, который я тебе прислала? Она обожала сирень.