Грани (СИ)

— Что-то случилось, госпожа?
На меня смотрела женщина средних лет, в зимнем камуфляже. Раньше я её не видела, странно. Хотя вроде бы знала всех если не по именам, то в лицо точно. Оказалось, я уже несколько минут стою на одном месте, глядя куда-то вдаль застывшими глазами.
— Нет, всё в порядке. Я волнуюсь, вот и задумалась.
Она понимающе кивнула и пошла дальше. Солнце скоро взойдёт. Я посмотрела на восток. Верхушка скалы уже отсвечивала тускло-розовым. На башне, той, где вчера полыхал газовый факел, стояли наблюдатели. В окопах, на огневых позициях, среди укрытий из камня — везде были люди. Я даже не подозревала, что у нас такая армия. Мы уже не отряд сталкеров, мы ставка главного командования. А где мой-то?
Его я увидела, когда подошла ближе к стану псоглавцев. Они заканчивали подготовку своих боевых крысищ, а вождь, седой Барахай, что-то обсуждал с Харальдом.
Главный волкодав повёл головой, немного наклоняя её, так у них выражалось уважение. Валера улыбнулся, молча привлёк меня к себе и поцеловал. Барахай еле слышно заурчал, всё не мог привыкнуть, что люди так откровенно выражают свои чувства.
— Скоро начнётся, — Харальд оглянулся на башню. Там около мощного бинокля на треноге склонился Гелахир. — Фрези, ты бы ушла отсюда. Если железноголовые припёрлись не одни, то их могут надоумить на артподготовку. Видели же вчера Эвис и Ахмед технику, которой раньше у них не было.
— Не дождёшься.
Он вздохнул, поправил разгрузку.
— Тогда хотя бы не отходи далеко. Чтобы я тебя видел.
— Как скажешь, — я игриво стрельнула глазами. — Должна же я тебя слушаться.
— И вот так уже сколько лет, представь? — сказал он Барахаю. Тот пожал плечами, мол, всё равно вас, людей, не понять.
Позади коротко хлопнуло и зашипело. Мы разом повернулись к башне. В небе чертила прозрачную дугу красная ракета. Гелахир увидел движение наступающих.
— Ну вот и всё, — странно спокойным голосом сказал Харальд. — Идём.
Внезапно вокруг наступила тишина. Просто разом все замолчали. Среди перелесков вдали показались неровные ряды железноголовых. Моторизованная броня легко переносила своих седоков через поваленные ветрами деревья, сюда доносился мерный металлический топот.
Я поняла, почему так спокоен стал Харальд. Действительно теперь всё предельно ясно. Сегодня решится, кто будет обладать почти всей юго-западной частью Зоны, а значит, и большинство мерностей, связанных с этими секторами. Хотя мы не старались лезть куда-то со своим уставом, но крепко держали восемь секторов и ещё в трёх с нами всерьёз считались. Там закрепилась прославившаяся своим безбашенным рейдом против тёмных альваров Кошка, она же со свойственной женщинам хозяйственностью договорилась с неизвестными пока что нам личностями, отхватившими несколько кусков Зоны по другую сторону её территорий.
Через двадцать минут железноголовые подошли на расстояние уверенного выстрела. Харальд стоял около огневого гнезда, в П-образную загородку из булыжников загнали добытую по случаю у Ганса старую двуствольную самоходную зенитку, которая лупила двухдюймовыми снарядами. Техники у нас было мало, несколько "Ханомагов" с крупнокалиберными пулемётами, десятка два станковых "печенегов" и лёгкие миномёты. Если хотя бы четверть железноголовых прорвётся к укреплениям — нам не продержаться и часа.
— Гелахир, следи за дальними подступами, на сюда не отвлекайся, пока я не скажу, — произнёс в фишку рации Харальд. — Всем — огонь!
Стрелок зенитки поводил прицелом и надавил педаль спуска. Стволы задёргались по очереди, выплёскивая двухметровые языки пламени. Тёмно-алые трассеры вонзились в редкий строй железноголовых. Вся изломанная двухкилометровая линия окопов и укреплений взорвалась огнём и грохотом. Рядом сухо хлопал миномёт. Хвостатые бомбочки зависали в верхней точке дуги, становясь видимыми, и с пронзительным визгом валились на кипящий от разрывов снег. В плотном переплетении металла ходячей брони самих людей почти не было видно, и казалось, что стреляешь по вышедшим из фильмов роботам, но я видела их и вблизи… Люди как люди, только глаза — безжизненные, погасшие.
 
— Ахмед, Эвис, вы готовы? Я сейчас подойду, — Харальд посмотрел на меня. — Фрези, уходи отсюда. Чую, скоро здесь начнётся резня.
— Я не с пустыми руками пришла, — распахнув плащ, я показала автомат, АПС и узкий меч.
Он молча схватил меня за руку и не обращая внимания на попытки освободиться, потащил к укрытию, где расположили лазарет. Здесь властвовала Несса. Сдав меня ей и приказав никуда не отпускать, Харальд сказал, что вернётся через двадцать минут.
Старшая эльфка в неизменном шёлковом платке, какие они стали носить после присоединения к нам, только покачала головой, когда я дёрнулась было к двери.
— Не ходи. Или ты не понимаешь, что этого он себе никогда не простит. Ты нужна ему.
Я посмотрела в слегка раскосые зелёные глаза Нессы. Решила, что ей можно рассказать всё.
— Несса, пока здесь ещё тихо… Ты можешь выслушать меня?
— Ты же знаешь, что да, — одними уголками лепных губ улыбнулась эльфийка.
Я взяла её за руки и снова подняла взгляд. Одним ёмким образом отдала ей всё, что накопилось, все свои страхи и сомнения. Несса широко раскрыла глаза, она точно не ожидала от человеческой женщины такого.
— Если позволишь, Фрези, я отвечу тебе так же. Ты знаешь, что подобный выбор всегда нелегко делать. Ты готова к такому?
— Да. Если… если… я сегодня сразу скажу ему, когда всё закончится, — выпалила я и протянула открытые ладони.
Вид сверху. Харальд.
Ахмед поднял вертолёт над нашими укреплениями одним движением рукоятки. Подвески совсем не чувствовались — мощный двигатель, похоже, их и не заметил. Эвис села на второй ряд, где возле порожка мы прикрепили снятый с найденного брошенного Хаммера крупнокалиберный "Кольт-Браунинг".
— Давай боком, вон через те холмы. Нужно проверить их тылы.
Ахмед кивнул.
— Сделаем.
Вертолёт резво полез в небо. С высоты примерно трёхсот метров было видно, что железноголовые пока не собираются отступать, а от лесов к ним всё подходят резервы. В бой в самом начале вступили от силы шестьсот единиц, а всего их вчера неразлучная парочка насчитала под десять тысяч. Оружие железноголовых с расстоянием заметно теряло поражающую силу, и на пятистах метрах, куда мы забрались, сбить нас было невозможно. Зато если у их невидимого до сих пор союзника есть ракеты, придётся потанцевать
Мы летели над лесом.
— Это вон там, — показала Эвис, — где мы вчера смотрели.
Обширная поляна, возле которой они партизанили вечером, была пуста, но вытоптана людьми и техникой основательно. И с неё не вело ни просеки, ни дороги.
— Ахмед, сделай заход с курса 200.
— Есть.
Пока он разворачивал вертолёт, я включил тепловизоры.
— Нихрена себе маскировочка… — только и сумел выдавить я. Там, где мы видели безлистый лес, медленно ползла колонна техники. Мощные датчики чётко вычерчивали контуры машин на фоне холодного снега. Почти тридцать ракетных и артиллерийских самоходок настойчиво шли к поместью.
— Ахмед, видишь?
Он присвистнул.
— Давай отлетим в сторонку и пониже, вон там будет настоящий лес, обойти его они не смогут. Там головную машину накроем, надеюсь, НУРСы её возьмут. Потом замыкающую. Пока сообразят, ещё две-три успеем сжечь. Эвис, на тебе кто разбегаться будет. Поехали.
Ахмед провалил вертолёт метров до семидесяти и боком заскользил в сторону. Следя за колонной, я подправлял курс.
— Давай.
Ухнув почти до самых верхушек деревьев, Ахмед резко повернул в лоб колонне и с "горки", как только я поймал в прицел первую самоходку, выпустил четыре ракеты.
Три из них влетели точно в кабину, четвёртая пронеслась над самой кормой самоходки и взорвалась под передним мостом следующей машины. Колонна застопорилась. Ахмед завалил вертолёт набок и понёсся вдоль колонны, чтобы запереть её со стороны настоящего леса. Похоже, здесь и не предполагали о возможности зенитного охранения — вслед нам не стреляли. Или оружия, способного попасть в низколетящую скоростную цель, у них не было.