Когда случились мы (ЛП)

— Когда ты называешь меня Л, — я заглядываю ему в глаза, боясь задать вопрос. — Эта Л от Луна, верно?
Мои мысли путаются. Дело не только в поцелуе Генри и его партнерши. Дело не только в Лиаме и его словах. Это мои сомнения и неуверенность. Это эмоции в его глазах.
— Иногда, — отвечает он, проводя рукой по затылку.
Он нервничает. Это заставляет меня нервничать, или, может быть, я уже нервничала. Ужас проникает в мои вены.
Я не хочу думать. Я не хочу этих навязчивых мыслей. Я просто хочу его. Поцеловать его и отдаться моменту. Мы бы двигались с этим жгучим желанием, от которого между нами становилось бы жарко и влажно от пота. Вместе мы приближались к этому приятному изнеможению, кончая в одно и то же время. Затем все замедлялось, становясь мягким и нежным.
Мы засыпали обнаженными, сплетя руки и ноги, вдыхая запах друг друга. Мои последние связные мысли были о тепле, комфорте и…и любви.
Я хочу всего этого. Слезы наполняют мои глаза, потому что я действительно этого хочу. Ещё одну волшебную ночь с ним…Но я не могу. И я ненавижу это. Ненавижу, что мой мозг полон всевозможных причин, почему это не сработает. Я выскальзываю из постели.
— Луна?
— Мне нужна минутка. Я хватаю свой телефон и исчезаю в туалете.
Глава 34
ЛУНА
Вам знакомы эти ужасные кошмары, от которых просто невозможно убежать, невозможно пошевелиться, как бы сильно ни старались? Те, где что-то ужасающее так чертовски близко, подкрадывается к тебе, и ты парализован страхом? Вот что я чувствую прямо сейчас, сидя на полу в ванной Генри.
Я нашла пару его спортивных штанов и рубашку на тумбочке. Не уверена, чистые они или грязные, но они на мне. Я знаю, что должна поговорить с ним. Вместо этого я сижу в своём телефоне.
Хотя Генри никого не целовал, на этот раз, я не могу перестать видеть это. Что только заставляет меня думать, что даже если этого не случилось сегодня, это обязательно произойдет. Он…Генри. Великолепный, веселый, милый и талантливый. Он нужен стольким людям. Кто-то неизбежно привлечет его внимание. Кто-то выше и стройнее? Может быть, какой-нибудь другой актер?
Он может влюбиться в одну из своих коллег. Разве такое дерьмом не случается с актерами постоянно? И он уйдет, а я буду опустошена. С ним всё будет в порядке, а я никогда уже больше не буду в порядке.
Вопреки здравому смыслу, я просматриваю его Instagram, его Twitter, статью за статьей о его фильмах и его личной жизни, пока у меня не затуманивается зрение и меня не одолевает тошнота. Только после этого я выключаю свой телефон.
Чувствуя себя хуже, чем я ожидала, я смотрю на своё отражение в зеркале. Проходят минуты. Может быть, часы. Я знаю, что я должна сделать.
Когда я открываю дверь, там стоит Генри, в одних пижамных штанах, низко сидящих на бедрах. Он босой, скульптурная грудь и живот обнажены. Почему он всегда выглядит как чертова супермодель?
— С тобой всё в порядке? — он проводит пальцами по волосам, озабоченно хмуря брови. Мышцы его живота искушают меня подойти ближе.
— Я думала.
Обычно, когда я вижу его, у меня поднимается настроение. Но не сейчас. Не после того, как я не знаю, сколько времени провела, блуждая по кроличьей норе в Интернете, и просматривая фотографию за фотографией Ми-Ча. Корейско-американская модель, ставшая актрисой во всей своей красе, которая явно неравнодушна к Генри. Я ничего не могу сделать, кроме как свирепо смотреть на него.
Я стараюсь не думать о различных сайтах, посвященных тому, как их персонажи начинают встречаться, или о том, что нет фотографии, на которой она не выглядит потрясающе, или статьи, в которой она не говорит о нем, или о том факте, что Генри подписан на нее в Instagram, а она подписана на него. Потому что прямо сейчас его карие глаза прикованы ко мне, а уголки губ слегка приподнимаются, как будто он никогда не был так счастлив видеть меня.
 
— Поговори со мной, — настаивает он низким, манящим голосом.
— Я погуглила тебя, — признаюсь я, выходя из ванной.
— Ты гуглила меня? — его удивление меняется, и он ухмыляется, как будто знает что-то, о чём ему не терпится мне рассказать.
— У нас день рождения в один день.
Он подходит ближе.
— Да, в один день.
Теперь каждый день рождения я буду думать о нём. И я буду гадать, где он и с кем…
— Почему ты просто не рассказал об этом? — в моих словах сквозит раздражение.
— Я не знаю, — он выглядит смущенным, и я сожалею о своем тон. — Полагаю, я мог бы рассказать. Это было неожиданно. Обновлял страницу и проверил твоё имя несколько раз. Каковы шансы? Я не хотел портить тебе это открытие.
От того, как он мне улыбается, я на самом деле забываю о красивых моделях и актрисах. Я позволяю ему обнять меня.
— Гугл подсказал тебе что-нибудь ещё?
Я никогда не наслаждалась никем в своем личном пространстве больше, чем присутствием Генри. Смотря на него снизу вверх, я облизываю губы.
— Ты родился в Лондоне. Окончил Кембридж. Дебютировал в театре "Глобус”, — я не упоминаю истории, обвиняющие его в измене своей последней девушке. — И вы с Чжон Ми-Ча подписаны друг на друга в Instagram.
На последней фразе его брови сходятся вместе. На долгую секунду он выглядит сбитым с толку.
— Я слежу за всеми моими коллегами по фильмам. И за людьми, с которыми я работал. Тебя это беспокоит?
— Неа, просто подумала, что это интересно.
— Что интересно?
— Просто…интересно.
Он не сводит с меня глаз. Через некоторое время напряжение спадает с моего лица, но я все равно высвобождаюсь из его объятий. Он не пытается сопротивляться. Я знаю, что ревную. Раньше я никогда не ревновала. Когда-то я доверяла безоговорочно. Но это было давно. Честно говоря, я не знаю, как справиться с этим.
— Ты…ревнуешь? — его глаза расширяются от осознания. Стоя там, он почесывает свою бороду.
Иногда мне хочется, чтобы он не был таким открытым и не говорил всё, что у него на уме.
— Луна, тебе не стоит ревновать. Совсем. Я здесь, с тобой. Я бы остался прямо здесь. В этой комнате. С тобой. Весь день и всю ночь, если бы мог.
Ладно, может быть, иногда то, что он такой открытый, говорит всё, что у него на уме, тоже хорошо.
Генри подходит и приподнимает мой подбородок.
— Как часто ты заходишь в Instagram?
Я растерянно моргаю, смотря на него.
— В последнее время нет. За исключением сегодняшнего дня, но я не смотрела на свою страницу.
— Ты откроешь приложение?
— Зачем?
— Пожалуйста?
Я делаю, как он просил.
— Проверь свои запросы на сообщения.
Я проверяю.
— Ты видишь запрос, отправленный две недели назад?
Он от него. Две недели назад он подписался на меня. Две недели назад мы случайно столкнулись в офисе.
Я нажимаю на него.
— Вот здесь, это я, — он ухмыляется, указывая на своё имя. — Я подписан на тебя, — добавляет он. — Мы не подписаны друг на друга взаимно, потому что ты ещё не сочла меня достойной.
Не глядя на него, я нажимаю на его аккаунт, чтобы подписаться на него. Именно тогда я замечаю количество его подписчиков. Это безумие! Я не уверена, как не заметила этого раньше.
— Генри! Четыре миллиона подписчиков?
Четыре с половиной миллиона, если точно.
Он пожимает плечами и посмеивается, как будто это не имеет большого значения.
— Мне повезло с ролями, которые получил.
— Чувак, когда ты собирался мне сказать?
— Я думал, ты знаешь.
— О, потому что все знают? — я стараюсь говорить непринужденно. Не уверена, что мне это удается.
— Нет, потому что это имеет значение, только если ты знаешь.
Когда я проверяла в последний раз, у меня было чуть больше сорока тысяч. Это ничто по сравнению с ним. У Ми-Ча одиннадцать миллионов. Эти чувства неуверенности и неполноценности возвращаются.
Тревога и опасения, связанные с его престижной профессией, тоже возвращаются, и я не могу удержаться, чтобы не выпалить: