Первая Душа Потаенного леса, или Сказка для больших девочек (СИ)

— К сведению его величества, суккуб — это низший демон, — ровно произнесла она, лицо стало маской, глаза окатили его сапфировой пустотой. — Это плод насилия высшего демона над человеческой женщиной в ходе очередного Вторжения. Появляясь на свет, маленькое чудовище разрывает родительницу в клочья и пожирает ее. До двадцати лет монстр жутко уродлив и похож на своего отца, и, если до этого времени не успевает быть уничтожен, превращается в соблазнительную красавицу, хотя суть внутри имеет прежнюю. Питается силой мужской любви, стараясь найти донора побогаче и познатнее. Места охоты демонице приходится менять раз в десять лет, поскольку она не стареет, и это становится подозрительно окружающим. Твоей мучительнице, по крайней мере, две тысячи лет, столько прошло со времени предыдущего Вторжения. Но самое мерзкое то, что ты способствовал появлению ее выводка.
Король недоверчиво прищурился.
— Ты говоришь сейчас о моих дочерях, — холодно напомнил он.
— Я говорю сейчас о кровососущих тварях! — ледяным тоном отчеканила дриада.
Шандор задохнулся.
— Что?!
Лесная нимфа сверкнула агатово-черными глазами.
— Ты когда-нибудь слышал о вампирах?! — ехидно осведомилась она, и после его кивка, продолжила. — Так вот, эту расу никто не создавал. Они появились сами, как результат соития суккуба и человека, обворожительно прекрасные, владеющие техникой гипноза, но в отличие от родительницы, питающиеся не эмоциями, а живой кровью. И пока мать не научит свое отродье охотиться самостоятельно, они пьют биологического отца. Поройся в памяти, папочка, никаких воспоминаний?! — слова ее были полны яда.
Король отшатнулся.
— Крина и Лала — вампирши?! — выдохнул он.
— Вампирессы, — бесцветным голосом поправила дриада.
Шандор был оглушен.
— Но почему об этих монстрах ничего неизвестно?! Только слухи да бабкины сказки.
Верховная надменно поморщилась.
— Да потому, что историю пишут мужчины. А выживших, кроме тебя, я не встречала.
— И ты можешь предоставить мне доказательства?! — хрипло спросил король, хотя память услужливо подбрасывала ему одно воспоминание за другим.
Бирюзовые глаза переливались морской волной.
— Я покажу тебе, завтра, — пообещала она. — А теперь попробуй ходить сам, уж коль скоро пытался делать это без моей помощи.
Она встала и направилась к двери, огибая комнату по длинной дуге. Королю показалось, что она едва удержалась, чтобы не приподнять подол, лишь бы не коснуться его тени.
Весь оставшийся день Шандор бродил по комнате, держась за стену. От лежанки до двери, потом до окна, снова к лежанке. И думал, думал, думал.
  
Глава 7. Дана
 
Золотоволосый красавец стоит у стола, затягивая веревки на рюкзаке.
— Сорин, ты опять уходишь, — дриада грустно вздыхает. — Я боюсь за тебя.
Муж успокаивающе обнимает ее.
— Дануся, все будет в порядке. Выслежу, уничтожу, и я весь твой, — жарко шепчет он ей на ушко.
— Заманчиво звучит, — сладко вздыхает Верховная, заглядывая в его голубые глаза. — А вдруг она соблазнит тебя?!
Сорин качает головой.
— Ничего у нее не выйдет. Мое сердце принадлежит только тебе. А ее демоническое обаяние на меня не подействует, ты же знаешь, — он целует ее в нос, щекоча усами…
Дана проснулась. Вот, казалось бы, только что он был рядом. Живой, сильный, веселый. Эта ноющая боль никогда не уйдет. Она лежала, чувствуя, как горячие слезы стекают по вискам. Только бы не всхлипнуть, иначе может проснуться этот горе-король в соседней комнате. Вот ведь дурак какой, повелся на суккуба. А с другой стороны, что, у него был выбор?! Если ядовитая змея решила свить себе гнездо, чтобы отложить яйца, кто сможет ей помешать?! Этот Гроссеу немыслимо долго продержался, да и уйти смог. Это достойно уважения. Не все мозги сперма затопила. Может, как-то помягче с ним?! Вон, как вчера расстроился. Явно ведь не знал, какую гадюку на груди пригрел. И ходил весь день, как заведенный. Переживал.
  
Глава 8. Шандор
  
Глаза открылись и бездумно уставились в потолок. Мозг явно пребывал в шоке от обилия вчерашней информации. Итак, он, король Гроссеты Шандор Гроссеу, умудрился сочетаться законным браком с порождением тьмы. Теперь понятно ее желание провести обряд на центральной площади столицы. Это не для того, чтобы подданные смогли насладиться счастьем своего сюзерена, нет, это чтобы в храм не войти. Все очевидно, теперь. И эти страстные, иступленные ночи, после которых он забывался тяжелым беспокойным сном. А наутро голова раскалывалась, как с похмелья, хотя накануне не пил ни капли. А рождение девочек, которых она позволила показать ему только на седьмые сутки. И у обеих малышек оказался полный набор белоснежных зубов, так поразивших его. А заботливая мать объяснила, что такое редко, но случается. А потом провалы памяти и непонятные шрамы на локтевых сгибах, то появляющиеся, то исчезающие. Сейчас все это предстало перед ним в истинном свете. Он, потомок славного княжеского рода Гроссеу, преемник своего отца, не оправдал его надежд. Связал свою судьбу с чудовищем и породил новых. Что же делать?!
Дана вошла, как всегда беззвучно. Вот, только что комната была пустой и унылой, несмотря на солнечный свет, и вдруг озарилась, заиграла новыми красками.
— Здравствуй, Душа Леса, — печально усмехнулся король.
— Поправляйся, Гроссеу, — не осталась в долгу дриада.
Шандор подтянулся на руках и сел, опираясь спиной на стену.
— Я не знаю, что мне делать, Хранительница, — пряча глаза, признался он. — Несмотря на свой юный вид, ты прожила немало лет и достаточно мудра… — он не закончил, услышав ехидное фырканье.
Дана уже сидела в своем любимом кресле, сложив руки на груди.
— То есть ты хочешь сказать, что я древняя старуха, которой заняться больше нечем, кроме как молодежь поучать, — усмехнулась она, сверкнув цитриновой искрой переменчивых глаз.
Король растерялся.
— Я не это хотел сказать, — попытался он исправить оплошность.
— Да будет тебе известно, смертный, что мудрость у нас не зависит от возраста. И по нашим меркам, я не старше тебя. Тебе ведь тридцать шесть, если я не ошибаюсь?! — осведомилась она.
Шандор удивленно пялился на непривычно добродушную красавицу.
— Учитывая десятилетний сон, да, — подтвердил он. — Так, ты поможешь мне?!
Дана обреченно вздохнула
— А в чем ты просишь помощи?! В восстановлении на престоле?! Или в уничтожении суккуба и вампиресс?
Король нервно сглотнул.
— Но они совсем еще дети, — заикнулся он.
— Им по шестнадцать лет, и они злобные кровожадные твари, — сурово отрезала дриада, глаза ее полыхнули рубином. — Ты полностью исцелен. Я по капле выводила из тебя яд, в который превращалась твоя кровь после столь тесного общения с демоницей. Теперь ты свободен от ее чар. Но стоит вам увидеться, и ты снова побежишь за ней на край света, как покорный ягненок. Так в чем ты просишь помощи? — повторила она вопрос.
Шандор задумался.
— Есть ли способ противостоять ей? — он помолчал. — И уничтожить ее?
Дана пристально рассматривала его, ища что-то в его глазах.
— Есть, — наконец, заявила она. — Но прежде, чем я расскажу тебе о нем, позволь я кое-что покажу.
Она встала и вышла из комнаты. Отсутствовала она недолго.
— Иди сюда, — позвала она, возвратившись и устанавливая на стол большой чан с водой.
Король поспешно встал, кутаясь в простыню. Дана указала ему на свое кресло.
— Садись и смотри, — приказала она.
Дриада провела рукой над поверхностью воды, и жидкость, повинуясь ее жесту, поднялась, образуя вертикальную дрожащую пелену. Муть постепенно спала, изображение разгладилось, и изумленный король увидел двух рыжеволосых девушек, спускающихся по лестнице.
— Крина и Лала, — узнал он дочерей. — Какие взрослые.
— И ненасытнее, — в тон ему добавила дриада.
Меж тем весело болтающие вампирессы спустились в сумрачный коридор.