Столичный доктор. Том V (СИ)
Яковлев — мужик молодой еще, сорока, наверное, нет. Худощавый, я бы даже сказал, несколько истощенный. Чисто выбрит, одет в свежее — не забывают, ухаживают. Я попросился помыть руки, и за мной пошла не служанка, а супруга. Софья Петровна. Молодая еще женщина, но с уставшим лицом и заплаканными глазами.
Я попросил рассказать с чего все началось и каковы симптомы. Раз уж на жене явно уход лежит. С ее слов, болеет Евгений Александрович давно. Ничего выраженного — небольшая лихорадка, слабость, высыпания на коже не очень выдающиеся. Но слег — и не встает. И никаких гипотез, из-за чего это, никто не высказывает. А смотрели разные специалисты, лечение назначали, но эффекта это не оказало.
Мне, может, и показалось, но Софья Петровна веру в отечественную медицину уже утратила. Поэтому, наверное, ладаном у них в квартире пахло крепче обычного.
Сам по себе пациент тоже ничего выдающегося в плане осмотра не показал. Астеничный, бледный, светобоязнь легкая, тошнит, аппетит пропал. Жалобы на слабость и головную боль, покашливание. Ну есть в области лица сыпь уртикарная, но это уже так, лишь бы найти чего. Кто ж от крапивницы сляжет и умирать соберется? В легких чисто, тоны сердца глуховаты, так это и понятно, при интоксикации такое часто случается. Самая крупная находка — печень увеличена, но всего на два пальца, плотная. Хорошо, гепатит приплюсуем. Наверное, и конъюнктивит слабенький отсюда. И самую малость тонус сгибателей повышен. Не держит карандаш подбородком. Извините, но меня положи и вставать не давай, тоже затылок деревянным станет. Не нашел я ни одной причины, от чего здоровый мужчина, довольно молодой и крепкий, слег бы. Ах, забыл, еще парочка лимфоузлов увеличенных, с крупную горошину, подчелюстных. По сумме доказательств клиент, если бы на ногах был, в нашей районной поликлинике хрена с два больничный бы получил. Кучу направлений на анализы — это запросто, а вот листок временной нетрудоспособности — под большим вопросом. Я бы тоже с удовольствием назначил кучу исследований, включая иммуноглобулины и ПЦР на десяток ходовых инфекций, да только тут и словей таких никто не знает.
— А было что-нибудь странное перед болезнью? Ну вот не прямо в тот же день, может, неделей ранее? После чего возникло это?
— Ничего, — взгруснул Евгений Александрович. — На пикник ездили всей семьей, с моей занятостью это редко случается. Вот и все странности.
Неврология? Смотрел его и такой спец, не обнаружил ничего выдающегося.
— Вы не переживайте, нет такого недуга, который бы не победила современная медицина.
Чтобы поддержать настроение болящего, рассказал анекдот про врача, осматривающего пациента. «Курите? Нет, астма. Может, пьете? Исключено, давление. С дамами лишнего позволяете? Да какое там… Возраст! Ну а жареное любите? Желудок! Да что вы за человек такой⁈ Даже запретить нечего!».
Все посмеялись, атмосфера в квартире сразу стала сильно лучше. Я измерил температуру у тезки. Ну чуть-чуть повышенная.
— Скорее всего, затяжная инфлюэнца, — выдал я свой диагноз. —. Побольше жидкости, свежие фрукты и овощи, комнату проветривать… Хотя тут у вас наоборот, закрывать поплотнее. Не знаю, может, на дачу вывезти, чтобы свежим воздухом подышал.
Собрался и поехал. Не мой больной. Меня вообще бесит вынужденная универсальность врачей сейчас. И швец, и жнец… Надо хорошо разбираться в одном чем-то, а то вся медицина, блин, сплошь врачи общей практики — я этого на Арбате полной ложкой хлебнул.
Но почему такое чувство, будто пропущено что-то? Может, из-за печени что-то? Безжелтушный гепатит такой мощный? Или там опухоль сидит и интоксикация из-за этого? Но тогда спасения нет, рак печени сейчас и вправду только молитвами лечить… Какая нафиг трансплантация? Не смешно даже.
— Ах чтоб тебя! — крикнул извозчик и прихлопнул на шее какое-то насекомое. — Напасть прямо какая-то! Спасу нет от этой заразы!
Точно! Пикник!
— Поехали назад, — повернулся я Джевецкому. — Кажется, я кое-что упустил.
— Разворачивайся, — велел Степан Карлович. — Назад, на Большую Спасскую.
— Да куда, барин? — начал протестовать извозчик. — Вон сколько отъехали! До Межевой! Почитай, Финляндский вокзал виден! Кобылка еле ноги переставляет, я уж хотел после вас в стойло ставить, замучилась, бедная…
Как по мне, до вокзала далековато еще, но я вытащил из кармана полтинник и дал таксеру.
— Держи, только помолчи!
Странным образом это придало бодрости и лошади. Надо же, бессловесная скотина, а в деньгах разбирается! До чугунолитейного завода домчали очень резво.
Софья Павловна такому скорому повторному визиту если и удивилась, то виду не подала. Я не стал тратить время на политесы и сразу последовал в спальню.
— Позвольте, Евгений Александрович, я еще раз кожу посмотрю. Будьте добры, кальсоны снимите.
Вот оно что покоя не давало! Ну да, я поначалу подумал, просто гиперемия, что-то твердое под бедро попало. Но ни фига, не отлежал.
— А не заметили, вот это покраснение круглое, оно всё время тут было?
— Знаете, нет, — подумав, ответила Софья Петровна. — Оно вроде раньше ближе к коленке находилось, и меньше размерами было, чуть больше пятака. А сейчас в другом месте, и больше стало…
— А на пикник когда ездили, клещ не кусал? — спросил я Яковлева.
— Было. Помнишь, Соня, мы его керосином травили, чтобы отпал?
Интересно, а когда описали болезнь Лайма? А кто ж ее знает, я даже не в курсе, фамилия это, или географическое что-то. Какие из себя эти боррелии, не в курсе. Лечили беду доксициклином. Ага, сбегайте в аптеку, купите, у них точно продается. На одной полке с цефалоспоринами. Зато у меня есть чудо-лекарство, которое тоже в рекомендациях указывали. Кто сказал, что его великие князья отобрали? Да что это за доктор, у которого в заначке дефициты не лежат? Это же в клятве Гиппократа есть. Как там? А если врачующий не убережет редкое лекарство на случай нужды, то такого надобно изгнать из сообщества и не допускать даже мести тротуары перед больницей, ибо недостоин. А еще отобрать фонендоскоп. Как-то так. Беречь пенициллин до китайской пасхи смысла нет — распадется. Побуду добрым волшебником, тем более, что человек полезный вроде.
— Господин Яковлев, я берусь за ваше лечение. Думаю, это займет примерно неделю. О результатах можно будет судить уже через пару дней.
— Вы выпишите рецепт? Какие лекарства надо купить? — подобралась Софья Павловна. Ага, и надежда в глазах появилась.
— Необходимый препарат есть у меня дома. Евгения Яковлевича надо перевезти на Моховую, дом семь. Там, где больница для лечения сифилиса, знаете?
— Хотите сказать, у меня… — начал возмущаться Яковлев…
— Нет, это не люэс. У вас болезнь, которая вызывается укусом клеща. Лечить я вас буду, как и сказал, у меня в квартире. Собирайтесь и приезжайте. Встретимся там.
— А долго лечиться? — спросил тезка, тяжело вздыхая. На что я ему рассказал еще один анекдот:
— Идет обход в больнице. Заведующий спрашивает лечащего доктора: «Каково состояние больного?». Тот на ухо отвечает шепотом: «Десять миллионов рублей!». Заведующий больному: «Тяжелый случай, приготовьтесь к долгому лечению».
Вопреки ожиданиям анекдот смеха не вызвал. Вся семья Яковлевых явно напряглась, а в глазах супруги даже появился испуг:
— Ваше сиятельство, Евгений Александрович! У нас сейчас очень тяжелая ситуация. Родственники перехватили управление на заводе, счета в банке арестованы. Войдите в положение!
Это она про деньги, что ли⁈
— Софья, прекрати!
Яковлев даже привстал на кровати:
— Деньги на лечение мы найдем, ваше сиятельство, не сомневайтесь! В конце концов, займу в банке
— Вы меня не поняли, — покачал головой я. — Извините, за неуместную шутку. Все лечение бесплатно, не возьму с вас ни рубля. А еще помогу насчет завода — поговорю с Великим князем Сергеем Александровичем. Пришлют вам проверку из министерства, разобраться, что за безобразия творятся.
Супруга бросилась целовать руки, пришлось срочно ретироваться.