Буря (СИ)

Что ж. Нужно думать, как выпутаться из этого положения. Ремонт практически закончен, водой все свободные бочки заполнены, продукты куплены, Тебеньков говорит, что можно послезавтра выходить из порта, тем более и ветер настроился почти попутный. Будет немного прижимать к берегу, но это не страшно. Тут мелей нет. Сразу глубина приличная.
Но за ними сразу выйдет эта «святая» троица: фрегаты «Пик», «Президент» и 6-пушечный колёсный парусно-паровой шлюп «Вираго». Орудия на двух фрегатах за время стояния рядом в порту Сашка посчитал: фрегат «Президент» — 52 орудия, фрегат «Пик» — 40 орудий. «Президент» стоял чуть в отдалении, и захваченные моряки оказались с «Пика», потому что там за орудия, достоверно не известно, зато на «Пике» теперь известно точно — все орудия 32-фунтовые. З6 нормальных орудий и четыре корронады на шканцах.
Событие двадцать третье
План был прост: взломать дверной замок, съесть в буфете все сосиски, взять из кассы всю мелочь и скрыться.
рассказ «Мой кумир» Фазиль Абдулович Искандер
— Вот такой способ я где-то в книжке прочёл, — Виктор Германович рассказал без названия корабля, способ, которым «Аврора» ушла от трёх английских кораблей адмирала Прайса в «Реальной истории». Естественно, перед этим поведал о полученной информации.
— Книжки и жизнь — это разные вещи, — старший офицер 52-пушечного фрегата «Дианы» лейтенант Иван Иванович Бутаков расправил пальцами длинные, но не пышные пшеничного цвета бакенбарды.
— У вас есть другие предложения? — Сашка отвернулся, ну ладно, он уже привык к бакенбардам… почти привык, но тут было что-то настолько гадкое, как человек сам не видит, что они его уродуют. Хоть бы были пышные и кудрявые, так нет три волосинки в два ряда, но длиной в пятнадцать сантиметров.
— Выйти и дать бой! Как же наши новые орудия, а эти стрелки ваши⁈ Нужно именно в честном бою их победить! — а пафоса-то сколько.
— Ещё есть мнения?
Однокашники Бутакова по Морскому кадетскому корпусу лейтенанты Александр Фёдорович Можайский и князь Александр Васильевич Оболенский отрицательно замотали голова.
— Конечно же честный бой! — младший брат Александра Фёдоровича Можайского мичман Тихон Фёдорович припечатал ладонью широченной по карте, развёрнутой на столе.
— Ну, чего, — Сашка на другое и не рассчитывал. Победа над английским кораблём в Карибском море сделала из молодых офицеров сторонников кардинальных решений. Одного побили, даже не поцарапавшись, и с тремя справимся, — хорошо, готовьтесь. Проверьте заряды к орудиям, особенно к большим. Ну, и нужно приготовить пробки и пластыри, у них в сумме сто орудий, хоть несколько ядер или бомб до нас долетит. Ну, я не моряк, вам виднее, что делать. Послезавтра, как рассветёт, выходим в море. Всё же попытаемся сразу поставить все паруса. Вдруг вражеские корабли растянутся и получится разделаться с ними по очереди.
Работа на «Диане» после этого сразу закипела. Вот как была типа вода в кастрюле градусов девяносто девять, и потом сто и пузыри во всю мощь лезут вверх, один другого опережая. Ведь, сто процентов, что участники совещания проболтались. Своим подчинённым сказали по секрету. Те своим, под ещё большим секретом, и через пару часов весь экипаж, да и крестьяне переселенцы заодно, знают, что послезавтра наши ихним наваляют по первое число, а опосля и по второе. Все готовились, даже крестьяне топоры сели точить. Сюрреализм. Как с таким войском воевать, как изобретать казнозарядные орудия горные, да они в этот же день будут у врага и даже не по злому умыслу, а потому, что похвастать захотелось мичману, выпендриться перед дочкой кузнеца Ерофея. Ну, а чего дивчина и впрямь всем взяла. Эдакая Аксинья из «Тихого Дона». Кровь в молоке. Можно мичмана понять. Опять же дивчина так глазки широко от удивления раскрывает и грудь начинает от волнения высоко подниматься, хотя вряд ли выше возможно. И без того за подбородок почти задевают.
 
Обломали. Как серпом по… Пусть будет, по уху. Тоже ведь — неприятно. Рано утром на следующий день Виктора Германовича разбудил заполошный бой рынды. Даже не бой, а беспрерывный бум. Человек устроивший этот перезвон двигал рукой со скоростью двести ударов в секунду.
— Чего такое? — от его каюты до мостика рукой подать.
— Ваше превосходительство — НАШИ! Никак «Паллада» с «Востоком»! Эвон в бухту входят!
Сашка посмотрел в указанном направлении, ну один корабль, срочно убирающий паруса, видно. Более мелкий «Восток» пока не видно. И не дымит никто, так может скормили весь уголь прожорливому чудовищу, спрятавшемуся в чреве кораблика.
Через два часа Римский-Корсаков, первым оказавшийся на «Диане», докладывал, что как вышли из Ресифи, так вот до сюда ни одного шторма, словно испугались древней богини все бури и штормы. Благополучно всё на обоих кораблях, ни больных, ни раненых. Только запас воды пополнить и продуктов свежих прикупить и хоть через три дня можно дальше идти.
За радостью встречи все как-то позабыли, что на завтра назначена война с Великобританией. Хотя наглы они смелые и наглые, если скопом всей стаей на слабого навалятся, а теперь полный паритет. Два фрегата и небольшой шлюп у них и два фрегата и шхуна соизмеримая со шлюпом у нас. И мелочь в обоих случаях паровая. Ну, это если с британской позиции ситуацию рассматривать. С этой стороны, она совсем другая. На «Диане», Палладе' и «Востоке» стоят орудия снятые с линкора «Россия». Там полно и 80-ти фунтовых орудий, и 68-фунтовых, и двухпудовые есть, а на английских фрегатов 32-фунтовые орудия и в основном они будут стрелять ядрами. Не следует забывать и о тринадцати «уточницах» на «Диане». А если дело дойдёт до абордажа, то на «Палладе» сотня калмыков казацкой национальности. Ну, или наоборот. Это не забитые матросики, чёрте чем вооружённые. Это — воины. И у них дробовики, пусть и однозарядные, имеются. Но сто выстрелов из дробовиков — это сто раненых или убитых.
Так что теперь перевес два примерно к одному за русскими кораблями. А зная трусливую британскую натуру, Сашка засомневался, что теперь полезут…
«Стоп», — сам себе сказал Сашка.
Событие двадцать четвёртое
Испокон веков птиц ловят на одни и те же приманки, а люди попадаются в одни и те же ловушки.
Массимо де Адзельо
— Друзья мои, если кто-то против, то возражайте, если нет, то давайте действовать, — контр-адмирал Александр Сергеевич Болоховский по очереди глянул на трёх капитанов его маленькой эскадры.
— А по зубам? — это Иван Семёнович Унковской — капитан «Паллады» не угрожал Сашке, а поинтересовался, смогут ли они эту рыбку съесть.
— Ну, мы без вас собирались, а теперь вы, — адмирал развёл руки, показывая, какая сила привалила.
— Там как раз мыс выступает далеко в море, за ним и схоронимся, — как-то больно радостно потёр руки Воин. Нет, это не название профессии — это имя капитана «Востока» — лейтенант Во́ин Андреевич Римский-Корсаков.
— Только пусть они из вида скроются, — ещё раз предупредил Унковского и Воина Сашка. — Не вспугните добычу.
— Слушаюсь, Ваше Превосходительство.
— Слушаюсь, Ваше Превосходительство.
На следующий день весь порт был в суматохе, два пришедших только вчера русских корабля срочно грузились провизией, водой и всякой необходимой в плавание мелочью. Торопятся сильно. Везут крестьян в Форт-Росс и потому до весны настоящей должны успеть. Даже с «Дианы» им часть продуктов перегрузили, в том числе непонятные длинные мешки. Палки что ли? Ну, не ружья же, больно длинны.
Утром третьего дня и отчалили, а «Диана» догрузила продукты взамен отданных соотечественникам и утром следующего дня вышла в Тихий океан, сразу повернув на север, ей дальше плыть в Петропавловск. Об этом в порту только ленивый не знал.