Ксеном. Дилогия (СИ)

— А, леди Эйракнид! — и у второго психа была скверная привычка появляться сзади, и будто из-под земли. Выглядел инженер маньяк маньяком, в маске для сварки, с клещами с гидроусилителем в одной руке и автогеном в другой. — Вам всё-таки нужен ремонтик? — клещи пару раз многозначительно щёлкнули. — Не бойтесь, это будет не очень больно…
Машина-убийца сама не заметила, как оказалась на крыше родного первого корпуса. Придя в себя, она решила успокоить нервы старинным кибертронским методом: коктейлем «полторы шестерёнки», смесью энергона и изопропилбензолового спирта.
И кого же она обнаружила в своей личной кладовке, для своего личного энергона на чёрный день, вроде сегодняшнего? Того самого, кого безуспешно искала в занятом маньяком втором корпусе. Этот… наглец безмятежно развалился на куче собственности охотницы и, судя по всему, пребывал где-то в районе нирваны. А куча энергона уменьшилась не менее, чем на половину.
— Та-ак, — прошипела Эйракнид, на цыпочках подкрадываясь к хаму, который в добавок ко всем прегрешениям ещё и энергон стал воровать, — вот сейчас ты у меня за всё ответишь!
В этот момент леди десептикон было всё равно, что парень был единственной ниточкой к её родной вселенной, единственным, кто понимал и поддерживал цели Эйракнид, а кроме того — был облачён в броню, на которой уже не было видимых слабых мест. Машина-убийца подняла безвольное тело и хорошенько приложила парня об стену. Голова парня качнулась назад и затылок со стуком ударился о бетон.
— Что скажешь перед смертью, человек? — прорычала Эйракнид, почуяв, что парень вернулся в реальный мир. Невольно вспомнилось знакомство, ответ на этот же вопрос и убивать как-то расхотелось. Зато проснулось любопытство, что этот псих скажет теперь, и как, куда и зачем он умудрился стащить энергон. Не ел же, в конце концов.
— Теперь я знаю, как заряжать лазер, — как и следовало ожидать, ответ был внезапным. Для демонстрации Ксеном поднёс к голове маленький кусочек энергона. Шесть лапок, плотно прикрывавших контрольный шар, взяли кристалл и запихнули туда. С лёгким хрустом он растаял и голубоватое свечение втянулось внутрь.
Всё-таки — жрал!
— Это — моя личная кладовка! И — энергон тоже!
— Серьёзно? — саркастически спросил парень. — А я и не знал…
Машина-убийца несколько смутилась.
— Ладно, извини, — вздохнул Ксеном. — У меня были проблемы с контрольным устройством, так что, когда оно погналось за гружённым энергоном спайсботом, а в результате свалилось сюда, я не смог с ним совладать.
— А теперь? — осторожно спросила Эйракнид, с неприязнью смотря на шар. От немедленного выдирания этой штуковины леди десептикон останавливали лишь слова парня, что это могло закончится крайне печально.
— А теперь он зарядился, — ответил Ксеном. — И мне крупно повезло, что гайвер оказался изрядно покоцанным, и ему пришлось приспосабливаться ко мне, а не наоборот.
— Почему?
— Под этим предлогом удалось его перепрограммировать, — с гордостью ответил Ксеном. — И, знаешь, что? — он разжал руки охотницы и мягко приземлился.
— Что?
— Ты красивая.
Пока машина-убийца собирала мысли, парень с невероятной скоростью выскользнул за порог.
Добравшись до главного зала, я обнаружил там самый разгар спора. Судя по репликам, Кинкаджу требовались крупные траты. Миллионов десять. Пока они перебрасывались аргументами и всякими эпитетами, я убрал гайвера.
— Зачем? — наконец мне удалось вклиниться в перебранку.
— На ту установку, — объяснил инженер. — Я нашёл в интернете её технические данные.
— Будет, — кивнул я.
— Пилот! — требовательно сказала Ева.
— Ничего страшного, — на моём лице расцвела очень злодейская улыбочка, — Ксеному надо о себе напомнить, а то совсем страх там потеряли. И новое наглое ограбление будет в самый раз. Ну и Эйракнид заодно развлечётся.
Защитница очень выразительно посмотрела мне за спину. Мне и оборачиваться не нужно было, чтобы понять: там вышеупомянутая машина-убийца, и у неё на лице тоже красуется та ещё улыбочка.
 
По дороге в город, там, где это направление можно было уже назвать дорогой, он смог наконец-то начать обдумывание. А то времени не было. То чини одного ОБЧР, то играй в прятки с другим, то наблюдай за гайвером… а подумать было над чем.
Ксеном, значит, был не просто носителем симбиота, а чем-то большим, а стал… нет, надо будет посоветовать защищаемым воздержаться от нападок в его сторону. И раньше-то ему пули были нипочём, а уж теперь броня ещё и огнеупорной стала.
— Боюсь, только, что убогие и слабоумные советов не послушают и всё сделают по своему, — пробормотал Дима. — Чёрт! Куда мне бедному податься, пока они там… да кого я обманываю? Ксеногайвер, плюс Эйракнид, плюс Ева равно тотальное разрушение. Что будет с городом… — от одной картинки у парня волосы встали бы дыбом, не будь он до сих пор… — Чёрт! Забыл! — зелёная оболочка убралась в медальон. — В общем, я их предупрежу и смотаюсь куда подальше.
Приняв мудрое решение, «супергерой» слегка успокоился и стал обдумывать, а куда собственно податься бы.
Хотя боевые вертолёты в городе летали не часто, чем-то особенным они не были. Подумаешь, очередная шишка на ровном месте не захотел стоять в пробках, ну так для остальных это даже лучше. Правда, в данной «Чёрной валькирии» была не совсем шишка, точнее, совсем не шишка, но сквозь затемнённое стекло это и не разглядишь.
А под боевой машиной полз почти настоящий военный конвой. Четыре «Абрамса» вокруг бронированного фургона расталкивали машины в стороны, грозно шевелили пушками и всячески намекали, что ближе суваться будет очень больно.
— Интересно, это они снова перепуганы, или с прошлого раза штанишки мокрые? — спросил я сам себя.
— А какая разница? — спросила Эйракнид, прицеливаясь в последний танк.
— В принципе, не очень большая, — мне наконец-то удалось прицепить страховочный трос к ноге. Всё-таки кабина вертолёта была тесновта для для таких акробатических трюков. — Как там радиоперехват?
— Тарабарщина какая-то. Не русский и не английский.
— Наверное из какого-нибудь гордого, но маленького народа, — предположил я.
— Не знаю, в моих разговорниках слишком много совпадений.
— А можешь просканировать их и послушать, что говорится внутри?
— Я про внутренние разговоры и говорю. У них там всё радиофицировано.
— Во всех четырёх? Если да, то — огонь на поражение!
— Слушаюсь, — с радостью отозвалась машина-убийца и наклонилась носом вниз.
Две ракеты сорвались с пилонов и одновременно ударили в борта танка.
— Четыре тру-упа! Бедных танков! Дополнят утренний пейзаж! — чувствуя прилив адреналина, по привычке заорал я.
— Чего? — выпуская ещё две ракеты, изумилась Эйракнид.
Ещё два танка лишились башен.
— Открой эту дверь, я выхожу! — когда путь открылся, мне удалось перевеситься через порог и зацепить второй конец троса за колесо.
Выпущенная охотницей пятая ракета взорвала последнюю «коробочку». Фургон отчаянно затормозил и ткнулся капотом в корпус.
— Ты уверен? — напоследок спросила машина-убийца.
— Конечно, нет! — и с воплем «Га-а-айве-е-ер!» я выпрыгнул.
Не знаю, что биоброня не поделила с креплением для троса, но оно лопнуло, и меня со всего размаху приложило фейсом об крышу.
— Скрап, — не взирая на защиту, контрольник удара не выдержал, и у меня закружилась голова.
— Так тебе точно не нужна помощь? — с усмешкой спросила зависшая рядом Эйракнид.
— Точно, — из локтей выдвинулись вибролезвия. Несколько ударов, и в крыше появилась неаккуратная дырка, в которую я и протиснулся.
Внутри царил бардак. Экстренное торможение сорвало охрану с места и впечатало в переднюю стенку. Последний оставшийся на ногах секьюрити вжался в угол и наставил на меня оружие.