Первая Душа Потаенного леса, или Сказка для больших девочек (СИ)
Марья Димина
Первая Душа Потаенного леса, или Сказка для больших девочек № 4
Глава 1. Дана
Тишина, покой и отсутствие боли. Что может быть лучше?! Откуда тогда это навязчивое ощущение тревоги?! Будто дребезжит что-то на краю сознания. Подите прочь! Не до вас. Перевернуться бы на другой бок, и сладко потянувшись, снова погрузиться в умиротворяющую негу. Так нет, не получится.
Дана открыла глаза и какое-то время бездумно созерцала знакомый рисунок дубовой коры. Дерево было для нее всем: и душой, и защитой, и смыслом жизни. Дриада не может жить без своего дуба.
Ну, кто там еще?! Что значит «помоги»?! Ах, вот в чем дело! Долг кровной клятвы. И что же могло случиться с одним из Огненных князей?!
Дана задумчиво стояла над лежащим мужчиной. Его длинные ярко-рыжие волосы не оставляли сомнений в его принадлежности к роду Гроссеу. Мужественное благородное лицо было настолько бледным и осунувшимся, что казалось обтянутым тонким пергаментом. Жизнь едва теплилась в человеке, хотя ран на теле не было. Дана открыла сознание и заглянула поглубже. Фу, какая мерзость! Она передернулась от отвращения, поспешно выныривая обратно. Мысленно позвав подкрепление, невольница чести прислонилась к стволу векового дуба.
«Чувство долга — это необходимость делать то, что не хочется, но надо. Иначе с самоуважением можно проститься», — мрачно размышляла дриада, шагая за носилками, которые несли ее подданные. Перспектива стать сиделкой и лекарем при человеке, совсем не радовала ее. Более того, бесила, рождая внутренний протест. Но, что поделать, время платить долги. Дана усмехнулась.
Она шла по Дубовой Роще и с улыбкой умиления кивала деревьям, здороваясь и узнавая каждое. Оказывается, она так соскучилась. Увидев чистоту и порядок в своем давно покинутом жилище, Дана послала мысленную благодарность тем, кто успел позаботиться о ее комфорте.
— Положите сюда, — вздохнула она, показывая на лежанку. — Для начала мне понадобятся белая омела, софота и душица. Очищающее зелье буду готовить. То, что течет в его жилах, кровью назвать нельзя.
Глава 2. Шандор
Сознание постоянно расплывалось, и при каждой попытке сосредоточиться, выдавало ответ болезненным импульсом в висок. Шандор страдальчески поморщился, осторожно сползая с коня. Резких движений он старался не совершать. Это было чревато потерей сознания, как и получилось, когда он стремительно обернулся, чтобы посмотреть: есть ли погоня. Хорошо, что конь привык слушаться его без поводьев, да и обморок продлился считанные секунды. Нет, его никто не преследовал. Кавалькада охотников понеслась другой дорогой. Стало быть, все удалось.
Так, вот ты какой, Потаенный Лес! Будто в сизой дымке. Теперь главное: дойти до первых деревьев. Казалось, вот они, рядом, только к ногам словно приковали каторжные ядра. Шаг, еще один. В глазах темно, неужели вечер?! Дыхания не хватает, будто петля на шее. А если ползти?! Да, значительно легче, и не штормит. Вот и спасительная тень первого дуба. Дотянуться, коснуться рукой шершавой коры.
— Помоги! Помоги мне!
Сознание погасло.
Это был сон. Возбуждающий, пьянящий, страстный, и вместе с тем пугающий, болезненный, тоскливый. И везде была она. Мирела. Ее сладкие губы, бесстыдные руки, горячая влажная кожа. И аромат, дурманящий, сводящий с ума, выжигающий разум. Жаркие объятья, неистовые поцелуи, ласки на грани боли. И покорное ожидание бессилия, дурноты, слабости. Нет, только не это! Помоги! Помоги мне!
Глаза открывались медленно. Многотонные веки совершали свой подъем, героически преодолевая силу всемирного тяготения. Свет. Здравствуй, свет! Не думал, что увидимся. Лучи солнца пробивались сквозь листву, а значит, это лес. Шандор, не поворачивая головы, оглядел помещение. Это заняло немало времени, поскольку глаза двигались тяжело, останавливая взгляд на каждой мелочи. К концу осмотра мозг, наконец, сообразил, что напоминала ему комната. Внутренность крупноячеистой корзины, только очень большой. И пока он пытался осмыслить это открытие, зрение подкинуло очередную информацию. Он был не один.
Девушка сидела в плетеном кресле у окна. Распущенные волосы ее были травянисто-зеленого цвета и, окутывая всю фигуру, лежали прядями даже на полу. Сбоку это смотрелось так, будто лицо выглядывало из шалаша. Взгляд она опустила вниз, на руки, которые быстро двигались, что-то растирая пестиком в ступке, стоящей на коленях. Видимо, почувствовав внимание, незнакомка неторопливо повернула голову и вопрошающе воззарилась на мужчину.
Она была красива, утонченной, неземной красотой. Высокий гладкий лоб, изогнутые луки-брови, ровный тонкий нос, четко очерченные вишневые губы и потрясающие своей необычностью глаза. Миндалевидные, чуть приподнятые в уголках, бездонно-глубокие, цвета благородного опала. И за те несколько минут, пока дриада рассматривала его, все оттенки драгоценного камня чередой промелькнули в ее радужницах. Желтый, оранжевый, красный, коричневый, голубой, зеленый, черный. Это было странно, но на ее лице смотрелось абсолютно гармонично. И в выражении этого лица не было и тени приязни, прекрасная холодная маска смотрела на Шандора.
Он хотел поздороваться, но с удивлением обнаружил, что сил на это уже не осталось. Глаза закрылись сами, и он не увидел, как дриада, обреченно вздохнув, встала и высыпала порошок из ступки в широкий кубок. Потом плеснула в него воды. Провести по ладони серебряным кинжалом было делом пары секунд, и вот уже бурая дымящаяся кровь тонкой струйкой полилась в чашу. Остановив кровотечение, она наклонилась над лежанкой и, придерживая спящего за плечи, начала по глотку вливать в его горло снадобье.
Глаза опять не желали слушаться. Веки нехотя вспоминали привычные движения. Так, опять свет. Значит, снова день. Интересно, это какой по счету. Второй, третий?! В предыдущий раз здесь была дриада. Надо ее поблагодарить за спасение. Как только глаза ее увидят. О, вот и она. Сидит все там же, делает все то же. Повернулась. Почему она так смотрит?! Лицо непроницаемо, зато агатово-черные глаза так и брызжут ненавистью.
Шандор открыл, было, рот, но под суровым взглядом красавицы губы сомкнулись сами. А за ними и глаза. И дриада вновь напоила его зельем.
Он просыпался еще много раз. И все повторялось сначала. Пробуждение, чувство благодарности, тяжелый неприязненный взгляд и долгий безмятежный сон, лишь изредка переходящий в кошмар.
На этот раз глаза открылись почти без усилий. В голове ощутимо просветлело, и, хотя двигать ею было еще страшновато, чувствовал он себя значительно лучше. Его сиделка опять оказалась на месте. Заметив, что он проснулся, девушка поднялась и шагнула к столу, на котором стоял широкий серебряный кубок.
— Здравствуй, Душа леса, — с усилием прошептал Шандор ей в спину.
Дриада недоверчиво покосилась через плечо.
— Поправляйся, Гроссеу, — низким голосом произнесла она, отворачиваясь.
— Ты знаешь: кто я, — не удивился он.
Девушка, не прерывая своего занятия, глухо просветила:
— Потомка Огненных князей сложно не узнать. И потом, только он мог потребовать исполнения долга клятвы на крови.
Брови с трудом, но все же поползли вверх.
— Долга чего? — переспросил Шандор.
Красавица повернулась, держа в руках наполненную чашу, над которой поднимался дымок. Она шагнула к лежанке, и Шандор под ее взглядом ощутил, как тяжелеют веки. Минуты не прошло, как он уже спал.
Глаза распахнулись легко. Полюбовавшись на солнечные лучи, проходящие сквозь просветы между ветвями, Шандор рискнул повернуть голову. Дриада сидела напротив и пристально рассматривала его. Алые глаза сверкали, как благородные гиацинты.
— Здравствуй, Душа Леса, — на этот раз слова дались почти без усилий.
— Поправляйся, Гроссеу, — все так же сурово пожелала красавица, и в ее устах это прозвучало, как приказ.