Столичный доктор. Том V (СИ)
— Но вы меня совсем не знаете, вдруг я не так хорош, как кажется, — улыбнулся я.
— Зато я знаю Николая Авксентьевича Манассеина. А он говорит, что каждый день, им прожитый — только благодаря вашей операции.
— Не я один ее делал.
— Не стоит преуменьшать свои заслуги. Но думаю, вы пришли насчет особняка Барятинских?
— Да, хотелось бы увидеть документы. Ну и сам дом осмотреть.
— Подождите немного, сейчас найдем вам помощника.
И правда, минут через десять мы уже ехали в экипаже с чрезвычайно деловым, хоть и довольно молодым чиновником, Виктором Павловичем Старицким. Коллежским асессором по министерству двора Я подумал, что лучшего источника информации мне не найти, и спросил почти напрямую:
— Вы с бароном служите рядом, не подскажете, как бы я мог отблагодарить его за хлопоты?
— Да вы что, — немного испуганно ответил мой спутник. — И не думайте-с! Его превосходительство никаких подношений не берет! Об этом строго указано всем!
— Но есть у него увлечения? Не знаю, может, марки собирает или монеты?
— Автомобили-с! Стоит рядом с ним заговорить о самодвижущих повозках — все, закончилось совещание! Всех производителей знает, победителей гонок, особенности каждой модели!
Ну что же, можно и так. Бенц Вело, самая козырная модель сейчас. Целых три скорости! И всего две тысячи марок. Как сказал сам Фредерикс — хорошему человеку приятное сделать всегда в радость. Заодно и себе куплю один из первых Мерсов. Хватит уже кормить извозчиков.
Глава 7
НИЖНIЙ-НОВГОРОДЪ. Открылся всероссiйскiй съѣздъ приказчиковъ и сидѣльцевъ.
ЛОНДОНЪ. Англiйскiя газеты дѣлаютъ видъ, будто вѣрятъ въ то, что взгляды русской печати на англо-русскiя отношенiя совершенно измѣнились. Одно, будто бы, «Новое Время» упорно остается непримиримымъ, но надѣются, что и оно скоро измѣнитъ свое недружелюбное отношенiе къ Англiи. Совершившуюся будто бы перемѣну приписываютъ ловкости и силѣ убеждѣнiя маркиза Солисбюри.
«Standart» полагаетъ, что разногласiя между Россiей и Англiей умышленно преувеличивались германской прессой и обвиняетъ германскую дипломатiю въ томъ, что она старалась обезпечить миръ Германiи ссоря между собой другiя державы. Нарождающееся между Россiей и Великобританiей сближенiе вызоветъ удовольствiе вездѣ, за исключенiемъ Берлина и Фридрихсруэ. Либеральная печать ратуетъ за соглашенiе между Англiей, Россiей, Францiей и Италiей.
Вся пресса обсуждаетъ вопросъ: какъ пробудить въ Россiи довѣрiе къ Англiи? «Daily News» совѣтуетъ прежде всего уничтожить кипрскую конвенцiю. По извѣстiямъ «Times» о томъ, что хедивъ виделся въ Парижѣ съ министромъ иностранныхъ дѣлъ Ганото и сообщилъ ему проектъ возстановленiя независимости Египта — сильно волнуетъ британскiе политическiе кружки и усиливаетъ желанiе добиться соглашенiя съ Россiей.
Да уж, хорошо, что я не поехал на смотрины самостоятельно, первое впечатление получилось бы совсем не таким ярким. Здание даже с фасада выглядело отлично. Нарядненько так, выкрашенное в охристо-белый цвет, веселый и жизнерадостный. Неплохо бы подновить колер, но вовсе не критично. Я зачем-то пересчитал окна. Двадцать одна штука. Два трехэтажных флигеля по бокам, скорее всего, были достроены позже центрального двухэтажного фрагмента.
Через въезд для карет зарулили во двор и Старицкий, спрыгнув на землю, торжественно произнес:
— Соблаговолите приступить к осмотру, ваше сиятельство! Дворовые постройки, как то: каретный сарай, конюшня, флигели гостевой и для прислуги с кухней, садовый домик, беседки, предлагаю осмотреть позже. Давайте начнем с самого главного здания.
Холл на первом этаже, мягко говоря, поражал. В приятном смысле, но уже тут я задумался, что мое утверждение о достаточном количестве прислуги, приехавшей со мной из Тамбова, было весьма скоропалительным. Дворецкий, пяток лакеев, столько же горничных, кухарка с помощником, конюх, дворник, и еще какие-то специалисты, которых тоже надо привлекать. А то мрамор этот протирать — точно отдельный человек нужен. Шутка про авианосец перестала быть смешной. А еще электричество, водопровод, мебель, библиотека… Боюсь, придется мощно выпотрошить банковский счет, если я хочу быстро привести этот дом в порядок до свадьбы.
Мой спутник рассказывал о годах постройки и прежних жителях, поминал Лермонтова, бывавшего в гостях, княжну Мещерскую, о которой было сказано только «ну вы понимаете, такая любовь», причем без упоминания конфидента. Конечно, история про то, как папа нынешнего императора хотел сотворить мезальянс и послать всех лесом, публичной огласке не подлежит, хотя все про нее знают, причем в самых интимных подробностях, будто свидетели со свечами в руках присутствовали постоянно.
Как я и думал, боковые крылья дворца были пристроены позже, причем не одновременно. И даже архитекторы разные в этом участвовали.
Пока мы поднимались по огромной мраморной лестнице, одни перила от которой при продаже были способны накормить население небольшой волости в голодный год, я услышал душещипательную и кровавую историю про убийство прямо у парадного крыльца некоего Апрелева. Причина проста как пятак — обещал жениться, прижил двоих детей, а потом передумал. Порешил негодяя брат несостоявшейся невесты, причем в день свадьбы.
— Привидения не осталось? — спросил я.
— Не замечали-с, — совершенно серьезно ответил Старицкий. — А почему интересуетесь?
— Так у англичан замок с привидениями ценится выше. Некоторые обедневшие дворяне для поддержки легенды перед приездом покупателей нанимают специальных людей, чтобы ночью позвенели цепями в подвале, а заодно выли и стонали по углам.
— Вот это да! — Виктор Павлович даже остановился в изумлении. — Чего только люди не придумают! Так вот, гости, поднимаясь по лестнице, попадают на второй этаж, где могут остановиться у зеркала и привести себя в порядок.
Уж я не знаю, сколько это чудо мыть придется. Перед ним взвод солдат одновременно может марафет наводить.
— А посмотрите на люстру! Произведение искусства!
Действительно, огромная позолоченная люстра впечатляла.
— Флорентийской ковки.
— Серьезно?
— Именно так! Везли из Италии.
— Так, тут у нас столовая? А слева что?
— Это предцерковная, а за ней, соответственно, домовая церковь Марии Магдалины, — приоткрыл дверь Старицкий. — С редкими иконами! Можно позже осмотреть. Прямо — дубовая гостиная. Прошу, — и он открыл еще одну дверь.
Это вот может принадлежать мне, стоит только захотеть? Да не в каждом музее такое увидишь! Тончайшая резьба, идеальная поверхность панелей, на паркет хотелось просто лечь и не вставать.
— Красота, — только и смог произнести я.
— Да, обратите внимание, ваша сиятельство, на цветочный орнамент. В солнечный день выглядит это еще лучше. Здесь, можно сказать, центр анфилады. Слева у нас музыкальная гостиная, кабинет, спальня с туалетной комнатой, — Старицкий уходил вдаль, распахивая дверь за дверью.
— А справа?
— Сейчас, я вернусь и всё покажу! Вот, — открыл он вход, — парадная столовая, а за ней — гордость особняка, театральный зал.
Тут зеркал было еще больше. Короче, дофигища. Наверное, у меня случился сенсорный передоз, потому что библиотеку, дубовую столовую, еще жилые комнаты второго этажа воспринимал уже с трудом. И когда мы вроде закончили в саду, в той самой беседке, которую приметил сразу после приезда, я смог сказать только одно:
— Беру.
— Но мы еще не всё посмотрели! А дворовые постройки? Здесь великолепный флигель! В нем можно по примеру князя Барятинского организовать себе кабинет или бильярдную, чтобы никто не мешал. Знаете, вдруг прием, или бал, гости, шумно, а вам надо срочно уединиться. Позвольте продемонстрировать!
Энтузиазм этого молодого человека просто поражал. Мало того, что он владел поистине энциклопедическими знаниями об объекте, так еще и демонстрировал, в отличие от продавцов недвижимости, и плюсы, и минусы. На подгнившую балку в конюшне именно он показал.