Ксеном. Дилогия (СИ)

— Привет, — отозвался я, пока партнёр мысленно, то есть, в моих мозгах, составлял нашу программу физических нагрузок. — Когда закончишь?
— Минут через пять, — Питер упёрся кулаками и поднялся над полом.
— Тогда я займу душ пока.
— Валяй.
Быстро помывшись, я вытерся.
— Придумал! — прозвучало у меня в ушах, стоило симбиоту вернуться. — Будешь биться с тенью.
— Будем? — с некоторой опаской переспросил я.
— Тенью буду я! — обрадовал партнёр.
Пока меня вот так оглушали блестящей перспективой небольшого спорта, мы вернулись в комнату. Преодолев мою большую неохоту, напарник было стёк на пол, но осталась кое-какая деталь.
— Стой! — сверкать голым… всем мне не улыбалось. Благодаря наведённому порядку пришлось покопаться в шкафу, прежде, чем удалось найти тренировочный костюм. Постаравшись вернуть всё на место, я натянул его, и только после этого в центре комнаты появилась «тень».
Поскольку о боевых искусствах я знал лишь из фильмов и книг, а симбиот — то, что выяснил из моих мозгов, то есть ещё меньше, в результате первую минуту Ниночка смотрела на «бой» с удивлением, а потом — с тихим ужасом в глазах.
— Слушай, ты же ничем не занимался? — с очень немного вопросительной интонацией произнесла девушка.
— Нет, — вздохнул я.
— Заметно. Значит, мне надо будет это исправить…
Пусть партнёр и поработал с моим телом, но сама перспектива вплотную позаниматься с Ниночкой спортом — не радовала. Мягко говоря.
— Надо, Федя. Надо! — посмотрев на исказившееся ужасом моё лицо, процитировала девушка.
— Мама… — это была не цитата, а почти вопль души.
— Когда вернёмся с задания, — смягчилась Ниночка. Или просто решила меня пока не калечить. — И, кстати, без симбиота, раз ты уже можешь обходиться.
Пожав плечами, я неласково посмотрел на виновника свалившегося на меня счастья. Который уже возвращался на своё незаконно приватизированное место.
— Бульк, — отозвался виновник, с удовольствием глотая адреналин. — Сам ты паразит пред… ладно, ладно, молчу, молчу.
— Пошли завтракать, — предложила девушка. — У нас впереди трудный день. И вечер тоже.
За завтраком я приступил к рассказу своего видения ситуации.
— И так, поедем на мотоциклах. Питер будет со мной…
— Почему? — живо поинтересовался он.
— Думаю, тебе больше улыбается встреча с Мери-Джейн, а не с асфальтом. А то на какой-нибудь колдобине притронешься к чему-нибудь не тому… — Паркер посмотрел на Ниночку как раз в тот момент, когда она провела ребром ладони по горлу. — Вот видишь?
— Вообще-то, это я тебе, — гневно отозвалась девушка. — Нечего тут из меня страшного монстра делать перед гостем из другой вселенной!
— Ну-ну. Тихая-мирная девушка, от которой этот самый гость вчера на потолке спасался…
Она взглядом пообещала очень горячий вечер. И вовсе не в том смысле, на который я, возможно, рассчитывал.
— Я согласен с предложением Ксенома, — поспешно сказал Питер.
— Двое против одной?! — возмутилась Ниночка.
— Двух, — поправил я.
— Трое! — добавила она.
— Да ты и одна со мной и симбиотом расправишься!
Девушка фыркнула, но согласилась.
Доев завтрак, наша компания отправилась в гаражи.
И только рядом с «Ижом» мне вспомнилась одна нехорошая вещь. Пассажирского-то седла я так и не поставил!
Впрочем, проблема разрешилась довольно быстро. Страшно довольная Ниночка взяла меня пассажиром, а Спайди, быстро освоившись с управлением, поехал за нами. В этот довольно ранний час воскресенья машин было мало, а уж в сторону обветшалой промзоны, на чьём краю приткнулся искомый объект, и вовсе никого не ехало. Перемахнув через шатающийся мост, мы остановились перед бело-синим зданием, больше всего напоминающим телефонную станцию. Вокруг здания стояло с десяток «ракушек», которые, по идее, уже давно должны были снести.
— Камер нет, — оглядевшись, сказал я.
— Оставляем мотоциклы и идём внутрь, — превратившись в «леди-веном», Ниночка слезла с байка и прислонила его к одному из гаражиков.
— Опасность! — воскликнул Питер за секунду до того, как «ракушка» резко открылась.
 
Увидев трёхметровую металлическую жабу, только с пулемётами вместо передних лап, я судорожно огляделся по сторонам, нет ли поблизости офицера Мёрфи. Увы, его нигде не наблюдалось.
В отличие от врага из второй части.
— Вы арестованы! — повернулся в нашу сторону робот. С живым человеческим мозгом внутри, как я заподозрил, вспомнив предостережения Димы. — У вас десять секунд, бросайте оружие и руки вверх! — затем то же самое повторилось, почему-то, на английском.
— Мой байк! — воскликнула Ниночка и подхватила валяющийся фонарный столб. Удар оторвал «жабе» один пулемёт и едва не её опрокинул на бок.
Заметив краем глаза движение столба в обратную сторону, я бросился на землю.
— Есть женщины в русских селеньях, — с восхищением процитировал Питер, который уже лежал на земле. Он умудрился переодеться в свой красно-синий костюм и приготовить маску.
— И в городе есть, прямо тут, — хмуро отозвался я. Второй удар окончательно обезоружил робота. — КамАЗ на ходу остановят, — третий удар, прямо в нос, всё-таки уронил «жабу» на спину. — И кузов ему оторвут.
— Грешно смеяться над больными людьми, — развернулась к нам Ниночка. — Да и над здоровыми тоже.
— А никто и не смеётся. Мы — восхищаемся, — отозвались мы, вскакивая на ноги. — Слушай, может, прикроешь тылы, пока мы в здании будем? А то мало ли, какие тут ещё моллюски водятся.
— Уговорил, — отозвалась девушка. — Но смотри, вздумаешь умереть — сама добью! — помахивая столбом, она направилась к соседней «ракушке».
Дверь недолго сопротивлялась напору. Крякнув напоследок магнитным замком, преграда уступила нарушителям.
— Никогда бы не подумал, что стану преступником, — заметил Паркер.
— На фоне того, что здесь творят корпорации, это так, мелкое хулиганство, — усмехнулся я. — К тому же, мы вовсе не собираемся красть установку…
— Если её вообще можно украсть, — заметил симбиот.
И напарник был прав. Огромная металлическая конструкция, ради которой в здании снесли все внутренние перегородки, занимала три этажа, а некоторые её детали достигали и крыши. И огромное количество проводов уходило в пол, намекая, что это ещё не всё. Установка тихо гудела, как высоковольтные провода.
— Это только перебрасывающий контур, — не очень уверенно сказал Питер. — Чёрт! — выругался. — Это мне в голову впихнули!
— Нормально… — протянули мы. От гула было слегка неудобно. — А где управляющая хреновина, старая перечница не уточнила?
Спайди поморщился, то ли от голоса, то ли от моего упоминания Мадам Паутины.
— Где-то на полках с той стороны.
— Ничего не вижу, — пробегающие по металлу маленькие молнии «засвечивали» мне зрение.
— Тогда пошли.
Держась подальше от установки, мы обогнули помещение по периметру и оказались рядом со шкафом.
— Вот она! — воскликнул Питер и схватил лежавший на полке обруч. Без всяких сомнений Спайди натянул находку на голову. Гул установки повысился, повысив боль.
— Подожди! — воскликнули мы, держась за голову. — Дай нам уйти!
Но Питер уже бежал в центр контура, где над большим углублением пульсировал молочно-белый шар двух метров в диаметре. Стоило Паркеру прыгнуть внутрь, как гул стих.
— Хорошо! — с удовлетворением сказал симбиот.
В следующий момент нас окунуло в огонь, и сознание померкло.
Я очнулся за пределами здания, из окон которого рвался огонь. Надо мной склонилась Ниночка, держа руку на лбу.
— Ты как? — с волнением спросила девушка. Голос доносился как-то глухо, словно сквозь вату.
— Нормально, — чувствуя какую-то пустоту, ответил я. — А что?
— Твой симбиот погиб, — ответила она. — И нам пора убираться отсюда, — девушка встала и направилась к «Леопарду».
— Как погиб? — преодолевая головокружение, мне удалось вскочить на ноги.