Остров душ

Раис сняла пистолет с предохранителя и прицелилась, но Ева опередила ее, ударив по руке.
– Думай головой! Если мы оставим такие следы, арест могут отменить, а у нас будут неприятности. Это самое последнее, что нам нужно.
Мара посмотрела на нее налитыми кровью глазами и стряхнула мокрые листья с одежды, но послушалась: ей не хотелось в этом признаваться, но Кроче была права.
– А ты-то? Какого хрена ты так много стреляла? – спросила она обвинительно.
– Ну как, я увидела, что мимо прошел кабан, и сказала себе: «Почему бы и нет, хоть что-то будет на обед». Конечно, чтобы напугать его и заставить сдаться, для чего еще, святые угодники?
Мара покачала головой.
– Вы действительно полицейские? – Мелис насмехался над ними.
– Вставай, или я поставлю тебя на ноги пинками.
– Девочки, вам двоим действительно стоит расслабиться.
– Как Илария? – спросила Кроче.
– Она в плохом состоянии. За ней летит вертолет, – мрачно сказала Раис. – Он может не успеть.
– А Маддалена? Она жива? – спросил Мелис, с трудом вставая. Ева обеспокоенно спросила то же самое у напарницы.
Раис вытерла лицо тыльной стороной ладони, затем ядовито прошипела:
– Понятия не имею, но надеюсь, что нет… Мы обыскали твой дом, идиот. Мы видели фотографии и рисунки, и ты обречен.
Мелис ограничился тем, что плюнул на землю.
Они услышали вой сирен, и на сей раз это были не машины «Скорой помощи».
Ева схватила Мелиса за руку и прижала его к стволу сосны. Она была очень далека от любезности.
– У нас есть максимум две-три минуты, чтобы вытянуть из него кое-что, «поговорить по душам», – сказала она коллеге. – Ты готова или боишься испортить маникюр?
– Что тут можно сказать, кроме «да», Кроче, – сказала Раис, подходя к Мелису со злорадной улыбкой на губах.
  
Глава 77
 
Оперативный штаб, отдел убийств, полицейское управление Кальяри
 
Жалкие три часа сна. Четырнадцать часов прошло с тех пор, как они вышли из дома тем утром. И это еще не конец: перед окончанием смены ее ждала хорошая стопка бумаг и, вероятно, приятная беседа с отделом внутренних расследований, как принято после перестрелки. Обе напарницы выглядели так себе: обувь испачкана, одежда грязная, прилипшие к голове волосы, пятна крови на лицах, одежда пропитана едким запахом страха, пороха и адреналина. И все же, когда Раис и Кроче вошли в оперативный штаб, их приветствовали, как двух кинозвезд на красной дорожке.
Женщины смущенно уставились на аплодирующих сотрудников отдела убийств. Одни свистели, другие хлопали их по спине. За снисходительными улыбками таилась зависть к тому, что они увели у коллег из-под носа самую крупную добычу, но это не помешало тем сгрудиться вокруг них двоих и сделать групповое селфи, выпустив едва сдерживаемое в эти часы страха напряжение.
Через несколько секунд аплодисменты, похлопывания и рукопожатия стихли, и все вернулись к своим столам, снова хмурясь: Илария Деидда на операционном столе, как и стрелявшая женщина – и состояние обеих крайне тяжелое.
Фарчи и Ниедду подошли и поздравили с задержанием подозреваемого, спрашивая об их состоянии.
– Хотелось бы просто разуться и присесть где-нибудь с бокалом славного красного… – призналась Раис.
– А ты, стрелок, как поживаешь? – спросил Фарчи Кроче. – Нужно, чтобы тебя кто-нибудь осмотрел?
– Нет, я в порядке, босс.
– Хорошо… Кроче, вице-комиссар и комиссар хотят поговорить с тобой после того, как ты закончишь разговор с внутренним отделом.
– Почему они? – спросила Ева.
– Им нужна ваша версия событий, чтобы закрыть отчет о стрельбе как можно быстрее. Это формальность, не волнуйся.
Кроче кивнула.
– Раис, пока она разговаривает с инспекторами, ты пишешь отчет коллегам в отдел внешних связей, чтобы те могли придумать, что сказать на пресс-конференции.
– Хорошо, – ответила Мара.
– Синьор, если это возможно, я бы хотела, чтобы мое имя не упоминалось ни в каких пресс-релизах, – сказала Ева.
– Конечно, Кроче. Конечно.
Раис наблюдала, как коллеги из специальной группы занимаются подготовкой материала для допроса лидера секты.
 
– Кто откроет танцы с Мелисом? – спросила она.
– Я, – ответил Ниедду. – Когда вы привели Мелиса сюда, его адвокаты уже двадцать минут как сидели и ждали, точа клыки.
– Новости в этом городе распространяются быстро, – прокомментировала Ева.
– Да. И будет нелегко добиться от него чего-нибудь с этими двумя псами рядом, но я сделаю все, что в моих силах.
– Вы уверены, что вам не нужно к врачу? – снова спросил Фарчи. – Вы обе действительно плохо выглядите.
– Сказал красавчик Брэд Питт, – парировала Раис, чуть приоткрыв губы.
– Мы в порядке, синьор. Серьезно… Есть новости об анализе крови? – спросила Ева.
– Вопрос нескольких часов или, может быть, минут, – ответил Фарчи. – Прежде чем вы пойдете на разговоры, я хочу знать, есть ли что-то, что вы должны сказать именно мне.
– Да: включи нас в команду. Мы это заслужили, – сказала Мара.
– Я не это имел в виду – и в любом случае не могу, ты же знаешь, – сказал Фарчи, понизив голос.
– Тогда дай нам прибавку.
Фарчи повернулся к Еве, чтобы не послать Раис куда подальше.
– Когда вы были там с ним, вы сделали что-нибудь, о чем я должен знать, чтобы прикрыть ваши задницы?
Две женщины обменялись обиженными взглядами.
– Ты действительно думаешь, что мы такие? – возразила Мара.
Фарчи покачал головой, и Ниедду улыбнулся.
– Хорошо, святоши, я вас подвезу, – сказал он.
– Подожди, – сказала Ева. – Есть одна вещь на самом деле…
– Забудь… – предупредила ее Раис.
– В чем дело? – спросил начальник.
Кроче отошла от столов и от ушей коллег, а за ней – Фарчи, Раис и Ниедду.
– Ну? – сказал Фарчи, напрягшись.
– Да ничего, – сказала Мара. – Инспектор все еще немного потрясена стрельбой и насыщенным событиями арестом, и я бы сказала, что это нормально, так как…
– Заткнись, Раис… Кроче, что такое?
– Конечно, Мелис виновен в насилии, хранении наркотиков, возможно, еще и в похищении… – сказала Ева тихим голосом. – Но я не думаю, что это он убил ее.
  
Глава 78
 
Санузел в женских раздевалках, полицейское управление Кальяри
 
Когда Ева вошла в туалет раздевалки, Раис, стоявшая сгорбившись над раковиной, выпрямила спину и обернулась, бросив на нее злой взгляд. Кроче заметила, что ее глаза мокры. От слез. Она была мертвенно-бледной, как будто только что начала приходить в себя. Одна из неоновых панелей излучала свет, похожий на умирающего светлячка, что не добавляло ей красоты и старило.
– Какого хрена ты хочешь? Я сказала тебе, что мне нужна минутка; ты глухая, что ли? – отрезала Мара.
Кроче убедилась, что они одни, а затем уставилась на нее со скрытым смущением:
– У меня только что начались. На две недели раньше… – сказала она. – Меня бесит, что приходится просить у тебя, но я тут больше никого не знаю. Теперь, когда Деидда… В общем, у тебя есть прокладка? Обещаю потом вернуть.
Раис несколько секунд молча смотрела на нее под резким светом люминесцентных ламп.
– В смысле попользуешься и вернешь? – поддразнила она Еву.
– Ясное дело, – сказала Кроче, поджимая губы в намеке на улыбку. – Согрею для тебя, так сказать.
– Ух, какая гадость… – пробормотала Мара. Затем порылась в своей сумке и бросила ей прокладку. – У меня тоже только пошли, – призналась она. – Опоздали на полторы недели. Уже волноваться начала…
– Должно быть, это стресс, – сказала Ева.
– Или, может быть, мы «гармонизируемся», как говорит моя мать.
Ева замерла, прежде чем зайти в кабинку.
– Почему ты плакала?
– Я не плакала. И вообще, учись не лезть не в свое дело.
Кроче покачала головой, смирившись с вечной ершистостью своей напарницы, и открыла дверь.
– Я чувствую себя виноватой… – слабым голосом призналась Раис через несколько секунд.