Тени школы Кейбл
— Не думаю, что это сработает. Я ведь только что вышла из одной с тобой машины, — прошептала я, наклоняясь ближе к принцу, чтобы он разобрал мои слова, которые заглушали шаги, перешептывания и даже посвистывания.
— Люди в черном ситуацию не упрощают, — ответил он, бросая быстрый взгляд через плечо.
Мы прошли по туннелю от входа во двор, и я быстро свернула налево от колонны, а принца увлекли направо, заставив убрать руку с моего плеча.
Во дворе ученики, которые приехали раньше, в основном расселись по скамейкам, но подскочили, когда мы показались в сопровождении двух Атан, на которых все принялись таращиться.
— Знаешь, я как-то смотрела фильм, в котором все таращились…
— Ага, я читал эти классные книги о вампирах, — перебил он меня, и я выругала себя за то, что, потеряв концентрацию, ослабила барьеры своего сознания. Он точно знал, о каком фильме я говорила.
— А ты даже читал…
— Конечно, — снова перебил он меня, говоря еще тише. Рука принца вернулась на мое плечо, и он вел меня в сторону корпуса, где был кабинет английского, а позади нас раздавался шум толпы, которая вваливалась во двор. — Думал, что найду что-нибудь, чем оскорблять Каспара Варна.
— И как?
— Нашел немного. Но, если честно, я бы хотел, чтобы Варны были такими же воспитанными, как вампиры в этой книге. Тогда жизнь, — сказал он, бросая сумку за нашу обычную парту в кабинете мистера Силайа, — была бы прекрасна.
Вместо того чтобы, как обычно, сесть напротив меня на время классного часа, он подошел и опустился на соседний стул, который, как правило, занимала Тэмми. Не знаю почему, но мне стало легче ждать прихода остальных.
Только Эдмунд и его коллега устроились напротив пустовавшего у стены стола, как в кабинет вошел мистер Силайа с сумкой для ноутбука через плечо и улыбкой от уха до уха на лице.
— Доброе утро! — весело сказал он и беззаботно, будто спрашивал о погоде, бросил в сторону Атан: — Экстермино?
Казалось, их присутствие не удивляло и не сердило его, несмотря на то что — я даже не сомневалась — его сознание подверглось серьезной атаке, как только он переступил порог здания.
Я увидела, как Эдмунд нахмурился, но первым отреагировал принц:
— Откуда вы знаете?
— От мамы. Она у меня главная сплетница Лондона. Услышав какие-то разговоры, она позвонила мне среди ночи, умоляя приехать в Лондон «ради моей же безопасности». — Заканчивая предложение, он показал пальцами кавычки. — В свободном переводе это значит устроить передо мной дефиле из женщин, чтобы я мог выбрать себе жену, пока из-за своей сейджианской крови я не стал выглядеть аж на тридцать, когда мне всего-то тридцать шесть. О ужас! — закончил мистер Силайа, закатывая глаза и наконец найдя в сумке то, что искал там на протяжении всего своего монолога.
Он подошел к нам, держа в руке несколько листов бумаги, которые были исписаны ровным почерком. На одном из них чернила были синие, на другом — черные. В последнем я узнала свое сочинение. Он положил их на стол.
— Лучше. Намного лучше. У обоих. Наверное, мне нужно снова оставить вас двоих после уроков, — хмыкнул он. — Твои волосы отлично смотрятся, Отэмн, — добавил он, и я почувствовала, как заливаюсь краской, улыбаясь и делая вид, что читаю его комментарии на своей работе.
Вернувшись к своему столу, мистер Силайа достал из сумки галстук и, перекинув его через шею, попытаться завязать в слабый узел. Он являл собой яркий контраст с остальными взрослыми Сейдж в кабинете, чьи рубашки были накрахмалены и наглажены, с блестящими запонками и пуговицами, — в их внешности не было решительно ничего «слабого».
— Да, кстати, не пейте чай в учительской. Молоко там не соевое, — посоветовал мистер Силайа Атанам, когда первые ученики начали появляться в дверях. После чего улыбка исчезла с его лица, и вел он себя так, будто в кабинете не было их вовсе, за что я была ему благодарна.
Всех, кто входил в кабинет, мучило два вопроса, но никто не осмеливался продемонстрировать свое любопытство, пока в комнату не ввалилась Гвен, которая, упав на стул напротив принца, указала пальцем на двоих «новичков».
— Кто они? — спросила она.
— Мои сумасшедшие фанаты, — ответил принц безразличным голосом.
— А я знаю, кто они такие, — гордо провозгласила Кристи, придвигая четвертый стул к столу, а Тэмми и Ти добавили еще два.
Все остальные напряженно выпрямились.
— Они — королевские телохранители. Они с вашей семьей на всех фотографиях.
С этими словами она достала последний номер журнала «Квейнтрель», открыла его посредине и указала на фотографию, на который был запечатлен старший брат принца и наследник престола. Он расположился на корме яхты в окружении девушек в бикини, но был абсолютно поглощен чтением книги. Разумеется, между подтянутыми женскими телами виднелись несколько Атан.
Принц наклонился в мою сторону, чтобы посмотреть на фотографию, а потом, закатив глаза, вернулся к своему сочинению. Победоносно мотнув хвостом волос, Кристи начала читать статью.
А Гвен тем временем встретилась со мной взглядом и показала указательным пальцем в сторону Эдмунда, — точнее его слегка вьющихся волос, которые были убраны назад со лба. Подняв руку к лицу и прикрыв рот с одной стороны, чтобы никто не мог прочитать ее слова по губам, она прошептала мне — не слишком-то тихо:
— Он такой подтянутый.
Я наклонилась вперед, поставив локти на стол и сплетя пальцы рук.
— А еще ему сто пятьдесят лет.
Напарник Эдмунда хохотнул, но тут же попытался скрыть свой смешок, откашливаясь. Рот Гвен несколько раз открылся и закрылся, как у золотой рыбки, прежде чем она разочарованно надула губы. Бедный Эдмунд смотрел вперед, не моргая, ровным счетом ничего не выражая на лице.
— Ричард, с тебя пятьдесят долларов, — сказал принц, обращаясь ко второму мужчине тем же скучающим голосом, но когда я отклонилась на стул, то увидела, что за страницами сочинения он усмехается.
Неужели он действительно поспорил, что за Эдмундом кто-то приударит?
При этой мысли я тоже не смогла сдержать улыбку.
Возможно, я улыбалась слишком широко, потому что, подняв глаза, поймала на себе взгляды Кристи, Гвен и Тэмми, которые смотрели на меня широко открытыми от удивления глазами, а палец Гвен теперь указывал на расстояние между мной и принцем.
— Значит, — беззвучно пошевелила губами Кристи, — вы двое? — Она подняла брови и снова махнула своим хвостом.
Отвечая всем им, я нахмурилась и покачала головой.
Тэмми притворилась оскорбленной, но все равно продолжила.
— Почему они здесь? — одними губами произнесла она, показывая головой в сторону Эдмунда и Ричарда.
Я снова покачала головой. На этот вопрос я отвечать не собиралась. Это только поднимет панику.
Взбудораженная таким поворотом событий и их потенциальной зрелищностью, Гвен начала делать те же пошлые жесты, которые испытывала на Тэмми в первый день учебного года. Уж не знаю, из чувства симпатии или рассудительности, но Кристи свернула журнал в трубочку и шлепнула им Гвен по рукам. Недовольная Гвен выхватила журнал и швырнула его в обидчицу, перед которой он, раскрывшись, приземлился.
Прежде чем я успела увидеть, что изображено на фотографии, принц выхватил журнал и раскрыл перед нами. Я едва сдержалась, чтобы не ахнуть, прочитав заголовок. Статья была о Виолетте Ли и бале, который устраивали вампиры в честь Осеннего Равноденствия.
Принц пробегал глазами левую страницу, поэтому я принялась за правую. Я точно знала, что он ищет, поэтому затаила дыхание, пока не дочитала все три колонки. Приводилось множество данных о ее платье, о том, с кем она танцевала, «впечатления» очевидцев о ее характере, но ничего о семействе Кримсон или о том, что с ней случилось.
Запрет на распространение информации, который установили Варны, работал так же хорошо, как и тот, что был выдан Атенеа.
— Фу! Зачем ты это читаешь? — спросила сидевшая за соседним столом Валери Дэнверс, скривив нос. Она смотрела на принца, решив полностью игнорировать мое существование после нашего небольшого «происшествия». — Сейдж вроде тебя наплевать на таких людей, как Виолетта Ли. Вы просто позволяете им умирать, как это сделала она, — насмешливо сказала Валери, указывая пальцем в мою сторону.