Последний шанс для мажора (СИ)

— Нашел что-нибудь? — мое сердце бешено колотилось, оно готово было вот-вот выпрыгнуть из груди.
— Нет, не думаю, что Кристина здесь. Может уехала. Может ищет у кого занять деньжат. Давай так. Я подежурю здесь. Она рано или поздно тут появится.
Ко мне закралась нехорошая мысль.
— А вдруг она как-то связана с этим происшествием? — на лбу у меня выступили капельки пота. Неимоверным усилием воли я старалась сохранять хотя бы внешнее спокойствие. Но на самом деле мое состояние было близко к панике.
Проходящая мимо женщина подозрительно покосилась в мою сторону.
— Не накручивай себя, ладно? Она никак с этим не связана, — решительно произнес Камиль, словно стараясь убедить в этом самого себя. — Мало ли чего во дворах приключается.
Спокойно, Олеся! — мысленно шептала себе.
— Ладно. Ты прав. Да, — выдавила я. Перед глазами у меня плясали черные точки. — Почему сразу она? Это мог совершить кто угодно…
В этот момент зазвонил телефон Камиля.
— Поехали! Это Тимур…
  
Глава 28
 
В клубе было темно и не протолкнуться. Босоножки на умопомрачительном каблуке идеально сочетались с цветом наряда. В самом начале, мне казалось, что сдавленный шнуровкой голеностоп, буквально не дает мне идти. Да, и массивная подошва так и тянула ногу к земле.
Прежде чем тащиться на “пати” с друзьями Тимура, я честно пыталась навести порядок “на” и “в” голове. Расческа в который уже раз оказалась бессильна… Я столкнулась с настойчивой мыслью, что не стоило надевать столь обволакивающее платье, в котором буквально нельзя дышать. Не люблю такой стиль, но сегодня мне нужно быть своей среди чужих.
Кругом мигали и светились огни, а музыка грохотала битами в моих ушах. В воздухе висел запах острой еды и сладких напитков. Я никогда не была в таких местах. Поэтому разглядывала интересное дизайнерское решение: клуб напоминал какие-то старые катакомбы, граффити на стенах, у входа стояли покрышки и крутые тачки. Вот это атмосферность!
Тимур поймал мою реакцию и весело закивал с пониманием, как бы разделяя мое любование.
— Ты охренительно красива, Лисенок, — склонившись над моим ухом, произнес он.
Жаркий шепот отправил по телу бездну мурашек. Харизма и прикид Тимура тут же примагнитили взгляды несколько хищно настроенных элементов женского пола.
— Идем? — широко улыбнулся, будто красуясь ровными белыми зубами.
При взгляде со стороны, шумная компания его друзей веселилась и отдыхала от всей души. У меня возникло такое ощущение, что происходящее сейчас изменится мгновенно, и я старалась запомнить вкус момента.
— А может не стоит, а?
— Лисенок! — Тимур раздраженно тряхнул густыми темными волосами. Это у него хорошо, к слову, получилось: челка упала на лоб, под ней сверкнули яркие глаза. — Не бери, дурное в голову, а тяжелое в руки! Идем, идем!
Раз надо — значит, надо.
Тимур обнял меня за талию, крепко прижал к себе. В памяти всплыли картинки прошедшей ночи. Случайной, но лучшей ночи. От воспоминаний вспыхнули щеки, и если бы в клубе было больше света, то я бы сгорела от стыда.
— Я говорил, что ты удивительная девушка, не похожая на других?
— О, — рассмеялась я. — Предположу, у тебя их было много. Есть с кем сравнивать.
— Да, у меня их было до черта, — самодовольно усмехнулся. — Но ты совсем… — он не успел закончить фразу.
— О-о-о! И кто она — эта прекрасная леди?! — произнес высокий парень, чьи платиновые завитки, отдавали таким блеском, что позавидовала бы любая блонда. Белая рубашка не скрывала его сильных, рельефных рук.
— Знакомьтесь! Моя принцесса! Олеся!
— Здрасти…
Платиновый блондин отвернулся к своей спутнице — ослепительно красивой молодой девушке, одетой дорого и явно знающей о том, что она хороша. Что-то негромко сказал, наклонившись к ней, а та потом подняла глаза на стоявшую меня.
Что в ней такого? Чем она Тимура так зацепила? — казалось, именно это думала она, присматриваясь ко мне.
Фактически, все четверо лучших друзей Тимура были как на подбор — высокие, статные, загорелые. Явно не домашние мальчики (как и их девочки). И, только меня, от них отличало отсутствие загара — как следствие жизнедеятельности в замкнутом, лишенном света пространстве.
  
— Приветствую в нашем маленьком кругу, — с благожелательной улыбкой произнес шатен, который выделялся из дружеского союза яркой внешностью, а лучше сказать, уровнем холености. По его бережно выбритой бородушке, можно было сразу понять, что он клиент барбершопа. А, обширная бровь нарушалась на изломе небольшой серьгой в виде блестяще-белого колечка.
Он протянул мне ладонь, которую я восприняла, как приветствие, машинально протянув свою в ответ.
— Ах, — уж совсем я не предвидела, того, что наступило за простым рукопожатием: крепко обхватив мою ладонь, шатен, буквально, втащил меня на свободное место рядом, потянув меня на себя. С трудом устояв на шпильках, и увернувшись от неуместных объятий, я, все же не избежала чар голубых глаз, обрамленных пышным рядом длинных черных ресниц. Перевела взгляд на Тимура, — напрягся так, что кулаки сжал. Густые брови острым углом вонзились в переносицу.
А я говорила не надо! Так нечего теперь на меня кулаки сжимать!
  
Глава 29
 
Тимур злился. Что-то там ворочалось у него в голове, малоприятное, судя по напряженной позе, сведенным бровям и прищуренным глазам.
— Такое чувство, что мы с вами на похоронах и произносим надгробные речи, — постно заметил блондинчик.
Это он правильно сказал: “как на похоронах”.
— Тим, ты чем-то недоволен? — искренне удивился Демид (он же наглый шатен).
— С какой стати? — фыркнул Тимур.
Самый крепкий парень в компании с аккуратным пробором и затянутый в темно-синий костюм гадко хихикнул:
— Ты так напряжен, Ромео. Словно он посмел тронуть не фальшивую, а настоящую невесту.
Тимур затянулся сигарой, но дым выпустил не в сторону, как в прошлый раз, а строго вверх.
— Тебе показалось, — голос его был необычно низок.
Все посмеялись, потряхивая его за плечи.
Я натянула улыбку, мне не сильно-то и нравились эти разговоры, наверное, я чересчур серьезна для них. Разочарование холодной водищей окатило от макушки до ступней, затем схлынуло, и я смогла смиренно соображать, удивляясь, чего это я так реагирую-то! Я, как и все остальные, должна находиться в глубоком недоумении, и спрашивать себя: действительно, и что это все значит? Что за кульбиты такие?
Слетевшая со всех своих настроев, я смотрела в потолок и неожиданно, без предупреждений внутренних и без всяких видимых внешних причин, почувствовала неожиданно с огромную, как плита бетонная, усталость…
Появившийся из ниоткуда официант вкатил между креслами миниатюрный столик с бутылкой виски, стаканами и блестящим ведерком, посмотрел на Тимура. Но тот заказал черный кофе без сахара, чем по-настоящему удивил меня.
— Лисенок, что будешь? — его рука легла на спинку моего кресла.
Нервно сглотнула, когда его пальцы случайно задели мою оголенную спину как раз в том месте, где находился небольшой вырез.
Он видел, что волнует меня. И при этом я пыталась держать дистанцию.
— Воду с лимоном, если можно.
— Не пьешь? — Демид удивленно выгнул бровь.
— Нет.
Тимур убирал руку, но сделал это медленно, пальцами проскальзывая по коже. Понимаю, что это глупо, но я пыталась запомнить эту легкость, с которой он мог прикасаться ко мне.
— Совсем, совсем?
— Совсем, совсем, — улыбнулась одними губами.
Я просто не умела пить, а позориться не хотелось.
— Может есть причина, по которой ты не пьешь? — Демид исследовал меня глазами-объективами с ног до головы.
— Умерь любопытство, — вот опять Тимур напрягся.
Демид поднял руки в “сдающемся” жесте и с улыбкой произнес:
— Я ж не обижаю твою принцессу, что за недоверие к своим же?
Чтобы как-то уменьшить напряжение, я решила порыться в сумочке в поисках резинки, но, как назло, она никак не попадалась на глаза.