Я болен тобой (СИ)
Выхожу после душа, сразу спать. Устала и ничего не хочется. Я так много сегодня всего думала, что сон вообще не идёт. Для таких случаев в школе у меня была специальная книжечка с задачками повышенной сложности, начинаешь решать одну, тратишь пол ночи, потом оставшуюся ночь спишь как ангел. Но тут у меня такой книжечки нет, но есть судоку в телефоне, повышенной сложности, глупо, но время убивает неплохо.
Беру в руки телефон с зарядки и читаю два сообщения, оба от моего дьявола, от которых хочется посмеяться и испугаться одновременно:
«Катя, я тебя когда-нибудь убью.»
«С днём рождения!»
Мороз и жар охватывают разные части моего тела. Да он меня своими странными сообщениями убьет. Это из-за того, что я от его коробочки отказалась? Ну, приехал бы и сам подарил, ха.
Перечитываю эти сообщения сто раз, тело расслабляется и готово провалиться в сон, мой дьявол – лучшее лекарство.
Я знаю, что у него тоже скоро день рождения, но я себя не выдам, иначе он узнает, что я про него узнавала. А я же этого не хочу?
Глава 29
На улице солнечная тёплая весна, конец апреля, я уже переобулась в лёгкие сапожки и сменила куртку на элегантное короткое пальто. Так как работу я себе так и не нашла, продолжаю тратить деньги родителей на курсы английского, скоро экзамен по уровню С1. Здесь уже просто никак не получится, и не факт, что я вообще сдам этот уровень. Изучение языка затормозилось, потому что в институте начались сумасшедшие дни, пришлось сдавать кучу работ, рефератов, готовиться к докладам в библиотеке, потому что в интернете ничего нормального нет. Мрак.
На парковке возле института встречаю Антона, он разговаривает с каким-то огромным верзилой, значительно старше него, но тона не повышенные, заприметив меня, он прощается с ним и достаёт из машины подставку с кофе, передаёт мне один стакан. Я поднимаю бровь, это мне?
– Привет.
– Привет, на английском была? Это тебе.
Надеюсь, что второй стакан из этой подставки для Сони, судя по всему, она ещё не пришла.
– Спасибо. Да, с английского. Ты в кофейню заходил?
– Ага, вот вам с Соней решил кофе взять. Возможно, что он не остыл окончательно.
Он смеётся, открыто и искренне, всё же Антон классный парень.
– Как мило, – вот этот момент, надо ловить, – слушай, а у вас с Соней, ну, что-то есть?
Он резко прекращает смеяться и поднимает бровь, припечатывает своим холодным взглядом.
– Почему ты так решила?
Блин, как сказать, ну он с нами проводит много времени, и, я надеюсь, что это не из-за меня. Потому что Антон, безусловно, самый замечательный, но я его уже давно воспринимаю как надёжного друга. И всё-таки есть нечто странное в его поведении.
– Прости, это не мое дело, – выдавливаю из себя улыбку и добавляю. – Идём?
В течение дня стараюсь ни с Антоном, на с Соней не оставаться один на один.
***
Вечером я возвращаюсь домой как обычно, ближе к десяти. Заходя в подъезд, отмечаю, что света нет, опять лампочки разбили? За мной с грохотом закрывается дверь и пока я роюсь в рюкзаке в поисках телефона-фонарика – чья-то рука ложится мне шею сзади и мощно толкает к стене.
Я головой врезаюсь в стену, больно. Но моя рука искала в рюкзаке телефон, а нащупала складной нож, который мне дарил папа в восьмом классе, он всегда со мной. Хватаю его, но не успеваю раскрыть как меня разворачивают от стены хватают теперь за шею спереди, дышать становится невозможно. Одной рукой я цепляюсь за руку нападающего, второй пытаюсь открыть нож, не получается, его вообще сложно открыть одной рукой. В подъезде темно, вообще не понять кто передо мной.
Парень прижимает меня к стене и ставит колено мне между ног. В этот момент меня охватывает паника, нет, только не это. Нож все ещё у меня в руке. Я смогу себя защитить. В следующее мгновение я просто этим сложённым в кулаке ножом со всего размаха ударяю этого урода в висок, я попала рукояткой, поэтому он отшатывается и ослабляет хватку на моем горле. Получилось! Скидываю его руку и резко дергаюсь от в сторону выхода, крепче сжимая нож в своей руке.
Я, блин, в сапожках на невысоком каблуке и в узких брюках, твою мать! Драпаю со всей возможной скоростью и, едва нащупав кнопку дверей, вываливаюсь на улицу. Первая мысль – кричать и звать на помощь! Но в этом городе ночью и не такое услышишь, поэтому принимаю единственное верное решения для себя. В соседнем доме пост участковых, мы там с сестрой уже были, когда ей разбили стекло в машине, там был участковый Артём, у меня даже его номер есть. Бегу не оборачиваюсь, стараюсь не тратить силы ни на что, кроме бега. Этот путь мне кажется непосильным, спринтерским забегом.
У участковых отдельная дверь рядом с подъездом. Обеими руками колочу по двери, окошко открывается, и я начинаю рыдать. Голос осип, мне больно разговаривать.
– Пустите, там, в подъезде на меня напали.
Шок догнал меня. Я дрожу и оглядываюсь назад. Никто за мной не гонится.
Открывается дверь, это не Артём, а молодой парень, приглашает пройти.
Он наливает мне чай из пакетика и даёт какую-то конфетку. Я немного успокаиваюсь и в подробностях рассказываю что случилось, потом мы вместе звоним Артёму. Через десять минут подъезжает и Артём и, выслушав мой рассказ, вызывает подкрепление из полиции. Меня оставляют с молодым парнем и уходят. Пока сижу с ним, он рассказывает, что здесь работает уже месяц как стажёр, столько всего уже интересного увидел, что теперь хочет перевестись в столицу.
Через ещё какое-то время возвращается Артём, говорит, что в подъезде никого нет, утром придут из управляющей компании и починят свет. Предположительно они ищут какого-то наркомана, который уже не первый раз нападает в подъездах, грабит, наносит тяжкие повреждения здоровью.
Я не видела его лица и не слышала даже голоса. Он у меня ничего не украл. Единственное, я его в висок ударила, точно до крови, потому что на рукоятке ножа осталась кровь. Боже! Но это пройдёт через пару дней, и я могу встретить его возле магазина, а если он меня узнаёт и решит добить? А если нападет на Настю? Я готова зарыться в своих мыслях, но Артём обещает перерыть все подъезды сегодня ночью и найти его. Он попросил отдать нож для экспертизы, жаль с ним расставаться, это был подарок папы.
Артем провожает меня до двери квартиры, потому что я попросила, мне страшно, и света в подъезде нет. Я звоню Насте и стараюсь ровно рассказать про ситуацию, Настя в шоке. Беру с неё обещание купить газовый баллончик и заходить домой завтра с фонариком.
«Как прошел твой день, звездочка?»
Блин, Женя.
Как не вовремя.
«Нормально, а у тебя?»
«Шикарно, можешь меня поздравить, моя команда выиграла турнир.»
Ох. Хочу лечь спать и забыть этот день.
«Поздравляю!»
Принимаю душ и ложусь в кровать. Голова раскалывается, может от удара об стену? Решаю пойти на кухню и выпить таблетку от головной боли, иначе я не усну и буду всю ночь думать о наркомане в подъезде.
Телефон я оставила на зарядке на столе, проходя мимо тыкнула в экран и заметила два сообщения:
«У тебя нет настроения, что-то случилось?»
«Поговори со мной, пожалуйста.»
Чёрт, ну почему он сейчас пристал, моя голова раскалывается на мелкие осколки от каждой мысли и я ни с кем не хочу говорить. Прости, Женя.
***
На следующий день пропускаю английский, потому что ночью плохо спала. Ко всему, я ещё боюсь, что рано утром в подъезде по-прежнему нет света. Я не дам этому страху поглотить меня, но конкретно сейчас – мне нужно время, чтобы всё переварить и снова спокойно ходить по своему подъезду. Выхожу из дома ближе к одиннадцати, чтобы прямо впритык успеть к лекции.
Я решила пересмотреть свой стиль и вышла в кедах, чёрных спортивных штанах, худи и спортивной куртке. В институте всем всё равно как я выгляжу, зато так я смогу бежать дольше и убежать быстрее, если на меня снова решит кто-то напасть.