Неподходящий (СИ)

Сергей только этого предположения и ждал, не удержавшись от соблазна немного покрасоваться приложенными к сегодняшнему свиданию усилиями.
— Не открылись, — произнес он одновременно с раздавшимся звонком прибытия лифта на нужный этаж и загадочно улыбнулся. — Прошу.
Кира сделала пару шагов и замерла, рассматривая представший перед ней вид. На улице чуть стемнело, и огромный зал ресторана — от зоны хостес до самых дальних уголков со столиками — сиял невероятным количеством ламп и гирлянд, а в высоких окнах просматривалась не знающая сна и покоя Москва с ее сотнями тысяч огней.
— Мы здесь одни? — уточнила Кира почти шепотом.
Сергей довольно кивнул, встав у нее за спиной.
— Совершенно одни. Ни официантов, ни шефа. Только ты, я и очень вкусный ужин.
Кира вздохнула, почувствовав его руки у себя на плечах. Осторожно перебросив ее волосы на одно плечо, Сергей медленно, позволяя ей при желании отстраниться, наклонился и прижался губами к изгибу шеи. Кира едва слышно всхлипнула, он же поглубже втянул в себя аромат ее кожи и духов. Взгляд помутнел и мгновенно вспыхнула кровь.
Во избежание Сергей отстранился.
— Предлагаю поужинать, — сказал он сипло. — И продолжить наш разговор, как ты и хотела.
Кира заторможенно кивнула, вероятно, еще переживая собственные ощущения. Сергей был полностью доволен оказанным эффектом.
Бесконечно радовало, что он не зря уламывал шефа нового ресторана выйти на денек из отпуска и оплачивал переработку еще нескольким сотрудникам. Что не зря вызывал декоратора для одноразового украшения зала — концепция ресторана не предполагала подобной ослепительности, но для свидания хотелось вот такой, чрезмерной, ошарашивающей красоты: уж если ему, взрослому мужчине понравилось, то девушка рядом с ним, судя по блеску восхищения в глазах, была, пусть и ненадолго, сражена.
— Присаживайся, — Сергей отодвинул перед Кирой стул. Подхватив оставленные персоналом длинные спички, он зажег свечи и приступил к подаче блюд, дожидавшихся их появления на сияющей хромированной тележке.
— Тебе помочь с чем-нибудь?
— Ш-ш, — он бросил на Киру наиграно остерегающий взгляд, — просто сиди и наслаждайся. Все готово, нужно только немного поиграть в официанта.
Сразу же уловив его настроение, она вольготно откинулась на спинку стула восторженным голосом уточнила:
— Так сегодня у меня в официантах аж владелец ресторанного бизнеса?
— Ага, — Сергей скромно наклонил голову, расставляя тарелки с едой, и пошутил: — Надеюсь, прекрасная дама за этим столиком останется довольна качеством обслуживания и получит удовольствие от кухни нашего ресторана.
Кира засмеялась.
— Всенепременно оставлю отзыв на «Флампе».
— Я надеялся на полноценную критическую статью, — Сергей разочарованно цокнул и взял в руки бутылку вина. — Выпьешь?
— А ты нет?
— Почему же? Возьмем на обратном пути такси, не волнуйся.
— Хорошо, — согласилась Кира и, явно отреагировав на намек в его последних словах, смущенно уставилась на собственные руки и покрутила браслеты на запястье.
Наверняка для нее ходить вокруг да около было намного проще, но Сергей не собирался изображать из себя святую невинность. Он, к сожалению или счастью, уже давно не двадцатилетний мальчик.   
— Что ж, — заняв свое место за столом, Сергей принялся знакомить Киру с меню: — Тимур Артемович — наш крутой шеф, — расстарался. Приготовил, как мне кажется, половину утвержденных блюд и еще добавил что-то новенькое. Я могу сразу дать тебе описание или же можем и здесь продлить твой сюрприз. Пищевой аллергии или нелюбви к конкретным продуктам нет? — Вот уж о чем нельзя не спросить спустя столько лет работы с общепитом.
Кира покачала головой.
— Вроде бы нет. Выбираю сюрприз. Надеюсь, только гастрономический, — заметила она, посмеиваясь. — Не хотелось бы предстать перед тобой с опухшим лицом в случае чего.
Сергей послал ей укоряющий взгляд.
— Что? — возмутилась она весело, с интересом изучая блюдо с закусками, и добавила: — Я с юрфака, так что могу и не о таком за столом пошутить.
 
— Не уверен, что это свойственно всем юристам, — для вида засомневался Сергей.
В ответ Кира закатила глаза.
— Ну, каким-нибудь нотариусам, может, и несвойственно. А я изначально хотела в следком идти. Поэтому, — сказала она назидательно, — радуйся, что я не начала беседу с истории о том, как одна моя знакомая, проходя стажировку у следаков, однажды ночью искала в осеннем лесу потерянную пятку. Трупа, разумеется.
Сергей поперхнулся вином и захохотал.После они, наконец, приступили к дегустации сотворенных Тимуром Артемовичем шедевров. Еще в период составления и одобрения меню нового ресторана Сергей успел многое попробовать, однако и по его душу нашлись сюрпризы. Они с Кирой здорово повеселились, одновременно съев аппетитного вида брускетту, состав крема на которой никто из них так и не сумел угадать. Гастрономические впечатления остались смешанные, зато настроение было прекрасным.
Вскоре они утолили голод и здорово раскрепостились, благодаря выпитым бокалам вина — ни Кире, ни Сергею и в голову не пришло себя ограничивать. Все чаще значительно переглядываясь, мягко улыбаясь и изредка облизывая губы, они закончили с едой и вернулись к прерванной ранее беседе.
— Расскажи о своей семье, — попросил Сергей, давно хотевший узнать о Кире побольше.
В ответ на довольно стандартный вопрос она заметно помрачнела.
— М-м, — замялась она. — У меня не осталось семьи. Нет-нет, —уловив ход его мыслей, поспешила она возразить, — я не росла в детском доме. Тут мне повезло.
Сергей нахмурился. С одной стороны нежелание расстраивать Киру вполне очевидно подсказывало перевести тему, с другой же — его мучило любопытство. Не праздное, а настоящий интерес к Кире и ее судьбе, к пониманию ее личности, невозможного без знания о ее прошлом и настоящем.
— Поделишься? — решил он в итоге не слишком настаивать.
Она неопределенно пожала плечами и сказала:
— Мама погибла, — по неизвестной причине на последнем слове ее голос прозвучал как будто неуверенно, — когда мне было семь. Я выросла с бабушкой и дедушкой в ближайшем Подмосковье, потом вернулась в столицу. Дедушка умер десять лет назад, бабушка — почти четыре года назад. Больше близких родственником у меня нет.
— А отец? — вырвалось у Сергея против воли. Он видел, какими печальными, бездонно-грустными стали ее глаза; продолжать этот разговор не стоило: тот сулил Кире боль.
— Об этом я говорить не хочу, — сказала она резко. Глубоко вдохнула и выдохнула, после чего добавила уже с извинительной улыбкой на губах:  — Слишком печальная история для подобного вечера. Я не хочу вспоминать.   
— Я понимаю, — кивнул Сергей. — Извини, что поднял эту тему.
— Ничего. — Кира качнула головой. — Может, тогда, по принципу талиона[2], расскажешь о своей семье?
— Хорошо. Впрочем, — он растянул губы в грустной улыбке, — наши ситуации немного похожи. У меня тоже уже никого не осталось, но в моем возрасте это нормально.
— И давно? — уточнила она с пониманием.
— Относительно. Отца не стало пару лет назад, а мамины похороны были четыре месяца назад.
— Я очень тебе соболезную, — Кира смотрела на него с таким пронзительным сочувствием, что Сергей поспешил переключить ее внимание.
— Я должен тебя поблагодарить.
— За что? — удивилась она.
— За то, что решила со мной познакомиться, — пояснил он, слабо посмеиваясь. — Я в тот день приехал с поминок и, если честно, не знал, куда себя деть. А потом появилась ты. — Он отсалютовал Кире бокалом. — За тебя.
Смотря на него с легкой потерянностью во взгляде, она молча подняла свой бокал и пригубила вино.
— Хочешь экскурсию по кухне? — Пришла пора спасать свернувшее не туда свидание. — В святую святых нашего шефа.
Не задумываясь, Кира изо всех сил закивала головой.
— Очень! Никогда не была на кухне ресторана.
Ее искренний интерес отозвался приятным теплом в области груди.