Буря (СИ)
Как-то было собрание старейшин и старост посёлков русского анклава, на котором и Аюк присутствовал, там как раз и решили засадить вырубки семенами этих гигантов. Более того, там, кроме этого, Фролов рассказал, что просто доски никто больше никому продавать не будет. Доски стоят копейки. Будут делать мебель, бочки, фургоны и прочие изделия, которые в разы дороже простых досок. И денег больше получим, мол, и лес сохраним.
После лесопилки река повернула на север, и опять она протекала по заросшим лесом долинам и огромным полянам и поймам, которые отлично подойдут, как для постоянных поселений, так и для выпаса скота, и, скорее всего, круглый год, так как летняя погода, когда месяцами нет ни одного дождя, на местную растительность не влияет, и тут трава летом должна быть такая же зелёная.
Когда остановились на ночлег, Лёшка сказал, что если вот отсюда пойти на запад к океану, то часа через два попадёшь в соседнюю долину и там расположено огромное озеро, очень красивое.
Утром и пошли к озеру. И застряли там почти на неделю, обходя его и нанося на карту. Ни о чём подобном Аюк раньше даже не слышал. Это не какое-нибудь круглое озеро, которое все видно сразу. Это как река с десятком притоков. Оно узкое, извилистое и разветвлённое. И вода настолько голубая, что глаз не оторвать. Красота. Вот где Александру Васильевичу нужно сделать было пульмонологический центр. Тут бы больные чахоткой от одной красоты и ароматов леса сами выздоравливали. Жаль нет таких аппаратов, которые могли бы как сообщения людей мгновенно на большие расстояния переправлять. Этих бы больных да телеграфом отправить сюда, хоть на недельку. Ничего, князь Болоховский говорит, что в будущем люди научатся строить машины, которые по воздуху летают. Тогда можно и сюда будет из Тулы добраться. А санаторий они здесь построят. Пожить недельку в такой красоте за счастье и без болезней.
Событие двадцать шестое
России необходим такой флот, который в каждую данную минуту мог бы сразиться с флотом, стоящим на уровне новейших научных требований. Если этого не будет, если флот у России будет другой, то он будет только вреден, так как неминуемо станет добычей нападающих.
Пётр Аркадьевич Столыпин
Промахнуться с двух кабельтовых — так-то нужно сильно постараться. И тем не менее, это почти произошло. Выстрел из 80-фунтовой огромной пушки, каким-то чудом уместившейся на шканцах потряс «Диану» и… ничего. Бомба проломила фальшборт задний в районе кормы более низкого пароходика и канула в пучину моря, где и взорвалась, ну окатило нескольких англичан солёной водой. Эка невидаль. Моряки же. Привычные.
— Семён Семёныч, — буркнул стоящий теперь на мостике Сашка. Тебеньков, находившийся рядом, заозерался, этого неизвестного ему персонажа выискивая.
Бабах. Теперь со шлюпа плюнули в «Диану» из двух орудий. И оба ядра попали в листы медной обшивки, отрывая их. Всю красоту испортят, сволочи.
Ух! Даже горячий ветер долетел до мостика. Это со шканцев вновь жахнула 80-футовая дура. Бабах. И ещё одна бомба с «Дианы» полетела в сторону англичан. Это расположенная на баке 68-фунтовка решила поддержать старшую товарку.
О как! Бомба 80-фунтовая врезалась в фок-мачту и взорвалась. Хрясь, и мачта завалилась на кораблик, сминая ему трубу. Бабах. И там, где раньше было прикрытое кожухом колесо гребное остались одни ошмётка, а запчасти брызнули во все стороны. «Вираго» стал поворачиваться к богине задом. И при этом чуть заваливаться на правый бок. Мачта была с кучей парусов, и теперь все они тормозили кораблик, так как после того, как снесла трубу паровой машины, фок-мачта ухнула в воду и наполовину погрузилась. Ну, там, на шлюпе, сразу не до стрельбы стало. Более того, на «Пике» тоже стало не до стрельбы. Фрегат обходил шлюп и готовился уже выстрелить по «Диане» всеми орудиями правого борта, и тут прямо между ними организовался развернувший «Вираго». Бабах. Несколько канониров на «Пике» не успели среагировать и послали в своего младшего товарища ядра. Не много. Но одно, как потом оказалось из допроса пленных, было послано крайне удачно. Оно попала прямо по ватерлинии и в многострадальный шлюп хлынула вода.
— Перенести огонь на фрегат! — рявкнул в рупор капитан богини.
Как это можно сделать, Сашка не очень понимал. Если между «Пиком» и «Дианой» крутится пароход, то и между «Дианой» и английским фрегатом тоже чего-то похожее дымит и вертится.
Бабах. На этот раз промах по «Вираго» огромному орудию на шканцах удался на славу. Бомба пролетела, порвав Грот-парус, и преодолев ещё два кабельтова, врезалась в борт «Пика». И не просто в борт, она проломила перегородку и взорвалось на батарейной палубе — опердеке. Грохнуло знатно, золотого выстрела не случилось, всё же пороховой склад в самом низу обычно, но часть зарядов явно подняли перед боем, и теперь часть из части взорвалась. Огромная дыра организовалась в борту «Пика». Как минимум четыре орудия уже не выстрелят.
В это время рявкнули сразу два 68-фунтовых орудия с бака «Дианы». Одна бомба взорвалась, угодив в то же многострадальное гребное колесо «Вираго», только шлюп уже почти развернуло, и бомба шла по касательной, но врезалась, судя по всему, в ось, изменила направление и жахнула в районе ватерлинии.
Бабах. С «Пика» ответили залпом из трёх орудий со шканцев. Ответили ядрами из 32-фунтовок. Надо понимать — это корронады. По данным, полученным от пленных, именно они там стоят. Одно ядро противника проломило фальшборт в трёх шагах от Сашки и, раскурочив следующий, ушло в пустоту, а вот ещё одно разбило шлюпку на палубе, и острые щепки брызнули во все стороны. Даже Сашке, стоящему метрах в десяти, досталось. Третье видимо просто мимо пронеслось, ничего не порушив. К Сашке тут же бросился его нянька — первостатейный фельдшер Егор Егорыч, и начал физию, поцарапанную, йодом поливать и бинтами бинтовать, еле от него контр-адмирал отбился. Вид при этом приобрёл грозный, метис такой половина лица коричневая от йода, половина красно-розовая от размазанной крови. На страх своим и на ужас неприятелю.
Тудух. Грянуло со всех сторон. «Диана» ответила всем левым бортом. Корабль ощутимо вздрогнул и даже завалился слегка на правый борт. Всё же не зря на фрегаты таких монстров, как 80-фунтовки не ставят. Велика кольчужка.
Тадах! Штук пять бом разорвались на верхней палубе «Пика». И сразу ещё раз грохнуло, и в этот раз взорвались приготовленные припасы. Английский фрегат окутался клубами дыма и из них уже не вылез. Сразу в нескольких местах на палубе начался пожар и вспыхнули в добавок паруса на Бизань-мачте. Датах. Огонь ещё до одних припасов у них там добрался. Корабль стал резко отворачивать, выходя из боя. А прямо за ним вырастали пока белые горы парусов на «Президенте».
Сашка сквозь дым, застилавший мостик на «Диане», попытался глянуть на юг. Где там помощь? Или как в книжке про Корчагина? Не будет смены? По крайней мере, он парусов не разглядел. Радовало, то, что пока в них никто не стрелял. И на «Пике», и на «Вираго» боролись сейчас за живучесть собственных кораблей и им было не до обстрела чужих. Они к этому просто морально были не готовы, пришли втроём забить ногами лежачего инвалида, а получилось такая вот заваруха. «Президент» был самым мощным и большим из этой троицы, всё же на нём пятьдесят два орудия, как и «Диане». И скорее всего — проект наши взяли на свой фрегат где-то там, на «Туманном Альбионе», так как корабли смотрелись совершенно одинаковыми. Может и есть различия, но их ещё найти надо, как в журнале «Мурзилка» из детства Виктора Германовича.
— Господин капитан, а давайте попробуем те орудия, что на лафете от мортир. Как раз перебросим бомбы через этих двух подранков.
— Пятое и шестое орудие огонь! — словно ждал только одобрения, в рупор рявкнул Тебеньков. Может и зря Сашка на него бочку катит, вон как громко командует. И не суетится. Хотя может и воевал где? Не, вроде всегда на северах был.