Грани (СИ)

— Здравствуйте, а не подскажете, где здесь 93-й дом? — обратился я с легкой улыбкой.
— Ты что, сынок, такого тут давно уже нет, — прошамкала бабуля беззубой челюстью.
— А где же он?
— Так уж лет пять назад погорел он, хозяева бросили, а потом разобрали его местные и кирпичи продали.
Такая судьба ожидала многие дома, особенно на окраинах.
— Бабуль, а это место не заколдованное? — спросил я с серьезной миной.
— Как есть, сынок, заколдованное. А ты почём знаешь?
— А я экстрасекс. Всё вижу, всё чую, кажется мне, что дело здесь нечистое.
— Как есть нечистое, дом-то говорят иногда появляется. Вон Колька-алкаш из 75-го дома, об него надысь стукнулся головой.
— И где этот Колька? — спросил я, поглаживая подбородок и восхищаясь сам собой.
— Да вон он, во дворе в беседке с мужиками самогонку хлещет.
— Спасибо, бабуль, возьми, — я протянул ей сотню.
— И тебе спасибо, милок, — старушка подхватила купюру, ловко сложила её и спрятала куда-то в недра своей поддергайки. Я же пошел во двор. Там в тени деревьев стояла деревянная беседка, в которой сидело трое сильно подпитых мужиков. Недельная небритость, круги под глазами и заплетающийся язык, все внешние признаки хронического алкоголизма. Мужики были грязные, в усыпанных мелким сором трикешниках и майках а-ля "служил на море я". На столике стояла бутылка с мутноватой жидкостью. Небось самогон местного разлива. Сидит такая баба Клава в своей каморке, пенсия у неё маленькая, но завалялся аппарат, который даже в советские времена не изъяли, гонит потихоньку из всякого мусора, похожего на сахар, и продаёт.
— Ну, мужики, сознавайтесь, кто из вас Колька, — сразу начал я в лоб. Они переглянулись, удивились.
— А ты сам, собственно, кто такой будешь? — спросил тощий, кладя руку на нож, которым они резали хлеб и огурцы. Тоже мне интеллигенты. Нехорошая у него была рожа. Все пальцы в сизых перстнях. Сиделый зэк, одним словом.
— Легавым отомстят родные дети, — сказал я и достал ТТ, — Федеральная Служба Безопасности. Отдел паранормальных явлений.
— Каких явлений? — переспросили они хором, но пистолет заставил их немного успокоиться.
— Ненормальных. Да всё равно вы ни черта не поймёте.
— Ладно, начальник, ну куда нам. Так что ты хотел-то?
— Меня интересует дом номер 93 по этой улице. Он, я знаю, сгорел уже давно, но вот некий Николай его часто видит. Даже стукнулся об него на днях. Что вы скажете по этому поводу?
— Я… это, — зэк занервничал, — это же проклятый дом, там постоянно что-то горело. Само по себе.
— Самовозгорание?
— Ну да. Бывало, зайдешь к Вовке, пьёшь с ним на кухне и тут бам — простыни загорелись! Потушишь, уже полотенце в ванной сгорело. Одним словом, чёртов дом! И пожарные приезжала, и медики, кого только не было.
Про такие случаи я, конечно, слышал. Полтергейст дело редкое, но обыденное. Пиромания сплошная.
— Кто такой Вовка? — спросил я холодно.
— Друг мой, покойный уже, сгорел он ночью — пьяный был в стельку, — заревел дурным голосом Коля. Самогон плескался у него в глазах. Рожа наливалась страшноватым свекольным оттенком, характерным для непрерывного запоя.
— В этом доме?
— А в каком же ещё?
— И это всё? Или рассказывали ещё что-то про этот дом?
Алкоголики побледнели. Николай налил полстакана, выпил одним залпом, закусил хлебом и луком.
— Был один раз страшный случай, — он икнул и продолжил совершенно трезвым голосом, — жуткая история. Рассказал её мне Штырь.
— Это еще кто такой? — спросил я настороженно.
— Да бомж один. Раньше тут всё время торчал, а после того случая уехал в другой город.
— Рассказывай, на водку дам, — я присел на спинку скамейки, убрал пистолет и достал сигарету. Всё очень странно получилось. Дом, который есть, но которого нет. Это надо запомнить.
— В общем это через месяц было после того, как дом погорел. Осень, Штырь там решил переночевать. Всяко в стенах, а не на улице. И зашел он в Вовкину комнату, там у него койка стояла железная ещё сталинских времен, тогда вещи хорошие делали, не то что щас, чихнешь или с бабой горячей ляжешь, так кровать сломать можно. А там хорошая была.
 
— Хватит мне про койки, да про великое прошлое, — прервал я его мечты.
— Так вот, лёг он на койку, лёг, тулупчиком своим прикрылся драным и спать. А посредь ночи услышал непонятное сопение. Открыл глаза и чуть не упал в обморок — Вовчик обожженный, сгоревший как шашлык, ползал по полу, тыкался в кровать и пытался выползти из комнаты.
Мурашки пробежали по коже. Необычная история.
— Так двери же сгорели, наверное? — усомнился я.
— Они-то сгорели, но он в них бился, как будто там стоял барьер, стена. И глаз у него не было. Весь в обугленной корочке. Под утро покойник исчез, а Штырь поседел. После этого он нажрался и сказал, что больше не полезет в этот дом, а потом умотал куда-то.
— Дом разобрали, говоришь?
— Да, через год. Его сначала какая-то фирма хотела выкупить, но вроде бы не получилось.
— Что за фирма? Не "Пирамида"? — мгновенно спросил я.
— А чёрт его знает, — Колян успокоился.
— Ладно, как ты его встретил?
— Да выпил с друзьями немного на той неделе, домой попо… пошел. Иду я значит и вдруг бах головой. Смотрю, дом этот. Стоит как ни в чем не бывало, новенький и чистенький. Я тут же вспомнил, что мне Штырь рассказывал и мигом деру дал.
Всё зашло в тупик. Я кинул мужикам денег, Колян тут же побежал за добавкой. Мне же пришлось уныло закурить ещё одну сигарету и погрузиться в раздумья. Ну дом заколдованный, хорошо. Ну Вовка-покойник. Душа его успокоиться не может, вот и ползает по ночам в своей квартирке. Это всё было, это всё в прошлом. Ну дом появился, чистенький, как будто и не горел вовсе — это уже интереснее. Я был уверен, что дом на самом деле существует, просто появляется по ночам в определенный период времени и всё тут. Вот как туда попасть и стоит ли?
Если этот дом и является зданием фирмы Елены, меня это ничуть не удивит. Слишком уж она загадочная, многое знает. Я вспомнил вчерашний разговор. Если она обладает такими знаниями, то восстановить дом, спрятать его от чужих глаз и устроить выкрутасы со временем ей как не фиг делать. Мы исполняем желания. Для всех. Да нет. Только для тех, кто пройдет этот хитроумный тест. Я считал это вызовом своему интеллекту и был обязан разобраться. Только тут насухую никак, и я решил сходить за пивом. А когда возвращался к появляющемуся дому, то встретил ещё одного знакомого.
— Ого! Какими судьбами? — спросил я, похлопав его по плечу. Харальд, высокий, широкоплечий парень с немного свисающими по сторонам усами и непрекращающейся ехидной улыбочкой. Вид у него был чётко скандинавский, откуда и произошло это имя-прозвище, накрепко заменившее изначального Валеру. О нём я знал немногое, но тем не менее считал своим другом. Появлялся он в городе редко, потому что мог месяцами где-то пропадать. Обычно после этого какое-то время сачковал, берясь при желании за всякую околокомпьютерную шабашку. В общем, встречались мы стабильно несколько раз в пару месяцев. Вместе пили пиво, беседовали на разные темы, особенно часто говорили об оружии. Откуда он обладал знаниями, как закладывать фугасы и прочую пиротехнику, я не знал. Один раз даже в шутку предположил, что командируется он в горячие точки, и большая часть громких бабахов на его счету. В ответ он по обыкновению загадочно улыбнулся и ничего не сказал. Пусть это будет на его совести.
— Здорово. Как какими? Вот приехал недавно, буквально позавчера.
— Опять командировка? — поинтересовался я.
— Ну, конечно, работа она такая.
Я так и хотел его подколоть на счет противотанковых мин, но сдержался.
— Ну а здесь ты какими судьбами? Неужели у тебя есть дела на задворках?
— Объявление встретил интересное, про "Пирамиду желаний". И решил посмотреть что это за место такое.
— А дома нет, — заговорщицки прошептал я.