Проклятие тайных желаний (СИ)

— Давай вот что, Неро, — произношу и замечаю, что выражение его лица меняется. Жрецу нравится, что я его по имени зову? — общение с правителями — это испытание. Танцы и попытки хорошо держаться при Двоюродной — тоже. Поэтому давай поделаем чего-нибудь приятное в любом случае. Я хочу на концерт.
— Хорошо, куколка...
Оказывается, у Неро всего одна комната. Приемную часть от спальной и рабочей со столом отделяет ширма. В приемной она повернута задником, потому я не сразу ее разглядела.
А теперь я вижу, что на ширме изображено дерево с черными угловатыми ветками и красными цветами.
Ветки острые, того и гляди уколют или хлестнут.
А цветы...
У меня закрадывается смутное подозрение.
Я молчу, поскольку Неро с сосредоточенным видом садится в одно из кресел приемной части.
Пусть он мысленно с Двоюродной поговорит.
Научиться танцевать на хорошем уровне лишним никогда не будет. Это и владение телом, и уверенность, и преимущество в непонятных ситуациях.
А если Двоюродная откажет, я же особо много не потеряю?
— Куколка, Лаиса говорит, что может взять тебя в ученицы. Обещает тебя сильно не мучить и на конкурс не готовить.
— У меня два вопроса, Неро, — я подхожу намеренно соблазнительной походкой от бедра и сажусь на подлокотник его кресла.
А чего стесняться?
Он меня ласкает колдовством своим, как хочет, и мы прекрасно знаем, зачем я здесь...
А мне зажиматься и прятаться?
Боязливая Неро не влюбит точно...
Неро немного напрягается — больше чувствую, чем вижу — не привык к такому обращению?
Нет, вряд ли....
Скорее, жрец не знает, чего ожидать именно от меня.
А я и сама не знаю. Я с ним шальная и психованная.
Вот и пусть он этим наслаждается.
Я беру лицо Неро за подбородок и мягко поворачиваю его к себе. Аккуратно, чтобы не оцарапать.
Жест наглый и собственнический, но сожалеть уже поздно.
— Первый вопрос. Почему я куколка? Ты мной играешь?
Неро не убирает мою руку и сидит в как будто совсем расслабленной позе... если не считать то напряжение, что я чувствую.
Что-то, похожее на его колдовство.
Неро смотрит мне в лицо.
Это холодный, оценивающий и даже жесткий взгляд.
Как на врага.
— Конечно играю, Армела. Как и ты играешь моими чувствами. Думаешь, я не знаю? — я холодею от ужаса. Откуда?! — Это более, чем очевидно. Женщины всегда играют с мужчинами, а мужчины с женщинами. Кто-то называет это войной, а кто-то вкусом жизни. Ведь если не играть, будет пресно и скучно, м?
Да я чуть не умерла, а Неро всего лишь это имеет в виду?!
Он неожиданно снимает меня с подлокотника кресла — я оказываюсь прямо у него на коленях.
Попой чувствую — шансы попасть на урок танцев сейчас ничтожно малы.
— Ты хотел... эм...
Неро шепчет мне в ухо, вызывая непрошеные сладкие мурашки по всему телу.
— И хочу... Какой твой второй вопрос?
Сидеть неудобно. Жестко.
— Что означает это дерево на твоей ширме? Странно, но оно на тебя самого похоже. Острые ветки у всех на виду. А красные цветы?
— Ты права, Армела, — Неро, словно в легком трансе, как забывшись, поглаживает меня. — Красные цветы тоже у всех на виду. А видят их лишь те, кто может их видеть. Ну что, пойдем одаривать тебя и танцевать?
Я же чувствую, насколько сильно он меня хочет!
Почему он тогда говорит о каких-то дурацких танцах?!
Дело явно не в том, что Неро уважает мои чувства или что-то такое: он, как и я, прекрасно знает, что мы должны сделать. Мои чувства это не оскорбит.
Демоны раздери, в чем же тогда дело?!
Чем я тогда отличаюсь от Тарумы, которую жрец спокойно проигнорировал?!
В комнате все пахнет парфюмом Неро, или это его собственный естественный запах... А мне уже кажется, что так пахнет секс.
И пока я не попробую хотя бы один раз, я не утолю свое любопытство.
Не знаю, чего я хочу больше прямо сейчас: проверить Дар или... самого Неро.
— Не пойдем. У нас вроде есть дело поважнее?
Была бы я смелая, я бы сказала прямее.
Неро смотрит на мои губы, и его порочно-жадный взгляд будит все мои тайные желания.
 
А ведь жрец их чувствует!
— Уверена, Армела?
— Поцелуй меня...
Это все, на что сейчас хватает моей смелости. Потому что мне хочется прямо попросить: «трахни меня».
— А колдовство? С ним, или ты боишься? — Неро произносит слова чувственно-низко, и мои колени предательски слабеют от одной этой интонации.
Я была дурой, когда говорила, что он недоразумение, а не жрец.
Только он может так ласкать... даже словами.
Прошу:
— Как хочешь. Как ты хочешь. Это мой первый раз... с тобой. Сделай так, чтобы...
Чтобы у меня не осталось никаких мыслей...
Чтобы одна лишь приятная пустота во всем теле.
— Ты не пожалеешь потом, Армела? У нас даже первого поцелуя еще не было.
Да жрец просто издевается!
Я чувствую, что могу кончить от одного лишь звука его голоса, когда он вот такой соблазняющий...
А для Неро это все просто игра?
И я не слишком искушенная эльфийка по сравнению с другими?
Сейчас все мое возбуждение рассеется, и останется одна горькая обида.
Я уже готова не то вскочить с коленей, не то царапнуть Неро, не то даже заплакать, но жрец перехватывает и обнимает меня крепче.
— Ты не пожалеешь, Армела, — и он целует меня.
Мягко и нежно, почти романтично.... как будто он ужасно смущенный простой эльф, который лет триста добивался этого поцелуя у любимой девушки.
А мне мало... Я хочу горячее...
Не так, без этих глупых не своевременных игр...
То, чего я на самом деле хочу, хочу вообще настолько не вписывается во что-то милое, что...
Я обнимаю лицо Неро ладонями и сама целую его грубее. Страстнее. Жестче.
И слегка провожу ногтями по его смуглой, словно опаленной страстью, коже.
То ли дразню его, то ли предупреждаю.
Неро отвечает мне яростнее: скромности не остается вообще.
Но эти поцелуи легкие и дразнящие, как укусы.
Боги... Да мне никогда не выиграть у него...
Как будто мы бегаем у самого берега моря страсти вместо того, чтобы зайти вглубь.
Я хочу, чтобы Неро сошел с ума.
А он дразнит меня, мерзавец.
Отрываюсь от его сладких темных губ, хотя это безумно трудно, и шепчу:
— Отпусти меня... Если ты просто играешь — лучше отпусти.
— Нет...
Но руки он расслабляет, а мне это и надо: я дергаю верхнее одеяние Неро, пытаясь его снять.
Тяну его вверх, не разрывая поцелуя.
Мне все сложнее сосредоточиться — теперь поцелуй настоящий — уверенный, глубокий и невероятно нежный, такой, что душа замирает и поет...
Мы как будто раскачиваемся с Неро на штормовых волнах.
Вверх, когда кажется, что все просто игра, и ее можно остановить в любой момент.
И вниз: мы умрем, но не отпустим друг друга, так и будем целоваться, как одержимые.
Вцепившись друг в друга, сплетаясь языками и гладя все, что попадает под руку.
Я совсем пьяная от поцелуев.
Не могу остановиться.
Неро помогает мне снять свой балахон, он летит куда-то в сторону, а меня уже ведет не только от ласки, но и от того, насколько Неро красивый.
И цвет его кожи, и длинные густые ресницы, и рельефные мускулы под гладкой кожей...
Балахон ничего не скрывает, я скольжу по его крепкому горячему телу ладонями, стараясь не задеть его ногтями.
Все мое и все для меня.
Пусть только сегодня и сейчас.
Это какое-то безумие.
В тот момент, когда язык Неро снова встречается с моим, я не выдерживаю силы ощущения и кончаю.
Как в пропасть срываюсь.
И, клянусь, не специально — моя ладонь будто соскальзывает сама — провожу кровавую борозду по смуглой коже.
— Сучка... Доигралась, — Неро выдыхает мне в губы.
А следом рвет мое платье на две половины. От ворота до самого подола.
Я невольно сжимаюсь — это... слишком.