Дикарь (СИ)

Витторио уцепился за моё упоминание о родителе, чтобы сменить тему, и я была ему за это благодарна. Дальше всё опять пошло как по маслу: мы посетили ещё несколько достопримечательностей, поужинали в ресторанчике морской кухни, а потом меня проводили до двери номера. И снова ничего. Витторио даже не попытался поцеловать меня в щёку. Такая деликатность невероятно подкупала. Именно она стала причиной того, что я согласилась отправиться с ним в поездку по Италии. Он предложил это на следующее утро, когда мы встретились за завтраком. Лера накануне не вернулась в номер, прислав вместо себя SMS^, и по этому я поняла, что отныне наши пути расходятся. Да, наивно было полагать, что одинокие девушки смогут провести отпуск в такой горячей стране вдвоём…
На следующий день мы погрузились в роскошный кабриолет вчетвером: я, Витторио, наш Александр и водитель — и отправились в автотур по родине Ренессанса. Не буду даже пытаться описать, насколько это удивительная, волшебная и прекрасная страна. Словам не дано передать и сотой доли её очарования. Все эти горы, море, древние города…
Италия — это живой музей, застывшая музыка (в плане архитектуры), настоящая сокровищница мировой культуры. При этом тёплая, щедрая, гостеприимная. Если бы не Витторио, я, конечно, и за всю жизнь не узнала бы о ней столько, не попробовала, не прониклась… Каждый наш день был насыщен новыми впечатлениями под завязку. Мы посетили Рим, Флоренцию, Венецию, Милан. Везде гуляли потайными маршрутами, пробовали местную кухню, знакомились с национальными танцами (даже немного учились танцевать!). Витторио, при всей своей мощной фигуре, двигался с поразительной грацией — кажется, даже я не так уверенно владею своими бёдрами. Последнее, кстати, навевало не слишком благочестивые мысли…
В Риме мы посетили легендарный оперный театр, Коллизей, Ватикан, а в последний вечер в Милане Витторио отвёз меня в удивительно уютный караоке-бар на окраине и спел в микрофон ту самую "Феличиту". Скажу совершенно искренне, это исполнение понравилось мне намного больше, чем Аль Бано: его тенор не шёл ни в какое сравнение с низким, слегка хрипловатым голосом моего итальянского друга. Честно говоря, после такого концерта я бы уже не смогла отказать Витторио хотя бы в поцелуе, но он всё ещё продолжал держать дистанцию, даже не пытаясь проникнуть в мою комнату (в каждом городе он снимал нам отдельные номера рядом), хотя его намерения в отношении меня были очевидны по тому, как он смотрел на меня, как подхватывал за талию всякий раз, когда это было уместно.
Мы вернулись в Римини за день до нашего с Лерой вылета в Москву и ранним утром отправились на пляж. На море царил полный штиль, было тихо и пустынно — почти никого из туристов. Александр тоже ещё спал, мы уже научились в простых диалогах обходиться без него.
— Тысячу лет не купался! — сказал Витторио на смеси английского, итальянского и жестов. Я улыбнулась, сжала его руку покрепче.
Мы зашли по пояс вместе, но потом мой друг отсоединился и сразу нырнул с головой. Немного поплавал, давая мне возможность насладиться видом его мощной спортивной фигуры, выпуклыми мышцами, перекатывающимися под загорелой кожей, сильными движениями мускулистых рук и ног. А потом вынырнул аккурат возле меня и вдруг заключил в объятия и поцеловал. От неожиданности мой рот распахнулся сам собой, и поцелуй получился на редкость страстным и глубоким. У меня было ощущение, будто я попала в торнадо: голова кружилась, мир утратил чёткие очертания и даже точное расположение. Я не понимала, где верх, а где низ — только чувствовала острое, неодолимое, нестерпимое желание. Обвила ногами торс мужчины — благо, в воде вес не ощущается и можно сколько хочешь держать в руках пышнобёдрую северную девушку. Витторио крепко прижал меня к себе, давая почувствовать, что и в нём бушуют похожие ощущения. Я будто сошла с ума, мне кажется, реши он овладеть мной прямо там, в море — я и то не отказалась бы, но Витторио проявил себя как заботливый и предусмотрительный джентельмен. Вынес на берег, увёл в отель и любил меня в своём номере почти весь оставшийся день с небольшими перерывами на отдых и еду. А я отдавалась ему самозабвенно. У нас ведь был всего только один этот день.
 
Когда на Эмилию-Романью начали опускаться сумерки, Витторио горячо прошептал мне на ушко по-русски:
— Ника, останься, пожалуйста!
— Что? — переспросила я изумлённо.
— Останься, — повторил он требовательно, и я понимала, что, знай он русский или я итальянский, на меня сейчас обрушился бы целый поток признаний и заверений, но нас разделял этот злосчастный языковой барьер, и всё, что нам оставалось — вкладывать все чувства в одно-два скупых слова. И я видела, как много чувств бурлит в моём итальянском мужчине — он буквально готов был взорваться от них… но готова ли я бросить всё, что связывает меня с родиной, чтобы остаться в его горячих объятиях?
Я взяла время подумать и ушла к себе в номер. Опять полночи не спала — как тогда, накануне разрыва с Владом — но на этот раз разумная, а не эмоциональная часть взяла верх. Нет, я не могу остаться — вот так, никому ничего не сказав, просто исчезнуть в дебрях Италии. Мне нужно вернуться, обдумать всё на свежую голову…
Уже в аэропорту я смогла повидать Леркиного ухажёра. Это был действительно довольно милый и симпатичный парень — высокий, спортивный… рыжий шотландец. Вот бы он, наверное, оскорбился, если бы узнал, что за глаза Лера называет его англичанином!**** Подруга сказала, что ради неё он продлил свой отпуск в Римини и тоже, как Витторио меня, зазывал её к себе в гости с далеко идущими перспективами, но она не восприняла это приглашение всерьёз. Нет, конечно, в гости съездить можно, но перебираться куда-то из Москвы насовсем подруга не планировала:
— Куда я без моего Борюсика? А он заядлый патриот…
В самолёте мы подробно обсудили перспективы моих отношений с Витторио.
— Тебе это было бы несложно, — сказала Лера, имея в виду мой переезд. — Ты же журналистка, можешь писать где угодно, а результат отправлять через интернет.
— А как же друзья, родня, папочка мой, в конце концов? Он и так уже маму потерял, а теперь я сбегу?
— Да, тут вопрос приоритетов. Насколько сильно нравится тебе этот мужчина — готова ли ты принести ему в жертву свою прежнюю жизнь?
В свете того, что мы с ним знакомы две недели, этот вопрос звучал как риторический. Мы общались, да, но только через переводчика. Я понятия не имею, что он за человек и каков в быту. Похоже, придётся запереть свои зарождающиеся чувства на замок и относиться к этому роману исключительно как к курортному. Да, надо брать пример с Лерочки. Она всё делает правильно. Но как же больно сознавать, что я больше никогда его не увижу! Однако принять подобное решение как окончательное и бесповоротное мне не дали. Спустя месяц Витторио прилетел в Москву с самыми серьёзными намерениями.
*Роман известной английской писательницы Джейн Остин — "Эмма". Чем он кончился, спойлерить не буду. Роман интересный, рекомендую к прочтению, как и всё остальное у Джейн. Она — мой кумир.
**Речь о знаменитом номере трёх популярных советских клоунов 60х годов под песню "Blue Canary"
***Имеется в виду песня "Уно моменто" сочинения композитора указанного фильма, Геннадия Гладкова.
** **Несмотря на то, что Англия и Шотландия объединены в одно государство под названием Соединённое королевство Великобритании и Северной Ирландии, у них существует давние национальные разногласия, которые в средневековье оборачивались довольно кровавыми конфликтами.
  
Глава 3. Специфический фрукт
 
Вероника
 
Витторио писал и иногда звонил мне в течение этого месяца разлуки, но ни разу не намекнул на то, что планирует свалиться нам, как снег на голову. Поначалу папа не стал принимать его в штыки, несмотря на то, что он нагрянул внезапно, без предупреждения (и как только узнал, где я живу?!). Возможно, отец счёл наше увлечение друг другом несерьёзным (я ведь даже не сказала ему о своём близком знакомстве с итальянцем). Витторио прожил неделю в отеле неподалёку от нашего дома, и я была там частым гостем. По правде сказать, до знакомства с Витторио я не была толком знакома с сексом, но этот горячий итальянец познакомил нас очень тесно. Стыдно об этом говорить, но тогда я начала понимать, отчего среди женщин так высок спрос на южных мужчин. Их темперамент — это что-то неописуемое. Витторио тоже без конца восторгался моей отзывчивостью на его ласки, и хотя я не понимала половину слов, в целом картина была ясна: мы подходим друг другу, как две половинки.