Он хочет тебя (СИ)
Я и не заметил, как преодолел жалкое расстояние между нами и схватил её за горло. Валерия испуганно дёрнулась, на автомате вцепившись в мою руку и начав жалко трепыхаться, испуганно ловя ртом воздух.
— Просто одна маленькая ложь? — процедил я сквозь зубы. — А ничего, что это грёбаная ложь могла стоить моей жене и нашему с ней ребёнку жизни? Ты знаешь, сука, я мог потерять их обоих! А моя дочь осталась бы без матери! Ты ещё легко отделалась!
Встряхнув её, я оттеснил Леру к стене и наконец отпустил. Она не устояла на ногах и медленно сползла на пол, смотря на меня с неприкрытым ужасом. Стоило мне сделать шаг в её сторону, как девушка дёрнулась назад, но упёрлась в стену позади себя. Она была в ловушке. Опустившись на корточки, я заглянул ей в глаза. Меня нисколько не тронул её испуганный вид. Я не был садистом, чтобы получать удовольствие от унижения беззащитной женщины, но Валерию мне хотелось раздавить, как мошку.
— Не играй со мной. Можешь пораниться. Если собираешься поиграть с мужчиной, который сильнее тебя в несколько раз, будь готова к последствиям.
Не в моём стиле было пугать женщин, но её следовало осадить. Поставить на место, чтобы сильно не рыпалась.
— Захар, — отвлёк меня голос Дамиана. — Мы засекли людей Карима.
— Карима?
Валерия побледнела на глазах, и мы поняли, что она знала, о ком шла речь.
— Ты знаешь его?
— Те люди. Они назвали его имя и сказали передать тебе привет. — Её голос дрожал.
Мы с Юдиным переглянулись, и моё сердце ушло в пятки. «Дарина! Я ведь оставил их совсем одних!» — мелькнула у меня мысль, полная паники.
Глава 50
Захар
Оставив Леру на попечительстве у Юдина, я поехал домой. Страх за родных заставлял меня гнать по дороге, как сумасшедшего. Я не боялся, что мог заработать пару штрафов, ведь все мои мысли были только о моей семье. Слова Валерии и поступок Карима никак не укладывались у меня в голове. «Значит, этот старый хрыч решил идти до конца. Но кто ему помогает? Самостоятельно он не решился бы на такой шаг. Означает ли подобное, что ему кто-то в этом содействует? Но кто?» — приходили ко мне тревожные мысли.
Торопливо открыв дверь, я буквально вбежал в квартиру. В последней меня встретила непроницаемая тишина, которая ощутимо давила на нервы. Заглянув в спальню, я облегчённо выдохнул, ведь увидел там своих девочек, что мирно и сладко спали в обнимку.
Слегка успокоившись, я разделся и принял душ, который помог мне окончательно расслабиться. Неслышно прокравшись обратно в комнату, я прилёг рядом с женой и осторожно обнял её. Она потянулась и ещё ближе ко мне прильнула, но не проснулась.
Утром меня разбудили чьи-то прикосновения. Как оказалось, то была Марина, лежавшая у меня под боком и поглаживавшая моё лицо. Она тихо хихикала, и я решил подыграть ей, притворившись спящим.
— Мам, а когда проснётся папа? — громким шёпотом поинтересовалась малышка.
— Пусть ещё поспит, доченька. Идём, приготовим пока завтрак. Он обрадуется, когда узнает, что ты приготовила его любимый омлет, — заметила Дарина, склонившись над нами.
— Ладно. Только можно я сначала поцелую его в щёчку? — застенчиво спросила Марина и, не дожидаясь ответа, быстро чмокнула меня.
Оставаясь лежать без движения, я был готов разрыдаться от счастья, как баба. Дождавшись, когда они вышли из комнаты, полежал ещё несколько минут и отправился в душ. Мне требовалось привести себя в порядок. Закончив с делами, я заглянул на кухню, где меня уже наверняка ждал завтрак.
Усевшись за столом, я молча слушал лепет Маринки. Жена возилась с завтраком, но я всё равно то и дело ловил на себе её взгляды. Замечая это, дочь смущённо отводила глаза. Всё-таки характером она очень походила на свою маму.
— Ты садись, я сам.
Поднявшись из-за стола, я подошёл к плите, а Дарина и не возражала. Пока я колдовал над едой, мои девочки о чём-то шептались. Поймав на себе восхищённый и нежный взгляд жены, я по-доброму усмехнулся и подмигнул ей в ответ.
— О чём шепчетесь?
— Это женские секреты, — загадочно проговорила Марина, дуя на чай.
— О парнях, наверное? А вы знаете, что пока нашей маленькой принцессе не исполнится восемнадцать, разговоры о них под запретом? — уточнил я, делая строгое лицо.
— Ну па-а-ап! — протянула дочь, и её лицо густо покраснело.
— Что «ну пап»? — немножко передразнил я её.
— Захар! — одёрнула меня Дарина, покачав головой.
В ответ я улыбнулся и уселся напротив жены, но вдруг заметил отёки на её ногах.
— Милая, ты обратила внимание, как отекли у тебя ноги?
Посмотрев на любимую с беспокойством и оставив чай нетронутым, я присел на корточки и осторожно потрогал её ступни. Мне вспомнились недавние слова доктора, вынуждая мысленно чертыхнуться. «Как я мог не проследить за ней?! Вернее, за её состоянием?» — задался я вопросом, хмурясь и незамедлительно командуя:
— А ну-ка идём.
Я помог Дарине встать со стула и повёл её в сторону спортзала, где были весы.
— Ты набрала в весе, — резюмировал вслух, посмотрев на шкалу последних.
— Но я ведь так мало ем, — растерянно пробормотала она, стоя на них.
Её голос дрожал. Мне тоже было страшно. Я вспомнил, как ночью она ела мороженое с икрой, и понял, что ни черта не следил за её здоровьем. «Это я, блядь, во всем виноват! Пока я работал и решал чужие проблемы, порой такие незначительные, жена набрала лишние килограммы», — посетила меня неутешительная мысль.
— Собирайся, мы едем в больницу.
— Но Захар…
— Собирайся, я сказал! — Мой голос сорвался почти в крик, напугав тем самым её.
Спохватившись, я схватился за голову и прикрыл глаза.
— Извини. — Притянул жену к себе, а она обиженно надула губы и шумно задышала. — Извини, я виноват. Я дурак, знаю. Извини.
— Идиот!
— Согласен. Давай, ты собирайся, а я соберу Марину. Оставим её у Елизаветы с Борисом Герасимовичем. Думаю, она будет рада увидеть их.
Дарина кивнула, и вскоре мы уже выехали из дома.
В больнице нас приняли быстро. Доктор внимательно выслушал жалобы и направил нас на анализы. Я же всё то время, пока проходили процедуры, не находил себе места.
— Вы соблюдаете диету?
— Да, — пробормотала жена.
— Она вчера вечером не удержалась и ела мороженое с икрой, — вставил я.
Совсем скоро были готовы анализы, которые тут же обстоятельно изучил врач. Ожидая его вердикта, Дарина накрыла мою руку своей, ободряюще улыбнувшись.
— Я выпишу вам таблетки, но впредь строго соблюдайте диету. В таком состоянии, какое сейчас у вашей жены, не стоит пренебрегать правилами питания.
Из больницы я вышел со смешанными чувствами. Несмотря на заверения докторов в нормальности ситуации, на душе у меня было неспокойно. Впрочем, все невесёлые мысли прервал голос Дарины, которая стояла рядом и опиралась на мой предложенный локоть:
— Пошли?
— Идём.
У самого выхода нас окликнули. Повернувшись назад, я увидел спешившую за нами молоденькую медсестру, которая прижимала к груди какие-то бумаги.
— Да? — Вскинув бровь, я напряжённо посмотрел на неё.
— Вы же Дарина Алексеевна? — спросила она, на что жена ответила ей кивком. — Вы оставили в приёмной документы.
— Ну? — Я протянул руку за последними, но девушка растерянно качнула головой.
— Ой, извините, но я совсем забыла их захватить. Я спешила, к тому же мне велели только сказать вам об этом. — Она виновата улыбнулась.
Я едва ли не разозлился, но вовремя спохватился, хорошо понимая, что подобное ничего не решило бы, а просто заняло бы у меня некоторое время. Последнее же было лучше потратить на то, чтобы вернуться назад и самому забрать документы. «Что же это может быть?» — гадал я, пытаясь припомнить все сопутствующие беременности супруги бумаги.
— Ты подожди меня, а я возьму их и скоро вернусь. Держи ключи и подожди меня в машине, — предложил я любимой, вытаскивая из кармана брюк ключи и вручая их ей.