Неподходящий (СИ)

— Ну что, на следующей неделе вы с Шевченко в суд? — отпив кофе, она постаралась поддержать разговор.
Среди многих целей стажировки имелась и вполне социальная: установление контакта с коллегами. Преподаватели из числа практиков в ее университете много раз говорили их потоку, что не стоит друг друга игнорировать: им еще годами пересекаться и работать вместе.
Андрей учился в магистратуре другого юрфака, и тем был только интереснее — он расширял круг Кириных знакомств. Да и обмениваться впечатлениями о преподавателях и учебном процессе было полезно.
— Да, — он довольно закивал головой. — Во вторник. Будет суд присяжных.
— О-о-о, — протянула Кира с легкой завистью. — Я еще ни разу не была. Поповой за мою стажировку таких заседаний пока не назначали.
— Пойдешь с нами, может? — предложил Андрей. — Понятно, что как посетитель только, но все равно ведь интересно. Посмотришь, как Шевченко будет обвинение разносить.
Кира задумалась. Александр Ильич как адвокат работал ничуть не хуже ее наставницы, и определенно у него было чему поучиться.
— Я уточню у Алены Васильевны, — проговорила она, задумчиво покручивая стакан в руке. — Если отпустит, то с удовольствием.
— По-любому отпустит. — Голос Андрея звучал без тени неуверенности. — Она же топит за максимальную вовлеченность в практику и все такое.
Кира сделала очередной глоток рафа и пожала плечами.
— Посмотрим. Вот вернется она с обеда — и спрошу.
До конца перерыва оставалось еще двадцать минут, и, пока Андрей молча попивал свой кофе, Кира принялась открывать на рабочем компьютере недоделанные документы. Заданий было много, и даже часть из них отложить на выходные в этот раз не получилось бы.   
— Кир? — позвал ее Андрей спустя несколько минут.
Уже вовсю исследуя «Консультант»[1], Кира отреагировала не слишком заинтересовано:
— М?
— Не хочешь, — удивительно, но Андрей заговорил как будто неуверенно, — сегодня в кино сходить? В «Третьяковке» ретроспектива «Великой красоты».
Кира замерла, от неожиданности мгновенно позабыв про открытый на экране компьютера текст федерального закона, так ей интересный еще пару секунд назад. Подняв голову, она посмотрела на Андрея: он и правда выглядел чуточку взволнованным.
Вспомнилось, что на днях они также в перерыве делились собственными вкусами в мире кинематографа и, едва начав обсуждать полный метр, к взаимному удовольствию сошлись на Соррентино[2]. Правда, Кира вовсе не ждала, что тот незначительный разговор сподвигнет Андрея на подобное приглашение, но, собственно, почему бы и нет?
___________ 
[1] «Консультант Плюс» — справочная правовая система с онлайн и офф-лайн доступом. Широко используется юристами и не только. 
[2] Соррентино, Паоло — итальянский режиссер и сценарист, лауреат премии «Оскар» (лучший фильм на иностранном языке — «Великая красота»). Среди прочего снял нашумевший сериал «Молодой папа». 
  
Глава 16
 
Суббота прошла... тяжело. Едва Кира села на поезд до Владимира, мысли хаотично перемешались, и на поверхность явилось прошлое. Болезненное, но порой счастливое — и оттого горькое.
Мерно покачивающийся вагон, заполненный разномастными пассажирами всех возрастов и родов занятий, показался Кире слишком оживленным. Опустив голову, она прятала невеселые, повлажневшие глаза от сидевших напротив людей и старалась, правда, старалась подумать о чем-то другом.
Не о потерянном детстве. Не о до сих пор не выветрившемся из памяти запахе поминальных свечей и формалина. И даже не о маме, на могилу которой и ехала уже в четвертый раз совсем одна.
Конечно, ничего не получалось, и стоило с этим смириться. Здесь, субботним утром некому было занять ее голову чем-то иным.
Минувший вечер пятницы удачно прошел в компании Андрея, — и спасибо ему за это случайное и удивительно приятное отвлечение. Прежде Кира и не замечала, насколько узок ее круг общения: по-настоящему она дружила только с Марго, и редко тратила на других людей больше получаса собственного времени.
 
Оказалось, здорово в кои-то веки поговорить с новым человеком, и не пять — десять минут, а действительно обменяться мнениями, шутками, впечатлениями: о просмотренном фильме, об учебе, о жизненных мелочах. Еще приятнее было ловить на себе теплые, иногда словно чуточку нежные взгляды Андрея.
Кира не сказала бы, что в этих взглядах пряталась полноценная влюбленность. Скорее джентельменские интерес и уважение, да. В любом случае подобное отношение льстило. Наверное, ей даже не хватало такого на постоянной основе: минус по большей части женских коллективов.
Натура Андрея еще оставалась для Киры не совсем понятной, но и прежней настороженности она не чувствовала. Вполне интересный и вроде бы неплохой человек.
Ни капли романтической или сексуальной симпатии в его сторону Кира не испытала. Не планируя сравнивать Андрея (да и ради чего?) с Сергеем, она все равно знала, что с последним не сравнится ни один знакомый ей представитель мужского пола. Против воли она неосознанно ставила рядом с ним всех попадающих в поле ее зрения мужчин и в мыслях разочаровано вздыхала: не то.
Проблема была в том, что и Сергей был не тот. Слишком, слишком взрослый. До сих пор Кира с трудом осознавала, что у нее случился секс с тридцатидевятилетним мужчиной. Любые гипотетические размышления о большем ставили ее в тупик: бесперспективно со всех сторон.   
У него крупный бизнес, грандиозный жизненный опыт и совсем иное прошлое за плечами. У нее все только впереди. Они не равны ни в чем: ни финансово, ни личностно.
Одно дело романтизировать далеких и недостижимых голливудских актеров старше тебя на восемнадцать лет и другое — переспать с реальным мужчиной того же возраста из плоти и крови. О чем-то с ним говорить. И того круче — строить отношения.
Не получалось у Киры представить совместную жизнь со зрелым, годящимся ей в отцы, мужчиной. Наверняка у него свои взгляды на быт, да еще и устаревшие: жена-домохозяйка, ответственная за харчи, чистоту и детей; он же добытчик и глава семьи. Или что-нибудь в этом роде.
Жизнь по якобы святой традиционной схеме Киру не привлекала ни капли, потому ни влюбленность, никакие-либо отношения с мужчиной постарше в ее планы не входили.
Про Сергея Акулова стоило просто забыть, вопреки желаниям собственного тела. Он лишь эпизод. Случайный, пусть и крайне великолепный, и достойный.
В субботу Кира впервые не вспоминала о Сергее совсем. Проведя весь день во Владимире, к вечеру она валилась с ног, бесконечно устав морально и физически.
На могиле матери Кира расплакалась и успокоилась далеко не сразу. Тоскливая, щемящая боль выворачивала наизнанку вместе с особенно ощутимым среди памятников и крестов одиночеством. Здесь Кира не могла игнорировать, что у нее не осталось близких родных.
Под изредка вырывающиеся из горла тихие всхлипы она все-таки навела порядок: вырвала сорняки, выкинула посеревшие искусственные цветы, поправила венки у оградки. Людей вокруг не было вовсе, но солнечная теплая погода спасала от детских страхов, и Кира убираться, несмотря на неуют в душе.
Обратно в Москву она ехала в разбитом, полусонном состоянии. Ничего не откладывалось в памяти, глаза закрывалась сами собой: не хотелось видеть никого и ничего. В наушниках гремел симфо-рок. Кира сама не заметила, как наконец вернулась в родной город, вышла из здания вокзала и села в такси.
Наскоро перекусив и приняв в душ, она рухнула в кровать и уснула поверхностным, выматывающим сном 
Утром воскресения Киру разбудил звонок Сергея Акулова.
— Алло? — прошептала она хрипло.
Со сна голова еще была мутной, как и зрение. В полутьме спальни казалось, что утро не наступило до сих пор.
— Кира. — Раскатистым бархатом прозвучало ее имя, отзываясь во всем теле приятными волнами и табунами мелких мурашек. — Доброе утро. Судя по всему, я тебя разбудил?