Не было бы счастья, да... (СИ)

Она подошла к зеркалу, стала поправлять макияж и прическу.
— В наши с отцом дела не лезь! — Ее лицо в отражении скривилось от злости. — Сами разберемся!
— Вы вообще расписались там? С Энтони.
— А ты сомневаешься?
— Я уже во всем сомневаюсь. Но если так пойдет и дальше я все расскажу Кире!
— Давно пора, — улыбнулась она.
Через открытое окно послышался шум. Что еще случилось?! Выглянула и обомлела. Роман и Диканов говоря обычным языком, били друг другу морды. Вот чего не хватало для полного счастья!
— Мы еще обсудим с тобой всё, — бросила я, выбегая из комнаты.
— Прекратите немедленно! — заорала я, выскочив на крыльцо.
Конечно, мои слова не возымели абсолютно никакого действия. И тогда я сделала то, что в таких случаях делать не следует: влезла в разборки двух мужчин. За что и получила. Даже не знаю, чей именно локоть больно ударил в бок, и чья рука пролетела возле лица, успев задеть скулу. Я ахнула и отшатнулась назад, прикладывая ладонь к щеке. Было больно и обидно, но зато эффективно. Оба разом притихли и подскочили ко мне.
— Дина как ты! — Роман убрал мою руку, осматривая лицо. — Зачем полезла!
— Прости Дина, — Диканов вытер со своей губы кровь, неловко отвел глаза.
— А вы зачем устроили потасовку, в подростков решили поиграть? Забыли, где находитесь? Два взрослых мужика!
— Не забыли, просто у кого-то слишком язык длинный! — Измайлов покосился в сторону Димы.
Можно было поорать на них еще немного для профилактики, да не очень хотелось привлекать лишнего внимания. Я думаю гости и без того перемыли нашей странной семейке все косточки. К счастью, они оба хотя бы додумались драться не при всех, хватило ума уйти к подъездной дорожке. И к счастью окна гостевой выходили именно на нее. Не вмешайся я вовремя…
— Пойдем Ром, тебе нужно привести себя в порядок, да и мне тоже.
Я не предложила Диканову пройти в дом вместе с нами и воспользоваться ванной, обойдется. Честно говоря, мне вообще было не до него. Да, когда-то он мне нравился не смотря на мерзкий характер, сейчас же его красота не вызывала ничего кроме раздражения и непонимания своих прошлых желаний. Пусть говорит, что ему вздумается. Больше волновало поведение матери.
Мы прошли в мою комнату, которую я предусмотрительно закрыла. Лицо Романа требовало срочной обработки, хоть он и отмахивался. Разбитая бровь, кровь с которой запачкала половину щеки, наливающийся синяк под глазом. Красавчик, одним словом. Я достала аптечку, и затащила его в ванну.
— Это тебе нужна первая медицинская помощь, — его руки ловко перехватили мои.
— Будет синяк, пришибу обоих, — силой вырвалась и приложила ватку с перекисью к его брови.
Он недовольно поморщился, замотал головой.
— Не вертись.
— Щиплет и больно, — пожаловался он.
— А когда дрался, больно не было! С ума тут посходили все! — В ответ возмутилась я.
— Нужно было позволить говорить о тебе гадости?! Наслушаться успел не мало, прежде чем врезать.
Мои щеки тут же вспыхнули от стыда и я отвернулась к нему спиной. Диканову действительно было что поведать о моей развратной сущности. Роман умыл лицо.
— Эй, — он прижался сзади, — мне все равно. Подумаешь, сразу двух мужчин захотела.
Я больно пихнула его в бок, и еще больше засмущалась.
— Ничего я не захотела, просто глупые фантазии, а в такси с ними села, что бы тебе насолить.
— Ты такая сексуальная, когда краснеешь, — шепнул он, покрывая невесомыми поцелуями шею.
Платье поползло вверх, а мои трусики наоборот вниз. Я охнула, пытаясь воспротивиться, и тут же обомлела, ощутив пальцы, ловко скользнувшие между нежных складочек.
— Хочу тебя до безумия.
Я боролась с нарастающим возбуждением и возмущением одновременно. Дома, у меня, он так не хотел, просил не спешить, а в такой момент приперло ему, видите ли!
— Прямо здесь? — Я выгнулась дугой под напором умелых пальцев.
— Прямо здесь и сейчас.
Роман завел мою руку назад и приложил к выпирающему из брюк члену. Казалось, обжечься можно, настолько от него исходил жар, даже через ткань.
 
— Ты ведь тоже хочешь? Я прав?
Язык обвел впадинку уха, вызывая дрожь.
— Нет, не сейчас.
Я все еще пыталась сопротивляться, при этом, не убирая руку.
— Какая же ты врушка. Скажи правду.
Из груди вырвался стон. Его руки, казалось, были везде, ласкали, дразнили, вытворяя немыслимое.
— Скажи, — потребовал он, резко разворачивая меня к себе.
— Я хочу тебя, — срывающимся голосом, прошептала ему прямо в губы.
Стоило только произнести заветные слова, как мое красивое платье с треском превратилось в простой, уже ни на что не годный кусок материи. Я осталась в одном кружевном белье. Да, я так давно ждала этого, так страстно желала. И взять бы и окунуться с головой в сладкое наслаждение, забыть обо всем и не сдерживаться. Вот только не прошеные мысли ворвались в разум, сбивая с толку, мешая. Я точно знала — между нами пока еще нет любви. Страсть, влечение, желание узнать друг друга поближе да. Но до любви предстоит сделать еще много шагов. И он эти шаги делал, в то время как я разрывалась между семейными проблемами и нашими отношениями. Я размышляла все то время, пока Роман нес меня до постели, так бережно, будто я хрупкий цветок, раздевал, целовал в таких эрогенных местах, о которых и не подозревала. В итоге я выбросила лишнее из головы.
  
21
 
Пока Роман принимал душ, я рылась в шкафу в поисках другого платья. Мама будет в шоке, когда увидит меня не в том наряде, который она так тщательно подбирала, и который по ее мнению должен был сорвать Диканов. Улыбнулась, представляя ее лицо и недовольный взгляд.
Только было все равно. Ничего не изменить, да и совершенно не хочется. Сейчас я и представить не могла, что могу захотеть кого-то другого или что одного Измайлова в постели будет мало. Особенно после произошедшего. Его было слишком много. Вяло перебирая наряды, я чувствовала, как внизу все горит.
— Останешься в таком виде еще хотя бы пять минут, и, боюсь, из комнаты мы сегодня не выберемся.
Роман стоял абсолютно голый, капельки воды стекали с его волос на плечи и грудь, в руках полотенце. Я сглотнула, не в силах отвести взгляд от гладкой груди, накачанного пресса и его напряженного члена.
— А если ты будешь стоять в таком виде, сама наброшусь на тебя.
— Значит, с места не сдвинусь.
— Увы, придется отложить секс марафон на более подходящее время. Пора вернуться к гостям. Не хочу, чтобы нас начали искать.
— Да кому мы нужны?
— О, ты еще плохо знаешь мою маму. В принципе и не успеешь узнать. Они с Энтони должны в скором времени отчалить в Австралию.
Я, наконец- то облачилась в белье и кремовое, до колен платье. Подошла к прикроватной тумбочке, на которой стояла моя шкатулка с украшениями и без долгих раздумий достала то, которое подходило больше всего. Серьги тоже сменила, как и туфли.
— А почему они вообще прилетели? Просто отметить в кругу друзей? — спросил Роман, натягивая без особого желания брюки.
— Мама звала нас к ним, в Сидней. А потом оба свалились на наши головы.
— Эту историю я слышал. Мне непонятно почему именно здесь, в доме твоего отца? Мне кажется это странным и неуместным что ли. Да и этот Энтони не вызывает доверия. Мутноватая история.
Я призадумалась. Стоит ли до конца поведать об отношениях в нашей семье, о попытках мамы соблазнить отца, причем даже сегодня, когда вокруг столько народа. Поделиться хотелось. Останавливал лишь стыд. Вдруг Роман посчитает меня похожей на маму или… Я решила повременить с откровениями до лучших времен.
— Согласна, надеюсь скоро все встанет на свои места. Киру жалко, она больше всех страдает. Банальную ревность никто не отменял.
— Зато проверка чувств.
— Врагу не пожелаешь такой проверки, — и тут я вспомнила про Алину. — Твоей якобы невесты не будет на Хайнане?