Требуется секретарь. Интим не предлагать! (СИ)

— Спасибо, Мари! — Илья Сергеевич справился с супом быстрее и с улыбкой смотрит, как я подбираю последние капли кусочком тоста. — Очень вкусно!
Мне почему-то неловко и приятно одновременно, нервно улыбаюсь ему в ответ и забираю поднос, составляя на него тарелки.
— Выпейте лекарство, — киваю на упаковку, которую я положила на тумбочку.
— Хорошо.
Отвожу от шефа глаза, ну прямо пай-мальчик. В голове вдруг нежданно-негаданно всплывает картинка, как Грэй стаскивает с мужчины одеяло, и щёки невольно вспыхивают. Да какой там мальчик…
— Мари, что-то не так? — от Муромцева не укрывается моё смущение.
Мотаю головой и кидаю взгляд на часы. Шеф улавливает это и слегка сдвигает брови.
— Вам нужно идти?
— Что? — смотрю на него и тут же спохватываюсь: — Нет, Илья Сергеевич, что вы! Сегодня ведь выходной!
— Именно поэтому я и спрашиваю, — прямо чувствую, как голос с каждым словом становится прохладнее. — Наверняка у вас были планы, которые я сорвал? — он закашливается.
— Планов не было, — отвечаю твёрдо, глядя мужчине прямо в глаза. — Я ведь знала о ненормированном графике, когда устраивалась к вам на работу.
— Ненормированном… ну да, конечно, работа, — Муромцев мрачнеет и кашляет ещё сильнее.
— Давайте-ка вы выпьете таблетку, а я приготовлю вам раствор для ингаляции, — тревожно смотрю на него. Всё-таки прошло ещё слишком мало времени, первые два-три дня при сильном бронхите всегда тяжёлые.
Мужчина откидывается на подушку и отводит взгляд, а я спешу на кухню. Что такое произошло, ничего не понимаю! Всё же было нормально!
Возвращаюсь, помогаю шефу сделать ингаляцию, спустя некоторое время приношу ему тёплый чай. Надо бы компот что ли сварить из сухофруктов, но такого у Муромцева дома не водится. Начальнику видимо становится хуже, он почти всё время молчит и хмурится.
Днём выхожу с Грэем на прогулку. Дождь, поливавший несколько дней, наконец прекратился, даже солнышко выглянуло, так что я с удовольствием вдыхаю прохладный вкусный воздух. Как же хорошо! Перевожу взгляд на довольного пса и улыбаюсь. Мне совершенно точно нужна собака! Когда я вообще столько гуляла? Правильно — никогда!
Возвращаемся с нагулявшимся Грэем к дому и на лавочке видим местный контингент — две бабульки тоже выползли на солнце погреться. Завидя меня, прекратили животрепещущее обсуждение «ужасной весны, ну вот никогда такой не было — да как никогда, а помните, лет десять назад», и с любопытством смотрят на меня. Вежливо здороваюсь.
— Здравствуй, милая, здравствуй, — отвечают вразнобой.
— А ты кто такая будешь? — спрашивает, по-видимому, наиболее бойкая и бдительная из «бабсовета».
— Я помощница, — отвечаю расплывчато, а то знаю я такие вопросы, потом из сплетен не вылезешь.
— И кому ж ты помогаешь?
— Илье Сергеевичу, — опять коротко и по существу.
— Ах, Илюше! — бабки многозначительно переглядываются.
Ох, лучше бы я молчала. Сейчас меня запишут либо в проститутки, либо в невесты — и плевать, что я с собакой. Быстро прощаюсь и тороплюсь к подъезду. Открывая дверь, вижу, как пожилые женщины склонились друг к другу и уже с упоением о чём-то судачат. Видимо, перетирают кости «Илюше» и мне заодно.
Зайдя в квартиру и приведя в порядок Грэя, прохожу в комнату к начальнику. Кажется, спит — вот только на скулах красные пятна, неужели опять температура? Стараясь двигаться бесшумно, подхожу и аккуратно прикасаюсь рукой ко лбу, но тут же отдёргиваю — он открывает глаза и смотрит на меня.
— Простите… — вот я дура, не надо было…
— Не убирайте, — вдруг просит тихо, — такая прохладная… приятно.
Тихонько присаживаюсь рядом и кладу руку мужчине обратно на лоб. Потом поворачиваю её тыльной стороной. Муромцев лежит с закрытыми глазами, и мне становится его жалко. Каждый, когда болеет, хочет, чтобы ему посочувствовали — неважно, маленький мальчик это или взрослый мужчина.
Следуя за своими мыслями, рассеянно меняю руку, а другой убираю со лба волосы, пропуская их между пальцами — и тут же замечаю изумлённый, даже немного растерянный взгляд. Так, с заботой я, кажется, переборщила!
   
Глава 13
 
Марина
От неловкости ситуации нас спасает внезапно зазвонивший телефон. Я подрываюсь и бегу в коридор — на время прогулки включала звук и забыла выключить.
— Хэй, систер, как ты там? — в трубке голос Алинки.
— Всё нормально… — кидаю взгляд на открытую дверь в спальню и слегка повышаю голос: — …дорогая!
Сестра фыркает в трубку.
— Тебя домой-то ждать?
— Да, наверное, — тру лоб, понимая, что действительно надо забежать домой. Осматриваю себя и соображаю, что я ведь во вчерашней одежде, надо переодеться, да и душ принять было бы неплохо.
— Ладно, я так понимаю, начальство там рядом с тобой, так что не буду тебя мучить вопросами. Я к подруге пойду, вечером вернусь — не переживай, если меня не застанешь.
— Хорошо, я поняла.
Закончив разговор, иду обратно в спальню.
— Илья Сергеевич, я схожу домой — мне надо привести себя в порядок, — сразу перехожу к делу, чего тянуть. — Вам что-нибудь нужно купить или принести?
Шеф смотрит на меня как-то странно.
— Мари, вы живёте вместе с Анной? — спрашивает внезапно.
— Нет, почему? Анна живёт у себя, — морщу лоб, не сразу понимая, о чём он. — А почему вы спрашиваете?
— Просто мне показалось, она недовольна, что вы тут у меня, ну и… — немного неразборчиво произносит и топит остаток фразы в кашле.
— Да почему недовольна, она же… — и тут до меня, наконец, доходит. — А-а, нет-нет, Аня моя подруга, — мне становится смешно, но я старательно сдерживаю улыбку. Он всё никак не может успокоиться на тему моей «ориентации».
Муромцев смотрит на меня вопросительно, но я делаю вид, что не замечаю его надежды на продолжение разговора. Нет уж, сознательно врать и придумывать я не буду! Вот спросит прямо, мол, Мари, кто ваш сексуальный партнёр — чуть не фыркаю, но вовремя останавливаюсь — тогда и буду думать, что ответить. А взгляды к делу, как говорится, не пришьёшь!
— Так я пойду, — произношу утвердительно.
— Конечно.
С сомнением смотрю на мужчину. Да что с ним такое, чего он глаза прячет? Но тут же заставляю себя перестать за него переживать. Не ребёнок ведь, право слово, ничего с ним не случится!
— Но… вы сегодня ещё вернётесь? — спрашивает вдруг.
— Да, надо же с Грэем погулять, — киваю, попутно соображая, что нужно всё-таки купить что-то из еды. Бульона ему надолго не хватит, скоро аппетит вернётся, да и вообще, мужик ведь.
— С Грэем, да… — бормочет себе под нос.
Не обращая внимания на последние слова, снова киваю и выхожу из комнаты. Куплю-ка я мясо и приготовлю котлеты. Если их не жарить, а запечь в духовке с небольшим количеством воды, получится почти на пару — вполне себе здоровое блюдо.
Спустя почти три с лишним часа вваливаюсь к шефу, нагруженная пакетами. Я не смогла вспомнить, видела ли у него на кухне мясорубку, так что сделала фарш у себя дома. Ну и пока приняла душ, пока переоделась и сбегала в магазин — в общем, чувствую себя старой калошей. Хотя не должна бы, в конце концов мне двадцать один, а не пятьдесят один. Но если учесть, что спала я в общей сложности чуть больше четырёх часов, а до этого жутко перенервничала и перенапряглась… в целом неудивительно.
Тихонько заглядываю к Илье Сергеевичу, убеждаюсь, что он спит, и разворачиваю бурную деятельность на кухне. Налепила котлет, засунула их в духовку, сделала картофельное пюре на воде пополам с молоком, чтоб было «подиетичнее», как выражается Аня. Всё-таки купила сухофрукты и сварила компот, короче, состряпала начальнику полноценный ужин.
Компанию мне составляет Грэй, который с любопытством следит за процессом готовки и получает от меня вкусняшки. Я на самом деле люблю время от времени повозиться с приготовлением разных блюд, хотя если бы у меня была большая семья, наверное, всё это мне быстро бы надоело. Но нам вдвоём с Алинкой много не надо, так что пока суечусь на кухне с удовольствием — надеюсь, этот форс-мажор с Муромцевым всё-таки будет исключением из правил, а не превратится в систему.