Ксеном. Дилогия (СИ)
— Значит, ты всё-таки добрался сюда, О'Хара, — негромкий шёпот едва потревожил тишину помещения. — Что же, если ты думаешь, что новый костюм мог меня обмануть, то ты глубоко ошибаешься, — несколько секунд молчания, затем приказ. — Доставить ко мне!
— Есть! — донесся голос из динамиков.
В следующее мгновение под двумя людьми разверзлась земля.
12
Похоже, машину в окно нам всё-таки не простили. Иначе почему под нами так внезапно открылся замаскированный люк? Хорошо, я успел влепить в тот самый автомобиль паутину и почти с комфортом спуститься на дно ловушки. Подняться нам бы точно не дали. Единственное неудобство было в чересчур крепких объятьях Валькирии. Она в меня вцепилась с такой силой, словно желала выдавить все внутренности. Даже укреплённые симбиотом рёбра начали трещать, а уж когда при неожиданном рывке девушка соскользнула ещё ниже, у меня без всяких диет образовалась осиная талия.
Не знаю, насколько затянулась эта пытка испанским пояском, но мне это время показалось столетием. В себя я пришёл уже когда под ногами была твёрдая поверхность, а партнёр вернул внутренности на место.
— Извини, про цепкость я забыл, — сказал этот паразит, когда мне удалось полноценно вдохнуть.
В следующее мгновение я познал дзен. В смысле что по-настоящему значит «до белого каления».
Когда багровая пелена схлынула с глаз, от меня растянулись сотни чёрных жгутов, концы которых раскляксились по стенам. С минуту я в полной тишине офигевал от этой картины, а затем осторожно позвал Валькирию.
— Больше так не делай, — её голос доносился снизу.
Стараясь не порвать жгуты, мало ли что, я посмотрел туда. Мисс Лискер лежала, обернувшись вокруг моих колен.
— А что случилось? А то мне было не до наблюдений.
— Сначала твоя одежда стала абсолютно чёрной, потом пошла пузырями, а потом буквально взорвалась. Хорошо, что сначала это была голова, и я успела пригнуться.
— Передозировка адреналина, — я осторожно погладил пальцами один жгут. Он мягко пульсировал. — От повтора мы не застрахованы.
— Мы? — осторожно спросил непривычно далёкий голос симбиота. Ах, ну да, он же по стенкам разбрызган.
— Куда ж я без тебя, — хмыкнул я. — Возвращайся давай.
Почти мгновенно вся чернота оказалась на мне. Вместе с желанием после вкусного обеда поспать часиков так несколько.
— Похоже, в ближайшее время мы не боец, — по моей просьбе симбиот вяло освободил голову. — Гайвер.
После симбионтной свободы био-броня снова показалась жмущей и неудобной, но зато сработали её сенсоры. Которые тут же сообщили, что нас везут куда-то наверх. Хорошие тут, однако, лифты, ни звука, ни ощущения движения. Хотя и камер наблюдения тоже, почему-то, нет.
— Может, мне тоже стоит надеть доспех? — спросила Валькирия, узнав об этом.
— Когда доедем, — ответил я.
— Слушай, — через пару минут молчания обратилась девушка, — а почему ты вызываешь доспех, как Гайвер-один?
— Ну, — пожатие плечами, — в моей реальности других Гайверов нет.
— Хотела бы я там побывать, — вздохнула Женщина-Гайвер.
— Приглашаю, — ну, мне оно не стоит ничего, а человеку приятно.
— Бабник, — вяло буркнул симбиот.
— Одной больше, одной меньше, — вновь пожал плечами я. — Кстати, приехали.
Две вещи произошли практически одновременно: Валькирия вызвала био-доспех, и боковая стена ушла вниз.
Женщина-Гайвер вышла первая. Ей было ближе, да и деятельная натура не дала пропустить меня. За что тут же поплатилась. Толстый металлический шланг обвил девушку и рывком утащил прочь.
— Стой, О'Хара! — почти шипение. В лицо ударил свет, заставив прикрыться рукой.
— От хари слышу! — я обиделся и разозлился. Симбиот протестующе булькнул.
— А при чём тут лицо? — удивились с той стороны прожектора. — И с каких пор ты Гайвер?
— С недавних, — честное признание и тут же вопрос: — А мы знакомы?
Собеседник завис, а я для успокоения принялся считать до ста. На английском. И поскольку язык Байрона и Шекспира был для меня не родным, то окончание счёта выглядело так: «девяносто восемь, девяносто девять, один голодный… тьфу, опять!»
— Мигель, ты же сам отнимал у меня осколок Скрижали!
— Мы не Мигель, — устало. Ну почему нас вечно с кем-то путают? — Мы — Ксеном.
— Серьёзно?
— Луной клянусь.
— А при чём здесь Луна.
— Она моя вторая мама.
— Ну и бред…
— Хватит там болтать! — донёсся голос Валькирии. — Ксеном! Сни… — окончить не дал звонкий удар, похоже, по контрольной панели.
— Партнёр, ты как? — тихо спросил я.
— Жить буду, — вяло ответил симбиот.
— А с другой стороны, если ты не Мигель, то и церемониться не надо, — такой же шланг обхватил меня, стукнул об стену лифта, извлёк наружу и приложил рядом с Валькирией. Перед моей физиономией появилось лицо, наполовину скрытое огромными зеркальными очками. — И что бы с вами сделать?
Ненавижу! И так жизни нет, так ещё и обращаются, как непойми с кем!
— Не…буль…буль… Я же лопну, если не сброшу массу!
— Сейчас, — убравшийся гайвер дал нам небольшую свободу манёвра. Вывернув одну руку из захвата, мы залепили вражеское лицо паутиной. Почему-то сразу разжался Шланг, и мы шлёпнулись на пол. Рядом брякнулась Валькирия, сразу же схватившаяся за всё ещё болеющую голову. А мне удалось осмотреться. Над нами возвышалась пытающаяся содрать паутину с лица фигура, за спиной которой развевались шесть шлангов.
— О, — промелькнуло мгновенное узнавание, — Отто Октавиус, доктор Осьминог!
Сквозь паутину донеслось протестующее мычание.
— Вообще-то, это самка, — сообщил партнёр. — В смысле, женщина.
Действительно, две… особенности на груди прямо вопили об этом. Дожили. Теперь осьминоги неправильного пола! Ну да ладно. Подсечка, несколько килограмм паутины, и докторша уже не может пошевелиться вообще.
— Вот теперь можно и поговорить, — я поднялся с пола, отряхнулся, помог встать Валькирии. — Можешь аккуратно срезать кляп?
— Зачем? — агрессивно спросила Женщина-Гайвер, которая лучше бы перерезала пленнице горло. О чём и сообщила.
Осьминожка вздрогнула.
— Допросить. Похоже, она тут из главных, и может подсказать, где найти специалистов по технике.
Мисс Лискер тяжело вздохнула, но просьбу выполнила. И почему ко мне так тянет всяческих отморозков?
— Подобное к подобному, — избавившийся от излишков веса симбиот заметно повеселел.
— Тебя, к примеру, — не остался в долгу я и наклонился над пленницей. — Добрый вечер, госпожа Октавиус.
— Добрый, — саркастично ответила она. Хорошо, нам не надо было читать по глазам, чтобы понять истинные чувства. Храбрится, а сама досадует, что я не тот самый Мигель. Да что это за тип вообще и зачем ей понадобился? — Но моё имя Серена Пател.
— Мы — Ксеном, — представился на всякий случай ещё раз. — А кто такой Мигель-с-харей?
— Человек-паук…
— Тут и такое где-то водится? — в принципе, с их биологическими экспериментами всё возможно.
— Нет, в моей родной реальности, — ответила Леди-Осминог.
— Дайте догадаюсь, — в моём мозгу промелькнула догадка, — новый источник энергии в виде голубых кристаллов, генератор, взрыв — и Вы здесь.
— Ну, если не учитывать, что взрыв произошёл из-за Мигеля…
— Эти герои вечно всё портят, — кивнул я. Серена согласно вздохнула. — В принципе, могу помочь с возвращением. Нужно только починить кое-что.
— Ну, в технике я разбираюсь, — к некоторому неудовольствию Валькирии сказала осьминожка. Ну ещё бы, сама Женщина-Гайвер больше специализировалась по мордобойству. — Вот только освободите меня.
Поскольку мисс Лискер сделала вид, что просьба её не касается, за это дело взялся симбиот. Да по нетрезвому телу ещё и облапал хорошенько. Ну, это он говорил, что по нетрезвому.
А неплохо всё-таки руководство «Алхимикса» устроилось. Личный грузовой вертолёт, собственные воздушные коридоры по всему миру, автопилот, который по ним возит… Последний явно для того, чтобы осьминожка с Валькирией устроили в грузовом отсеке соревнование по прожигающим взглядам. Уже через полчаса полёта атмосфера раскалилась настолько, что мне захотелось подышать свежим забортным ветерком. Жаль, не получилось. Пришлось прятаться в кабинете, было на этом недоавиалайнере и такое, и пережидать. К счастью, до настоящих боевых действий не дошло, а то бы действительно и подышал, и самостоятельно полетал, а затем и в океане поплавал. При этом решая задачку, кого из двоих спорщиц спасать. Нет, мы и обеих можем удержать на плаву, но тогда они сами бы потопили.