Третья жена хозяина песков (СИ)

Какое-то движение за моей спиной заставило меня обернуться. Культистов было вдвое больше, чем показалось на первый взгляд. Они плотным кольцом окружали портальную арку.
Все, что я успела увидеть, прежде чем на нас упала целая завеса заклятий — это огромную залу позади, в центре которой стоял залитый бурой жижей алтарь. Ох, нет…
Очнулась я уже в клетке. Голова раскалывалась, подташнивало. Но никаких других повреждений, похоже, не было. Я попыталась сесть.
И не смогла.
Клетка была крошечной — еще меньше, чем у тех торговцев. В ней невозможно было стоять, да и сидеть тоже не очень удобно — металлические прутья составляли ровный куб около метра или чуть побольше с каждой стороны. Конура какая-то. Еще и воняет очень похоже.
Те прутья, что образовывали пол, не позволяли нормально сидеть. Единственной приемлемой позой было устроиться на коленях, склонив голову. Потому что голова все равно упиралась в верхние прутья, которые не позволяли выпрямиться.
— И как тебе нравится клетка покорности, лапушка? — поинтересовался неприятный голос.
Я подняла взгляд. Ташиар стоял напротив и смотрел на меня с явным интересом. Примерно как энтомолог рассматривает экзотическую бабочку, прежде чем насадить ее на толстую иглу и навечно сохранить в своей коллекции.
— Да пошел бы ты, — только и нашлась я.
— Только вместе с тобой, лапушка, только вместе с тобой.
Казалось, он собрался протянуть руку сквозь прутья и потрепать меня по волосам, как глупую собачку. Но осекся, увидев выражение моего лица.
— Где мой ребенок?
Ташиар улыбнулся. Так нежно и почти ласково, что у меня едва не свело скулы от приторности.
— Не волнуйся, лапушка, у нас с тобой будет много-много деток. А никому не нужного ублюдка ты забудешь.
— Ублюдок здесь только ты.
— Ничего-ничего, лапушка. Посидишь тут… хм… некоторое время. А там станешь ласковая и нежная. На моей памяти никто больше трех суток в клетке не выдерживал.
Это мы еще посмотрим. Я тут так долго оставаться не желаю.
Отвернувшись, я уставилась на ряд таких же клеток. Но они были пусты. И нигде не было видно Актаура.
Да уж, ситуация — хуже некуда. Хотя раньше мне казалось, что остаться у дивов — хуже всего. Но, как выяснилось, бездны ада могут раскрыться еще глубже и снизу обязательно постучат.
— Ты пока отдохни, лапушка. Скоро тебе придется немало потрудиться на благо Черных песков…
— И что мне с того? — пробурчала я. — У вас такой колоссальный недостаток женщин, что на любую чужачку бросаетесь?
Ташиар аж поперхнулся от сдерживаемого смешка.
— Где только Актаур тебя откопал, такую дурочку? Женщина, способная рожать магов — причем почти с гарантией! — это очень большая ценность. А ты уже одного принесла, и сильного. А если первенец маг, остальные дети тоже, как правило, получаются магами.
— Остальные дети? И девочки тоже?
— Да кто ж девок считает? Они нужны только новых магов рожать!
Мда, кажется, они тут все повернутые на размножении психи. У Раузан и Дахара своих не получалось, решили воспользоваться услугами суррогатной матери, как уж это понимали. У Актаура тоже с детьми проблема, как я поняла. И этот культист туда же!
А отдуваться мне?
Дорогу я им кажется уже объясняла. Придется показывать на пальцах? Значит так, загибаем все, кроме того, что посередине, и смотрим на получившуюся конструкцию. Вот именно это я и думаю обо всем происходящем.
И если уж придется тут обживаться, то Актаур еще не самый плохой вариант. Он, по крайней мере соображает, что можно, а чего — не стоит. И красивый, да. И целуется неплохо… И красивый. Черт, я повторяюсь.
Ташиар заметил, что я явно задумалась о чем-то приятном, и скривился.
— Не скучай, лапушка. Будешь плохо себя вести, из клетки не выпущу, благо сделать тебе ребенка можно и прямо так.
Вот скотина. Зря надеется, я скорее себе вены перегрызу, чем позволю ему хоть что-то.
Наконец он ушел.
А я принялась осматриваться.
Клетка, слава местным богам, если они есть, была обычной. В отличие от дива Жарана, Ташиар, похоже, не понял, что я могу пользоваться магией. Пусть и заемной, от ребенка.
 
Ох. Да, ребенок. Я прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на ощущениях. А они были довольно спокойными — похоже, малыша оставили в покое и, может быть, даже покормили. Направление к нему тоже определялось легко, он был совсем недалеко.
— Сейчас мама придумает, как выбраться, — мысленно обратилась я к малышу.
Ответное ощущение радости накрыло теплой волной. Похоже, и малыш почувствовал меня. Я обняла себя за плечи, пытаясь собраться с мыслями. Платье на мне еще было, но культист почему-то оторвали рукава — и руки до локтей были теперь открыты.
Вот черт, шпилька! Она же лежала в рукаве! Они отобрали у меня единственное оружие!
Вздохнув, я потерла ладонями запястья. И моя шпилька скользнула в руку, появившись из воздуха.
Еще через пару минут я, отчаянно матерясь по-русски, ковыряла легендарным артефактом в замке, словно так и надо. Замок сопротивлялся минут пять, но все же покорно щелкнул и открылся.
Осторожно открыв дверцу, я выскользнула наружу.
Так. И куда теперь идти? К ребенку или искать Актаура?
Решаясь, я замерла в проходе между клетками.
  
Глава 39
 
Пленниц тут то ли уже не держали, то ли еще. Все клетки, кроме моей, были пустыми.
Моя теперь тоже.
Надеюсь, прошло не слишком много времени и культисты не собираются проводить свое поклонение Черной Луне в ближайшее время.
Картой всего этого комплекса помещений меня никто, разумеется, не снабдил. Да и на стенах планы эвакуации не висели. Это они зря, противопожарные пути должны быть даже из такого крысиного лабиринта, как этот.
Из комнаты с клетками было два выхода, в один ушел Ташиар, во второй сунулась я. Почему? Потому что внутренний компас на ребенка указывал как раз туда.
По-хорошему, мне надо найти Актаура — двое взрослых наверняка наведут гораздо больше шороху, чем один. Но с другой стороны, найдя ребенка я опять получу доступ к магии, да и ускользнуть наверняка будет н так трудно.
Было бы еще куда.
В соседней комнате оказался склад. Штаны, мантии и робы, какие-то куртки и платки — все это черно-красное барахло лежало, разложенное аккуратными стопками. Не перебирая, натянула первые попавшиеся шмотки из тех, что попроще и пострашнее. Волосы затянула платком-банданой, опустив ее на лоб почти до бровей. С одной из полок нагребла пыли — и мазнула по лицу. И очень вовремя.
— Эй, ты! — окликнул заглянувший в комнату человек.
— Да, господин? — я опустила голову, чтобы не светить лицом, и повернулась на окрик.
— Живо бери вот ту стопку и тащи в казармы! Через два часа начало, а жертвы еще не готовы.
Я метнулась к указанной кипе серых роб, подхватила ее и пошла к выходу.
— Да не туда, кретин! — культист махнул рукой к другой двери, — Тащи к казарме! Ты что, вчера родился?!
Я развернулась и понесла куда указали. За следующей дверью была похожая на комнату с клетками казарма. Только клетки тут были побольше — и в каждой сидели люди. Ко мне присоединился еще один культист, одетый в похожие на мои тряпки.
— Ты! Тащись сюда! — махнул он мне рукой.
И пошел вдоль ряда клеток. Дойдя до крайней в ряду, он коротко поклонился стоявшим там культистам более высокого ранга и встал рядом. Я повторила за ним.
Старшие культисты принялись споро выводить людей из камер, мой помощник — хватать у меня серые накидки и надевать их на заторможенных и забитых людей. Похоже, это будущие жертвы.
 
Подготовка к “празднику” в самом разгаре.
Стопка у меня в руках ожидаемо быстро кончилась, но к тому моменту я уже успела заприметить проход от склада барахла к еще двум выходам. В один из них уводили будущих жертв, а вот другой охраняли пара крупных культистов в балахонах магов.