Грани (СИ)
Он вполоборота посмотрел на меня, никак не отреагировав на аварию и сказал:
— Поедем в "Малахит". Хорошее место. Можно не торопясь разобраться с ситуацией.
Я промолчала, задумавшись. Надвигавшаяся минуту назад машина пробудила тянущую пустоту где-то внутри.
"Малахитом" оказалось небольшое кафе с оригинальным интерьером, копирующим сталинскую эпоху. Валера пробежал взглядом меню, принесённое официанткой в строгой блузе и накрахмаленной "короне", что-то сказал ей, потом посмотрел на меня.
— Что будешь?
— Давай что и себе.
— Ты уверена?
Я хмыкнула, взяла меню в твёрдой кожаной папке, отделанной золотыми виньетками.
— Вот это, это и… это, — подчеркнула я ногтём строчки. Что-то овощное, что-то мясное и что-то из напитков.
— Давай пока начнём разбираться с делами. Минут пятнадцать у нас точно есть.
Как-то он непохож на стереотипных русских. С ходу за дело, вместо того чтобы полчаса позудеть от том о сём?
— Давай.
— Четыре дня назад к Игорю пришла одна женщина. Сказала, что у неё пропала дочь. Подробности есть. За день до того она говорила матери, что поедет на озёра с приятелем. И всё, как в воду канули. И она, и приятель, и машина. Произошло это на отрезке между сороковым и сорок пятым километром дороги на Медный Кряж, среди бела дня. Но, насколько я уже знаю, места безлюдные, как раз для отдыха в тесной компании. Людей там днём с огнём не сыскать. Игорь кое-что проверил по своим каналам, но многого узнать не удалось. Я свела всё, что у нас пока есть. Вот, посмотри.
Валера быстро просмотрел лист — там всего строк тридцать было — что-то маловнятно промычал. И сказал:
— Хреновая у тех озёр слава. Всякие шабаши там раньше любили проводить, всё в таком духе. Как-то нас туда занесло. Чуть без одного товарища не остались. Стоял он перед водопадиком, совершенно трезвый. Высоты там метра четыре, неглубоко и бочаг с камнями. Как раз чтобы убиться, если неудачно шлёпнешься. Мы только заметили, что он кренится вниз, как стоял, еле успели поймать. А он в ступоре. Ну, я ему дал пару раз по щекам, а он говорит, что его как будто и толкало сзади что-то, да ещё и спереди тянуло. Как-то там на горячем не то сатанистов, не то ещё кого-то поймали, до стрельбы дело дошло. И люди пропадали.
— В общем, у той женщины полиция заявление приняла, но сразу сказали, что вероятность очень мала. Игорь выяснил, что местность действительно проверяли, и ничего не нашли.
Валера отвлёкся и взял телефон. Он просто выслушал, что ему говорил звонивший, кивая, завершил этот монолог коротким "понял" и посмотрел на меня.
— Есть зацепка. Главное, ничему не удивляйся, всё принимай как есть и всерьёз, каким бы бредом и невероятью тебе не казалось окружающее. Поехали. Сейчас заедем ко мне домой, потом ещё кое-куда, и рванём на местность группой.
Я пожала плечами.
— Смотри, ты в здешних реалиях лучше меня разбираешься.
— У тебя оружие есть?
Фыркнув, я достала из сумочки свою двадцатизарядную "Беретту" LR-22. Проходившая мимо официантка вздрогнула, но Валера подозвал её, показал какое-то удостоверение, она кивнула и успокоилась, сказав, что сейчас принесёт наш заказ.
— Ты это называешь оружием? Она же под мелкашечный патрон, пулька крошечная, лёгкая. Да ещё и ствол короткий. С пятидесяти метров в ватнике застрянет. Найдём тебе нормальный пистолет. Тридцать второй калибр удержишь?
— У тебя что, оружейный магазин? — спросила я, зная, что в России с этим строго.
— Гораздо круче, — он загадочно ухмыльнулся. — Как только подкрепимся, сама увидишь.
Медный Кряж, 45 км дороги Степногорск — Самара. Историческая справка
Своё название эта местность получила из-за когда-то богатых залежей медной руды. Она почти вся была выбрана ещё до войны, а потом добычу посчитали невыгодной и всё забросили. Там, где руду брали снаружи, образовались глубокие озёра, во многих местах пробились родники с хорошей водой, и народ разобрался, что сюда можно ездить отдыхать. В последние годы двадцатого века по понятным причинам сюда перестали заглядывать жители близлежащих городов, не до того было. Заброшенные и одичавшие места сделали своими редкие сторонники "единения с природой", попросту — любители попьянствовать и покувыркаться с девочками на открытом воздухе; но чаще всего сюда съезжались всякие неформалы, от безобидных ролевиков до сатанистов. И тем и другим здесь были все условия: глухие, отделённые крутыми хребтами урочища, заросшие лесом; дикие скальные гольцы, заброшенные и неплохо сохранившиеся постройки, часто находящиеся в самых неожиданных и укромных местах. Вода и валежник для костров — сколько хочешь.
Постепенно Медный Кряж стал обрастать не только зеленью, но и легендами, в основном мрачными. Здесь и вправду пропадали люди, несколько человек за год. Большинство по собственной глупости, конечно. Лезли в штольни с обвалившимися крепями или ещё куда в поисках сокровищ, но когда обнаружили практически свежий труп на открытом месте, кто-то зашевелился. Весь массив прочесали ОМОНовцы, с воздуха высматривали вертолёты. Накрыли полтора десятка сатанистов, даже пострелять получилось.
Затем выяснилось, что два-три человека в год пропадают вообще безо всяких видимых на то причин. Практически с ровного места. Тогда-то и выяснилась истинная причина закрытия на самом деле весьма перспективного, в общем-то, рудника. Кто-то не поленился зарыться в бумажную пыль веков, то бишь в архивы. И этот кое-кто нашёл датированный далёким 1938-м годом отчёт следственной комиссии Народного Комиссариата Тяжёлой Промышленности, в чьём ведении находились эти разработки. Суть его была в том, что поневоле признавалась потусторонняя природа нескольких происшествий подряд. Сюда приехали маститые специалисты, неделю лазили по скалам и ущельям и подтвердили. Да, мол, вот здесь и вот здесь проходят глубинные разломы и потоки подземных вод, генерирующие благодатные условия для всевозможных проявлений.
Естественно, любимые места шабашей находились либо в непосредственной близости, либо прямо над разломами, имеющими весьма прихотливую топографию и практически замыкающими Медный Кряж в кольцо. Вернее, сам Кряж лежал прямо между двумя базовыми рифтами, и его площадь пересекалась мелкими сообщающимися разломчиками. Отныне здесь появлялись либо уже известные сатанисты, либо экстремалы из числа любителей позаигрывать с неизвестностью.
Медный Кряж. Следствие на местности. Сандра
Валера, на мой взгляд, привлёк к этому совершенно посторонних людей. Ну ладно, Ирина, упорно именующая себя Фрези, девка, я сразу оценила, крепкая и сильная. Ещё бы, Валера вон какой медведь. Под два метра, лапы длинные, схватит — не вывернешься. С таким хочешь не хочешь, а натренируешься. Ещё она стала развлекаться тем, что метала в поставленную торчком колоду, немаленький ножик. Двадцать сантиметров тёмно-сизой стали, которую Валера назвал "рапидной". Я сама собой, коллега. А вот остальные трое… Хрупкая, жилистая и зеленоглазая девица Марина, ростом Фрези, то есть Ирине, чуть выше плеча; её приятель Вячеслав сходной комплекции и небритый худой дядька лет сорока с чем-то, Олег. Он выглядел полным нескладёхой, да ещё как будто с похмелья, но оказалось, что он цитирует Сун Цзы, Клаузевица и Триандафиллова на выбор, за десять минут способен начертить подручными средствами схему расположения войск под любую вводную из тех которые я ему подкинула и обладает прочими весьма специфическими талантами. Что умеет та субтильная парочка, я так до времени и не узнала. Ещё с собой у нас было по комплекту полевой армейской формы безо всяких знаков различия.
Мы остановились в полукилометре от трассы, на удобной укромной поляне, приехав на двух машинах, вторая принадлежала Олегу. Валера, коротко распорядившись насчёт костра и обеда, вместе с Мариной отошёл за деревья. Странная компания. В голове и на языке вертелось какое-то определение. На что же это похоже… Да это готовая иллюстрация к устройству автомата Калашникова! Конструкция, отлаженная до идеального взаимодействия составляющих.